© Hal K. Wells. Flame-Worms of Yokku, "Amazing Stories", March 1933

В кают-компании «Сокола» – космической яхты, следующей с Земли к циллогеновым рудникам Урана, – три человека застыли друг против друга. Казалось, ещё мгновение – и вспыхнет пламя.

Двое из них – земляне, владельцы «Сокола» – Эрик Ларсен и Барт Уилер, межпланетные искатели приключений. Их дружбу скрепили опасности всех обитаемых миров Солнечной системы. Оба – великолепного телосложения.

Ларсен, светловолосый, подобно далёким предкам-викингам, обладал гибкой силой тигра в высоком теле. Тёмная голова Уилера едва доставала Ларсену до плеча, зато коренастое тело имело мощную грудь древних земных борцов.

Третий – Дало Йок, марсианин, штурман «Сокола». В поединке Ларсен или Уилер легко переломили бы тщедушное тело Дало Йока. Однако сейчас они беспомощно замерли под дулом кислотного пистолета в руке синекожего марсианина. Струя кислотного тумана превратила бы плоть и кости в дымящуюся жидкость, подобно маслу, тающему под раскалённой добела кочергой.

Ларсен не сводил взгляд с лица Дало Йока, пытаясь разгадать причину совершенно неожиданного нападения. За двенадцать месяцев службы марсианина штурманом он неизменно оставался верным, спокойным и холодно-деловитым, точно автомат. Именно эти качества делали марсиан столь востребованными на посту космогаторов. Сражения и прочие активные фазы покорения космоса отводились обитателям Земли и Венеры с огнём в крови.

В нынешнем рейсе Дало Йок всего пару минут назад тихо сидел в навигационной рубке на носу корабля, – пока внезапно не ворвался в кают-компанию, наставив на Ларсена и Уилера кислотный пистолет и гортанно лопоча по-марсиански, словно обезумев. В хлещущем потоке слов ошеломлённые земляне сумели разобрать лишь повторяющиеся упоминания «Йокку, потерянного мёртвого солнца Ран Йока».

Ларсену недолго пришлось изучать лицо Дало Йока. Причина внезапной вспышки марсианина считывалась по лёгкому зеленоватому оттенку в жёлтых глазах и странному маслянистому блеску синей кожи. Однозначно. Дало Йок жевал лухна-траву, запрещённое наркотическое растение Марса, превращающее своих жертв в безумных безнадёжно и полностью.

Дало Йок оскалился, встретив твёрдый взгляд Ларсена, и резко перешёл с марсианского на английский.

– Земляне больше не хозяева «Сокола», – похвалялся он. – Отныне курс диктую я, и пройти этим курсом за всю историю осмелился лишь один человек. Мы отправляемся искать потерянное мёртвое солнце Ран Йока – опоясанный огненным кольцом таинственный мир, названный им Йокку. У меня есть карты, считавшиеся потерянными после гибели Ран Йока.

Помните, как ваши земные учёные высмеяли утверждения Ран Йока, когда он вернулся, одинокий и умирающий, из великой экспедиции во внешний космос? Они решили, что его история лишь фантазия гибнущего безумца, а остальная Солнечная система поверила им. Сама память о Ран Йоке стала посмешищем. Мне, сыну Ран Йока, выпало восстановить поруганную честь Дома Йоков.

И шанс для этого теперь в моих руках. «Сокол» проследует по историческому маршруту Ран Йока, дальше Урана, дальше Нептуна, ещё два миллиарда миль сквозь чёрную пустоту внешнего космоса, пока мы вновь не найдём потерянное мёртвое солнце Йокку.

Марсианин извлёк из поясной сумки небольшой шёлковый вымпел и развернул его, явив землянам замысловатую монограмму древней марсианской вязи, вышитую золотом по чёрному фону.

– Знамя могущественного Дома Йок! – воскликнул он торжествующе. – Мы водрузим его на высочайшем пике Йокку. И оно провозгласит всей Вселенной: Ран Йок ни лжец, ни безумец, но величайший космический исследователь всех миров и всех времён!

Но хватит! – Дало Йок оборвал тираду. – Я трачу драгоценное время. – Он повелительно указал стволом на закрытую металлическую дверь позади. – В клеть, земляне. Там вы не сможете мне помешать, пока мы не сядем на Йокку. Живо – у меня полно работы.

