Серия «Сибириада. Собрание сочинений»

© Топилин В.С., 2026

© ООО «Издательство «Вече», 2026

Прежде чем написать эти строки, я долго обдумывал сюжет, не мог определиться с расположением событий. Такими насыщенными и впечатляющими они были. Если объединить всё в один рассказ с общим названием – получится подобие «пересоленной каши». Если излагать все действия от начала до конца – читателю откроется серое, нудное изложение шестиклассника-троечника на тему «Как я провел это лето». И я решил разбить общую тему на несколько коротких глав. Так бывает в любом деле. Насколько правильным было это решение, судить тем, кто закроет последнюю страницу моего повествования.

Начиналось всё просто, быстро и бесповоротно. Во время очередной встречи с Анатолием Николаевичем Глимазенко я обмолвился о своём заветном желании:

– Всю жизнь мечтал побывать на Тридцатых озерах, но, вероятно, так и не получится.

– На Верхней Тридцатке?! – удивленно воскликнул он и уверенно улыбнулся. – Я тебя туда свожу! У меня там свой дом!

– Как?.. – не понял я и начал подавленно объяснять причины невозможности присутствия. – Кто же меня там носить будет?!

– Хм!.. Нашел проблему! – со смелой улыбкой заверил Анатолий Николаевич и протянул крепкую руку в честь заключения договора. – Было бы сказано! Собирайся!

Я ответно пожал его ладонь, хотя сознанием не был уверен, что слова превратятся в действия. Были люди, зимой предлагавшие мне побывать на природе в том или ином труднодоступном месте. А летом по каким-то причинам забывали о своих обещаниях. Я не обижался: у каждого свои проблемы. В этот раз всё было иначе. Может, потому, что наш разговор с Анатолием Николаевичем состоялся не «за столом в зимнее время», а в салоне машины? Или причиной тому было его твёрдое слово и настойчивый, неугомонный характер? Так это или иначе, но уже через неделю в телефонной трубке я услышал шокирующую новость:

– Ты готов? Послезавтра выезжаем!

– Куда?! – не сразу понял я.

– Как это куда? – продолжал меня «добивать» веселым голосом Николаевич. – На Верхнюю Тридцатку! Забыл о нашем разговоре?! Я же тебе сказал – свожу! Значит, поехали! Тебя там ждут!

В моей голове взорвался хаос противоречий. Понятно, что к такому повороту событий я не был готов совершенно. С детских лет по рассказам отца и закоренелых охотников Тридцатка представлялась мне дивным, диким миром, где живут угрюмые, строгие, необщительные бородатые кержаки-староверы, по соседству с медведями, и добывающие себе пропитание в тайге. Величие гор, красота озер рисовали образ девственной, первозданной таинственности, где обитают самые большие медведи, бродят лоси с неохватными рогами, а рыба достигает такой величины, что у рыбака не хватит раскинутых рук, чтобы показать её размеры.

В добавление к моим фантазиям хочу сделать небольшое пояснение. Горно-озерные места многие таёжники Кизиро-Шиндинского кряжа называют Тридцатые озера. Знаменитые на весь Красноярский край озера Тиберкуль, Тагасук, Убинское, Можарское находятся в бассейне реки Казыр, у подножия Восточно-Саянского хребта с западной стороны. Недалеко от этих озер расположились староверческий поселок Нижняя Тридцатка и метеостанция Верхняя Тридцатка. В рассказах знатоков описание этих мест доходило до смешного. И я думал, что Тридцатка – это одна деревня с метеостанцией и стоит на озере Тиберкуль. С этим мне предстояло ехать в «медвежий угол». Впоследствии, когда все увидел своими глазами, растёкся, словно болотная жижа, было стыдно выглядеть в глазах старожилов бывалым таежником. Впрочем, обо всем по порядку.

Внезапное приглашение Анатолия Николаевича словно разложило меня, как холодец по тарелкам. Я не знал, как быть и что делать. За короткий период времени предстояло решить много проблем, связанных с моим состоянием – ограничением в самостоятельном передвижении. Как ехать? Что брать: продукты, бензин, коляску и прочее, что могло стать необходимым в тайге. Главная проблема – кто меня будет таскать на себе? Тайга – это не асфальтированная дорожка вдоль киосков на торговом центре «Заречный». Упавшие деревья, колодник – не фикус на окошке. Увидев мои глаза вразбежку, растерянное состояние, Анатолий Николаевич только улыбался:

– Ничего не бери! У меня там все есть! От тебя требуется только коляска, твоё присутствие и диктофон, потому что на всём протяжении дороги тебя ожидают несколько сюрпризов.

