— Нет! Конечно, нет!

Даже если еще что-то герцог собирался сказать, ни на каких условиях она не согласна!

И… он сказал «гражданкой империи»? Нужно еще раз перечитать те документы, что он ей выдал более года назад. Каким бы сомнительным гадом этот дракон ни был, но если он тогда сделал ей, беженке из Саная, выкинутой отцом из рода, гражданство империи… О! Она обязательно скажет Шанитиру «спасибо»! Потом. Даже если он сделал это исключительно из-за каких-то своих, не сразу ясных ей мотивов.

Пожилой айн, видимо, представитель того самого высшего и светлого рода ушастых, что-то довольно резко сказал Шанитиру на драконьем с другого конца стола.

Так, ну что опять?

И зачем она им, вообще, сдалась? Им больше некого пытать в своих застенках? Всех людей на своих и соседних землях извели? Подбирают теперь сирот и прочих социально не защищенных в чужих землях?

Глава 29

Прояснилось еще, но опять не все

— Продолжим разговор в моем кабинете, — в ответ на претензию старшего айна изрек Шанитир на санайском языке, затем добавил что-то еще на драконьем.

И, отложив белоснежную салфетку с колен на стол, резко поднялся.

Молодые айны вслед за ним тоже встали — айненыш живо подскочил, как сжатая пружина, второй нарочито медленно, изображая нежелание. Затем и леродэй поднялся.

— Мила! — шикнул на девушку Моррокей, тоже вставая.

— Что, и я тоже? — удивилась та, но салфетку сложила, чтобы убрать.

Неужели первородные возьмут ее на переговоры? Не задвинут опять человечку в дальний угол, а в ее присутствии будут решать ее же судьбу?

Прогресс в межрасовых отношениях?

— Что, даже не дождавшись десерта, уйдем?

А ведь Гурмон так старался, чтобы удивить гостей босса чем-то новым.

— Ты не наелась? — хмыкнул Моррокей, наблюдая, как она встает. — Или… О! Ты знаешь, что будет на десерт? Дай-ка угадаю. Неужели «Сладкая девочка»?

— Не сладкая, а яркая, — автоматически поправила Мила, и только потом сообразила, что ее опять намеренно дразнят.

— Попрошу подать «Девочку» в кабинет, — рассмеялся Моррокей, довольный, что его уловка опять сработала.

Да что б его! Сколько лет этому драконьему «мальчику»? Еще и драконихи с другого конца стола яростно полыхают в их сторону взглядами, полными магической мощи. Что уже почти физически ощутимо, даже на таком расстоянии.

Однако стоило только выйти за порог зала — через другие, более парадные двери — и Мила мигом забыла свое возмущение.

Сколько же здесь нелюдей было!

Ладно, охрана герцога — причем не только оборотни. Пара крепких мужчин в черной униформе выглядели и двигались несколько иначе. Драконы? Эти наверняка умеют если не плеваться, то точно кидаться магическим огнем при необходимости.

Но главное — еще айны! Сколько их здесь⁈

Самый главный черный дракон с высоким гостем из Леса уже пропали из виду где-то впереди, в анфиладах роскошных залов. Зато молодой айн «Мистер Недовольство» и еще несколько подобных ему только разворачивались, чтобы последовать за боссами. Остальные айны были такими же вечно молодыми на вид, стройными, с нечеловечески ровной осанкой, но при этом настолько плавно движущиеся, будто… капли ртути. Утонченные, длинноволосые все как один, натуральные блондины, упакованные в роскошные приталенные камзолы светлых оттенков с изысканной вышивкой. А еще у них было с собой оружие! И немало — богато украшенные ножны с кинжалами на поясах у всех без исключения, у парочки даже луки. Луки! Настоящие! И также богато украшенные колчаны за плечами, заметные, когда они повернулись спиной к залу.

Конечно, Мила залюбовалась, с интересом исследуя взглядом настоящих эльфов, то есть айнов, в таком количестве! И ведь это даже не слет ролевиков! Не массовка на съемках фэнтези фильма. Это настоящие эльфы! Волшебные существа… то есть из сказок, из древних легенд ее мира.

— Красивые? — раздалось над ухом девушки, отчего она вздрогнула и вернулась в реальность.

— Что?

— Я спрашиваю, достаточно ли симпатичны айны на твой, чужемирный вкус? — с очередной усмешкой повторил Моррокей, который точно заметил, как она зависла на их рассматривании.

