Зато внешний вид у оргов из разных регионов отличался, что с интересом отметила про себя иномирянка. Если в дарголской общине, к которой относилась Душара, взрослые мужчины сбривали волосы, в дарзанской волосы собирали на макушке или затылке и заплетали в косу, то эти украшали свои собранные в хвосты прически металлическими бусинами и даже цепочками. А еще у них были татуировки!

Хотя кожа у оргов и так темная или хотя бы смугло-зеленая, но у гостей все же были нанесены на открытых плечах и груди еще более темные рисунки. В которых, кстати, Мила даже угадывала несколько знакомых значков-рун.

Да, у оргов была своя письменность! Или, скорее, шифры? Мальчишки ранее показали ей несколько значков, но там слишком странная была система: то один знак мог заменять целое предложение, то несколько рун обозначали лишь одно явление.

Главный из пришлых — вожаков в оргской компании сразу всегда видно — с сомнением осмотрел Милу с головы до ног, но на ее приветствие ответил таким же. Потом что-то быстро прорычал в сторону ее мальчишек, и Шогр, выступивший вперед, также быстро затараторил в ответ. Мила лишь некоторые слова улавливала, и то большая часть опознанного это имена: этот человек, Дрых, Нагкаш, Гракгаш, таверна, еда… дальше непонятно. И хотя она уже сколько учит оргский диалект, но иногда эти зеленокожие нелюди даже говорят почти шифровками, не понять.

Выслушав, босс чужой делегации кивнул, задумался. Потом спросил у самой Милы на оргском:

— Ты человек-ыарнера?

Пришлось подтвердить, что да, была она один раз ыарнерой для парнишки.

Главарь опять кивнул. Подумал.

А Мила тем временем украдкой поглядывала в сторону довольно необычного орга, стоящего слева от вожака. Или это орчиха? Непонятно, потому что тот был в просторной накидке, а в жесткие даже на вид, длинные седые волосы были вплетены кожаные ремешки, ленты, перья и даже светлые бусины… а, нет, то были костяные бабки?

А еще он был старым! Девушка впервые видела настолько старого орга! Все еще высокая, но уже похудевшая фигура этого представителя чуть согнулась под тяжестью прожитых лет и наверняка перенесенных испытаний, поэтому он даже опирался на не то посох, не то просто палку. Кожа на лице нелюдя была тусклая, морщинистая. Но черные глаза сверкали ярко, живо, притягивали взгляд.

Пока вожак думал, этот старейшина что-то проскрипел.

Шогр, повернувшись к Миле, сам без напоминания перевел, что было сказано. «Чужак».

— Конечно, я чужак. Я же человек, — Мила растянула губы в легкой, чтобы не показывать зубы, улыбке, но сердечко почему-то екнуло под пристальным, проникающим взглядом этого непонятного старика. Или старухи.

Старейший из оргов опять что-то проскрипел.

— Не. Говорит, ты совсем чужак, — перевел теперь Китр, стоящий чуть позади девушки.

Какое-то нехорошее предчувствие стало разворачиваться внутри иномирянки. Ведь по верованиям оргов, они, дети степей, могут говорить напрямую с духами. Не с призраками, в которых здесь никто не верил, а именно с духами мироздания. С духами неба, воды, полей и так далее.

И кто знает, что эти духи могли нашептать оргам. А тут еще Гурмон косится на нее, не то ожидая ее реакции, не то сам задумался над услышанным.

Миле оставалось только упорно придерживаться своей легенды:

— Я из земель Саная, — сказала она на оргском.

Старейшина цокнул, качнул головой, отчего костяшки в его волосах стукнулись глухо.

— Говорит, ты еще дальше пришла, — опять Китр перевел.

Гурмон еще больше развернулся к девушке, приподнял кустистые брови в ожидании ее ответа.

Мила, вскинув подбородок, прямо глянула в глаза старейшины и сказала, правда, на санайском, а то запаса слов уже не хватало:

— Даже если твоя правда, если я пришла очень издалека, то что тогда?

Хотя она рисковала, спрашивая так открыто. А вдруг ей также откровенно сейчас ответят? При всех?

Тихо кхекнув, Китр перевел на оргский.

Старейшина тоже не то захекал, не то закашлял… Нет, он смеется⁈

— Говорит, тогда хорошо, — Китр задумчиво почесал затылок. — Говорит, хорошо, что ты из очень далека и что такой чужак.

