— Я… мнэ…

— Это подарок. Спасибо вам, Рида. Я переоценил силы. Не думал, что такое большое судно сможет похвастаться настолько мощным энергетическим щитом. Если бы не ваша помощь, Золотая Валькирия пострадала бы. Благодаря вам удалось сохранить жизни моих людей. Спасибо, капитан Морган.

В этот момент в памяти всплыл недавний рассказ Момо. И девушка взглянула на этого человека уже совсем другими глазами.

— Была рада помочь… капитан Эхенлихт.

Верите ли вы в демонов? Наука ослабляет религию, но даже после второй волны колонизации церковь не утратила своего влияния, а местами даже усилила его. Что такое классический «демон» знали многие. Вот и Молох знал.

Темная, как загустевшая кровь, кожа. Черные, как мысли грешников, волосы. Пылающие пламенем ада глаза. Острейшие, как кинжалы убийц, рога. И каждое слово — поток богомерзкого сквернословия.

Не сказать, что то, что он сейчас созерцал пред собою в точности отвечало всем характеристикам, но сходство было. Ощутимое. Пылающие, правда голубым светом, глаза. Красная кожа была настолько темной, что становилась почти черной. Разница была заметна лишь на фоне антрацитовых волос.

Характерных рогов обнаружено не было.

Характерные потоки богомерзкого сквернословия присутствовали.

— Гандон!

— Э…

— Ваша уебанская корпорация может держать меня в клетке сколько угодно! Мне плевать, что вы там хотите. И самое смешное, вы даже сделать ничего не сможете, потому что я умру раньше. Ваше «сколько угодно», пиздец какое короткое. Короче только свистюльки ваших корпоративных боссов!

— Девушка, дело в том, что…

— Закрой свой хавальник, корпоративный пёс. Собака сутулая, хуепутало бронированное, хуеглот-рецидивист, трансцедентная жертва генетической мутации и просто мадагаскарская жопоножка… — *Вдо-о-х* — … Хер я на твоё мнение клала, ведь я его не услышу. Пака, мудила!

Девушка показала средний палец. И повалилась на пол. Судя по тому, насколько это было похоже на полёт «мешка с гов… песком», незнакомка как минимум потеряла сознание. Сканеры брони указывали на то, что цель все ещё жива. Значит, без сознания.

Бронированные перчатки схватили решетку клетки. Благо, это была не энергетическая клеть, а обычная, скорее всего для хранения образцов. Руки сжали прутья и потянули:

— Так… не пойдет! — Метал скрежетал, но потихоньку поддавался. — Мне тоже… есть, что сказать!

Глава 27

Этот запах. Сменяются года, человечество движется к звездам, но «этот запах» все равно остается неизменным. Медицинский запах. Смешно, но для многих так пахнет последняя надежда. Для многих и быть может… для неё.

Незнакомка открыла глаза рывком. Окружающее помещение слабо напоминало клетку, да привычный запах медикаментов шибанул в нос. А рядом… рядом сидел кто-то очень знакомый.

— Иша… Иша Наир, это ты?

— Ой! — Присевшая у соседней койки девушка подскочила, с удивлением глядя на пациентку. — А вы меня знаете, мэм?

— У меня, конечно, цвет кожи изменился, да и глаза изменились, и тембр голоса изменился, и черты лица изменились… Но хер на лбу не вырос же⁈ Думай, Иша! Тебе отверстия в голове даны, чтобы мозг стимулировать, а не мужа! Дыши ртом и думай лучше!

Секундное замешательство. Но этот возмущенный голос, эти витиеватые оскорбления и напор… Стоп!

— Доктор Штерн-джи? Вероника Штерн? Вы читали у меня курс расширенной биологии в Институте Астробиологии, мэм! Это правда вы? Точно! Но что вы делаете здесь, на Русалке, мэм?

— Я устала смотреть на тупых подчиненных в институте и захотела посмотреть на тупых начальников в Департаменте Сохранения Первичных Биом. — всё в том же ироничном тоне ответила краснокожая девушка и оглянулась. Помещение слабо напоминало лабораторию. Скорее медотсек. Достаточно просторный. И хорошо оборудованный. Но откуда у вечно нищих ученых такие излишества?