Нет, она не покраснеет! Разве что от злости. Почему этот желтый дракон настолько болтлив? Здесь же, по помещениям, где они идут, полно охраны — ушастой, как обычно у нелюдей! — которая теперь тоже вся будет в курсе, что она иномирянка? Зачем он так делает?

— Видишь ли, Мила, люди нашего мира находят айнов очень красивыми. Бесподобно красивыми. И когда кто-то из Сынов Леса попадает в руки людей, то… кхм. Люди тоже злопамятны, и тоже используют пленных по своему… м-м, порой очень порочному усмотрению, — наклонившись к ней, будто бы посекретничать, но вполне громким голосом произнес дракон.

Кто-то из крайних айнов, быстро плывущих уже довольно далеко впереди, обернулся и полыхнул в сторону Моррокея морозной зеленью убийственного взгляда.

Зачем он ей это рассказывает? Или не ей, а для как раз айновских чутких ушей? Теперь их хочет подразнить?

Но если честно, она, наверное, рада слышать, что люди здесь хоть иногда справляются с айнами… то есть тоже в состоянии пленить таких известных воинов и убийц. Что люди не совсем безнадежны в противостоянии. Пусть даже если это только месть.

— Так что насчет тебя? Разве они тебе не нравятся? — опять искушающим тоном проворковал этот змей над ее плечом. Но слишком громко! Явно же из расчета не только на нее. — Разве айны не бесподобны красивы?

Зачем он так делает⁈ Увы, игнорировать прямой вопрос первородного не получится.

— Красивы, — вынужденно согласилась Мила, лишь бы ее «ухажер» отстал. Но чтобы айны не надумали себе лишнего: — Но одинаковы, как куклы с «конвейера».

Он же не ревнует ее, будто муж к каким-нибудь красавчикам-киноактерам? Как к кумирам-певцам, которые потому и кумиры, что недоступные?

Нет, конечно! Тогда что он творит?

И когда они уже дойдут до нужного кабинета? Пусть там Моррокей займется делом, а не ею!

— «Конве-йэра»? Что это значит?

— Это такая «оптими…» улучшение производства, для скорости, например. Когда вещи делают в потоке… например, как отливают одинаковые заготовки в одной и тоже форме, — стала пояснять на ходу Мила, но тут же запнулась.

И споткнулась, зацепившись за собственные же ноги!

Потому что другой обернувшийся из айнов воин, полыхнувший теперь по ней пронзительно-холодным взглядом… неужели это Лайн⁈

Такой знакомый зеленый взгляд… Хотя это же «сыны леса», у всех вроде глаза зеленые. Впрочем, как и костюмы, которые могут оттенять…

Такой знакомый поворот головы, когда светлая, холодного оттенка прядка вдоль лица… Нет! Они все здесь пепельные блондины!

Откуда здесь взяться Лайну? То есть Лайнфаэру, господину лерою?

Но когда Моррокей подхватил споткнувшуюся Милу, причем почему-то не под локоть, а за талию… И придержал осторожно, как фарфоровую статуэтку и не торопился убирать руку от корсажа ее нарядного платья… Тот айн почему-то продолжал метать на них острые, как стрелы, взгляды из-за плеча.

Лайнфаэр здесь⁈

Почему здесь, а не там, на границе, коль уж он посланник Леса в те края…

Хотя нет! Другой вопрос у нее появился!

А не он ли причина того, что айны теперь хотят утащить ее в свой Лес?

Вопрос только — из-за чего? Вряд ли майонез тому причина. Иначе Лайнфаэр еще год назад бы запретил повторять его в таверне. Но насколько Мила знала, пока она весь год жила в доме айна, на кухне Душары продолжали готовить фаршированные яйца и прочее именно с майонезом!

Моррокей, видимо, тоже признал Лайна. Иначе почему он сказал вдруг:

— Меня удивляет, как быстро ты заводишь друзей, м-м, Яркая Девочка.

— Что? — моргнув, Мила перевела на него взгляд и отступила в сторону, чтобы выскользнуть из объятий желтого дракона. — Мы с господином лероем не друзья!

— Нет? — будто удивился тот. И с новой ехидной улыбкой добавил: — Но я тоже не о нем. Мне интересно знать, кто это тебе передал?