После слова «сюрпризы» он хитро усмехнулся, так как прекрасно знал, что нас ждёт впереди. Было очевидно, что всё решено без меня, за меня и в мою пользу. Мне оставалось только удивляться, когда и как Николаевич успел всё организовать?! Наверное, не спал три ночи.

Общий состав путешественников определился в четыре персоны. Без всякого сомнения, главным в путешествии выступал Анатолий Николаевич Глимазенко. За ним по старшинству моим «нянькой» стал наш общий друг, житель деревни Черемшанка Виктор Николаевич Краснов. Третьим, самым сильным, молодым и проворным представителем из нашей группы выделялся мой брат Александр Казанцев. Ему была уготована роль ещё и моего носильщика. Четвертый – автор этих строк, то есть я.

Определившись со временем выезда, мне на моем «высокопроходимом джипике» по имени «Ока» следовало выехать заранее. На этот счёт было две причины. Одна из них – громоздкая коляска, одежда и какие-то продукты занимали много места, которого у Николаевича в машине было не так много из-за своего груза. Первая причина вытягивала вторую. Моя черепашка «Окушка» значительно уступала по скорости ястребу «Паджеро» Анатолия Николаевича. Если бы мы поехали вместе, ему пришлось бы ждать меня возле каждого верстового столба. Поэтому, быстро упаковав всё необходимое в машину, я выехал в Черемшанку вечером. Там мне предстояло провести ночь у Виктора Николаевича Краснова, чтобы утром, соединившись с друзьями, уже двумя машинами продолжить наше путешествие.

Дорога от Минусинска до поселка Черемшанка проходит через районный центр – посёлок Курагино. Далее – на восток, по берегам рек Туба, Кизир, Казыр. Достаточно частые для подтаёжной местности населенные пункты встречаются через десять – двадцать километров, что говорит о плотном заселении Курагинского района. Плодородные сибирские земли со времен раскола церкви патриархом Никоном в 1640 году служили надёжным убежищем для староверов, немного позже – казаков, а с начала XIX века – для крестьян-переселенцев. Люди бежали от гнета и голода в поисках лучшей жизни родами и деревнями. По рассказам старожилов и аборигенов, деревни Тюхтяты, Таяты, Петропавловка, Нижняя Тридцатка когда-то были полностью староверческими. Имис, что стоит на левом берегу Кизира, основали казаки. А знаменитая Черемшанка имеет мордовское наследие. Сибирь давала приют всем, кто сюда приходил. Места хватало. Распрей и конфликтов с коренным населением, в данном случае с хакасами, не было, хотя это были их исконные земли. Остались и первоначальные названия рек, озер или гор. Например, озеро Тиберкуль переводится как Небесное озеро, река Казыр (Хазыр Упсу) – Бурная или Стремительная река, Кизир – Режущий, Бугуртак (Пугур таг) – Горбатая гора, Тагасук – Девять рек. Самая высокая вершина Восточного Саяна, в верховьях реки Казыр – пик Грандиозный – Хайбыты, что значит Величие.

Расстояние от Курагино до Черемшанки составляет что-то около девяноста километров. Я уже ездил здесь не раз. Всегда с большим удовольствием приезжаю к своему другу Виктору Николаевичу Краснову. Дорогу изучил хорошо. Смотрю в окно своей «Окушки» – глаза радуются. Какие же здесь красивые места! Проехав от Курагино километров двадцать, слева наблюдаю красивейший склон, поросший березовыми колками. Красота! Всегда любуюсь этим склоном с крутыми, изрезанными водой овражками. Дальше дорога идёт по берегу Казыра и его протокам, весной – бурному и шумному, даже страшному, а летом – спокойному и чистому, манящему к себе свежестью и прохладой. Нередко на дороге можно встретить рыбаков, оставляющих свои машины на обочине. Слева крутосклоны чередуются с живописными скалами, где в труднодоступных местах весной устраивают себе гнёзда утки. Однажды я наблюдал, как мамаша-кряква летом переводила своё уже окрепшее потомство к реке, на острова, коих на Казыре очень много.