Тем временем её юная собеседница уже сгорала от любопытства:

— Аре! ДСПБ контролирует проведение всех работ на Русалке, но как тогда получилось, что вы…

— Подожди, Иша. Не части. Это долгая история, от которой тебе легче жить не станет. Скажи, мы вообще где?

— Это Тор, мэм. Такое имя у корабля. Правда капитан Молох как-то странно замешкался, когда его так называл. Наверно убрал регистрационные числа. Он, кстати, вас на судно и принес, мэм.

— Да, мир становится пресным. Перестали космическим кораблям давать креативные имена. Тор? Что за безвкусица, назвать корабль в честь генератора постоянного тока. Стоп. Капитан «кого»? Принес меня на корабль «кого»?

— Капитан наёмников, мэм…

— Ой, бля.

— Нет-нет, доктор Штерн. Это хорошие наёмники, мэм…

— Ой, бля. Моим студентом был наивный лох.

— Вы не правы, джи! Эти наемники не такие, мэм! Они меня спасли! Аре! Не несите чушь, доктор, если не знаете! — Иша подскочила на ноги, высказывая все это девушке в лицо.

Ого. Да так громко. В этот момент даже Вероника Штерн замешкалась от настолько бурной реакции своей бывшей студентки.

— Посмотрите только, у кого молочный клык прорезался сантиметров на восемь. Сразу грубить старшим начала, да, Иша?

— Э… Извините, доктор. Вы просто должны сами всё увидеть, мэм. Капитан этого корабля очень добрый и ответственный человек. Порой слишком щепетильный и немного душный… но у него должность такая. Правда, когда он принес вас, господин Молох-джи был каким-то злым. Но, я думаю, виной куски решетки на руке и ноге. Они лопнули и застряли в его броне. Пришлось идти с ними. Уверена, он так переживал за вас, что ломал решетки не жалея сил. Всё ради вас. А потом нёс вас на руках. Так быстро шёл и дышал так… громко. Кислородный фильтр маски просто захлебывался. Как настоящий древний паровоз. Ха-ха. Было слышно на всё судно как он ходит. Я даже подумала, что он просто сильно злится, но разе на это были причины? Нет. Значит, просто устал.

— Ломал с остервенением… И вернулся в ярости… Капитан целого корабля наёмников… А у него случайно не черная, огромная броня? И красные визоры на лицевой маске?

— Да, вы успели познакомиться с Молохом-джи?

— Успела… познакомиться с капитаном. Мы очень мило… мило поболтали. Скажи, Иша, а что капитан собирался делать дальше?

Один невинный вопрос, но в ту же секунду лицо молодой девушки изменилось. Иша побледнела и отвела глаза.

— Всё… что они тут устроили, мэм. Эти люди. Или уже не люди. Их преступления нужно расследовать, мэм. Капитан Молох-джи предложил свести меня с его знакомой из Совета внешнего регулирования. Я дам показания, чтобы Совет мог начать расследование. Надеюсь, вы тоже поможете, после всего, что они с вами сделали, мэм.

Сидевшая на краю больничной койки Вероника Штерн подошла к своей бывшей студентке и наклонилась к её уху.

— Иша, мне нужно отсюда выбраться. Мне нельзя покидать Русалку, иначе я просто умру. Эта гребаная мутация нестабильна. У меня осталось не больше двенадцати часов в запасе. А пока я была без сознания и того меньше. Если я не найду, как стабилизировать свое состояние, то просто умру часов через десять. Обычные врачи не смогут мне помочь. Поэтому, мне нельзя покидать планету. Только тут я могу найти необходимые образцы кораллов и попробовать стабилизировать организм, хотя бы временно и тогда… И тогда… Иша, что ты на меня смотришь, как баран на новые ворота? Думаешь, я шучу?

— Но доктор Штерн-джи… Какие десять часов? Прошло уже не меньше суток, как вы на корабле.

Шок. Холодный пот прокатился по позвоночнику. Вероника снова пробежалась глазами по медотсеку. Заметила капсулу регенерации и спешно подошла к ней. В стеклянной поверхности отражалось все то же темно-красное, до черноты, лицо с горевшими голубым светом глазами. Мутация на месте и никуда не делась. Но её просто невозможно стабилизировать без двух основных компонентов — биоактивных жидкостей местных кораллов и второго, неизвестного Штерн, элемента. Без них она уже давно должна быть мертва.