— Так ты чего, не из Саная, выходит? — все-таки влез Гурмон, не сдержавшись.

— Из Саная, — упрямо качнула головой Мила, но бывший наемник, у которого, видимо, хорошая чуйка, иначе как бы он выжил в своей непростой профессии, ей явно не верил. Пришлось пояснять: — Я… Милдред Питер родилась в Санае! Законнорожденная дочь барона. Но я… немного… м-м, как бы умирала и, кхм, можно сказать, почти сходила к предкам… и обратно. Поэтому, считай, издалека пришла. В смысле, э-э, далеко ходила.

И не солгала, ведь почти все правда. Просто немного недоговорила.

Опять твердо глянула на старейшину.

— А что еще говорят вам духи?

Потому что непонятно, чего хорошего… для духов в ее иномирстве?

Шикнул рядом Шогр. «Ты это… молчи. Нельзя так!» — легонько ткнув ее в ребра, тоже прошипел Китр.

Но старейшина уже что-то заскрипел негромко и с остановками, чтобы перевести сбивающееся дыхание. И чем больше он — или она? — говорил, тем больше вытягивались физиономии у окружающих оргов. Да что там: также у волков, некоторые из которых тоже знали оргский. Даже вожак гостей был удивлен, что было хорошо заметно, хотя у зеленых нелюдей мимики почти нет.

Однако старого гостя никто не перебивал, все внимали с почтением. Мила едва сдерживалась, но как только речь окончательно стихла, сама шикнула на мальчишек:

— Чего говорят?

А то чужой вожак уже так смотрит на нее… непонятно как. Оценивающе, но для чего? Для разделки на запчасти?

— Э-э… — Шогр был слишком озадачен, поэтому перевел Китр: — Говорят, они тебе тоже дают свою молодую поросль.

— Чего⁈ — а в каком шоке была сама Мила!

Рядом резко хохотнул Гурмон:

— Да уж, девка! Ты находишь себе прибыток, даже не выходя из дома. А чего было бы, пусти тебя на улицы столицы?

— Какой еще прибыток⁈ — возмутилась она.

Да это же… это… навязанные гири на ее худенькие плечи! Еще орчат-сорвиголов ей хотят подсунуть⁈ Это же… какая ответственность! А мороки сколько! Одни убытки. И зачем ей все это⁈

Так и спросила:

— А мне это зачем?

Цыкнул на нее Шогр, развернувшийся при этом неудобно… но чтобы прикрыть ее плечом от гостей? Тоже командир нашелся! Дружно выдохнул позади «орлята».

— Эх, девка, ты хоть и умеешь с оргами договариваться, но за подобную дерзость они даже своим по башке дают, — и Гурмон туда же. — А твоя башка выдержит?

— А мои плечи выдержат еще добавку оргских мальчишек? — шикнула ему в ответ Мила. Хотя могла и не принижать голос, все вокруг еще те слухачи. — Что мне с ними делать? Солить скоро придется?

— Чёй-то солить? За что? — уточнил обернувшийся через плечо Шогр.

— Ни за что! Че, не понял? Небось опять условное выражение, — вместо нее ответил Китр.

Гости в это время тоже между собой о чем-то переговаривались негромко. Негромко по оргским понятиям.

— Чего хочешь взамен? — повернулся в итоге к ней главарь.

Чего ей хотеть? Таверну с ними, чужаками, так далеко от «нулевой», заводить смысла не видит. Разве что…

— Защиты хочу, — ответила Мила. — Даже если она понадобится от айнов или… драконов.

Потому что не нравится ей, как драконы себя ведут. Потому что смущает, что те айны приходили в таверну явно посмотреть на нее. И коль та община на границе пока не поддержала ее — никто, кроме Дрыха — то вот же, эти сами напросились. Как упускать такую возможность?

Только она была почти уверена, что они откажут.

Чужой главарь задумался. Но в итоге кивнул.

— Да. Горзанская община будет защищать эту человечку, которая будет нерыар для нашей поросли. От всего. Даже от первородных, — выдал он громко и почти торжественно, обводя двор предупреждающим черным взглядом.

Да⁈

Она не ослышалась⁈ Да⁈

Где-то в стороне достаточно громко ругнулся кто-то из волков, даже человечка услышала.