Ларсен с Уилером облегчённо переглянулись. Такой расклад превосходил самые смелые надежды. Клеть – пустая стальная камера, временами служившая для перевозки образцов животных с других планет, – обладала неведомой Дало Йоку особенностью.

Тяжёлая дверь клети запиралась автоматически и до недавнего времени открывалась только снаружи. Месяц назад, при нахождении корабля в ремонтном доке на Земле, случайное срабатывание двери сделало Уилера пленником почти на целые сутки, прежде чем его отыскали. Они с Ларсеном немедля устранили опасность повторения подобного, установив потайной механизм, позволявший отпереть замок изнутри.

Стараясь не выглядеть подозрительно покладистыми, Ларсен и Уилер попятились в клеть, сопровождаемые Дало Йоком с пистолетом наготове. Миг спустя они оказались внутри, дверь щёлкнула и закрылась.

Уилер сразу потянулся рукой к механизму отпирания, но Ларсен его быстро остановил.

– Не спеши, Барт, – прошептал он. – Подождём, пока не уверимся, что Дало Йок покинул кают-компанию. Ему придётся вернуться в навигационную рубку для запуска носовых генераторов двигательных лучей, раз он собирается разворачивать нас за Ураном. Ощутим вибрацию запускающихся генераторов – выскользнем и подкрадёмся к нему. А пока отойдём от двери. Ещё заглянет в смотровую панель и заподозрит неладное.

Уилер пожал плечами, неохотно соглашаясь с мудростью Ларсена, и проследовал за ним к противоположной стене. Они растянулись на голом металлическом полу поудобнее, в молчании ожидая пуска генераторов.

Ларсена вспоминал Йокку и Ран Йока. Пять лет назад – летом 2149 года – эти имена нашумели в дневных новостях.

Ран Йок, безвестный марсианский астроном, выдвинул теорию о существовании далеко за известными пределами Солнечной системы карликового компаньона Солнца – не очередной планеты, но малого тёмного светила, согреваемого тлеющими остатками собственного изначального пламени, возможно, с участками затвердевшей коры, пригодными для обитания живых существ.

Теория выглядела вполне правдоподобной. Выдвигали её и до Ран Йока. Подавляющее большинство звёзд имеет звёздных компаньонов, и не имелось особых причин считать Солнце печальным исключением. Признавалось, что малый солнечный спутник, даже обладающий собственным излучением, мог бы находится далеко в космосе, оставаясь визуально необнаружимым.

Но Ран Йок пошёл дальше. Он утверждал, что вычислил точное местоположение карликового компаньона, в двух миллиардах миль за орбитой Нептуна. Он привёл запутанные расчёты в поддержку своего заявления, однако ведущие учёные Земли и Марса, бросив лишь беглый взгляд, отвергли притязания Ран Йока как излишне туманные и не заслуживающие даже рассмотрения.

Тогда Ран Йок попытался склонить исследователей космоса отправиться в некартографированную пустоту на поиски мёртвого солнца, но потерпел полную неудачу. Космическим путешествиям в пределах самой Солнечной системы едва исполнилось столетие. Покинуть знакомую область известных планет и устремиться на два миллиарда миль в чёрную пустоту межзвёздного пространства, разыскивая крошечный тусклый мир, чьё существование даже не было доказано, – перед таким предложением откровенно пасовали даже самые закалённые.

В конце концов, в полном отчаянии, Ран Йок раздобыл космический корабль и с тремя спутниками отправился в путь. Шесть месяцев спустя его корабль с рёвом ворвался в марсианскую атмосферу и рухнул, полностью потеряв управление. Вскрыв обломки, спасатели обнаружили, что спутники Ран Йока исчезли, а сам он совершенно обезумел и безостановочно кричал о «Червях – огненных червях – гигантских огненных червях Йокку!».

Он получил несовместимые с жизнью ранения, так что умер при извлечении из обломков. Тогда полагали, что его карты и расчёты погибли вместе с ним. Бортовой журнал почти уничтожило при крушении, однако одна из немногих уцелевших записей, казалось, указывала на обнаружение Ран Йоком карликового компаньона Солнца – странного обитаемого мирка, освещаемого и согреваемого опоясывающим огненным кольцом, – наречённого им «Йокку».