– Что же, в таком случае вся группа заслуживает высшей оценки. Вы показали слаженность и способность действовать в опасной ситуации, – удовлетворенно кивнул профессор.

Ко мне же приблизился Ригель.

– Эйгон, не сочти в дурном ключе, я сочувствую твоей ситуации, но если после… не сложится, приходи в мой Дом. Из тебя получится неплохой страж. Я знаю, как Ауэры дорожат честью и верностью.

Ага… вообще этот парень всегда был с обостренным чувством справедливости. Хороший человек, хотя знаю, что сейчас будет.

– Благодарю, но по мне более активная служба. Посмотрю, куда занесет.

– Эйгон, тебе стоит отбросить лишнюю гордость. Ауэр уже не Великий Дом, а у тебя повреждено ядро. Лучше начни слушать советы, а не надейся починить его.

– Ты просто предлагаешь сдаться. И спасибо, я знаю, но ослабление моего рода не меняет мои планы. И уж точно не нужно меня жалеть.

– Такая погоня за несбыточной надеждой приведет тебя к смерти. Или же предпочтешь идти туда, где станешь рядовым бойцом, и над тобой еще и насмехаться будут? Ядро даже не усиливается! Лучше послушай…

– Ригель, – перебил я его, повысив голос и сощурившись, глядя в его глаза, отчего он отшатнулся. – Будут насмехаться – получат по роже. Моя надежда – мое дело, не твое. Не лезь, или тоже получишь. И ядро медленно, но усиливается. И я договорился с отцом кое о чем.

Они знали, что ядро Эйгона застряло на низшей стадии, но давно не переспрашивали. Теперь же повернем так, как будто я никому не говорил и договорился о чем-то с семьей.

Парень нахмурился, но отвалил. А то нашелся заботливый. Он хороший человек, готовый на помощь, но фраза, звучащая как «смирись, ты теперь слабак», кого угодно выведет, если человек себя уважает.

Спустя минут тридцать быстрой ходьбы мы приблизились к разлому, что открылся на пологом месте склона. Солдаты с гербами Великого Дома Мёбиус охраняли устройство стабилизации и проход в Иллион. Кстати, такие устройства только их Дом умеет делать, один из главных их секретов и источник огромного дохода. Этот разлом на их территории открылся, и они предоставили его академии для проведения экзамена. Правда, теперь суетились из-за разлома в опасный осколок.

Шаг в белое свечение, и по всем органам чувств прокатилось странное ощущение. Покалывание кожи, хаотичная гравитация, странный низкочастотный гул. Но это продлилось лишь долю секунды, и шаг завершился уже по другую сторону разлома. Такое же белое сияние трещины в реальности осталось позади.

Мы находились посреди засеянного каким-то злаком поля, на котором солдаты вытоптали участок. Ресурсную добычу в горах Манор вели, и, к примеру, та пещера наверняка на самом деле была едва начатой шахтой. Геомантия, то есть контроль земли, промышленные объемы добычи не обеспечит, зато и тяжелая техника не нужна. Разломы бывают небольшими, как в этот раз.

Солдаты Мёбиусов на нас внимания не обращали, мазнув взглядом по побитой компашке… хотя вижу, что меня узнали. Но комментировать не стали.

Все же я наследник Дома, что чуть больше полугода назад был Великим – равным тому, которому они служат. А теперь лишь Старший Дом. Тоже неплохо, большинство этих солдат и часть моей группы из Младших Домов. Низшие магические семьи лишь имеют приоритет на получение пробуждений магии, поскольку доказали крепкую наследственность. У Старших Домов больше преференций, но все же… если в аналогии с Империей, то раньше я был буквально сыном герцога. Сейчас же наследник кого-то вроде графа.

Я присвистнул. Вот это продвижение по социальной лестнице.

Правда, лучше бы я просто был из Старшего Дома.

Дома, по сути, схожи с аристократическими родами. Главенство передается через наследование, почти все предприятия и целые сектора экономики в руках Домов. Исключение составляют те, что напрямую в управлении Совета. Кроме того, далекие ветви рода Великих Домов уже не могут использовать фамилию, как правило, становясь представителями Старших Домов, служащих Великому. Хотя тут нет прямой иерархии подчинения, любой Дом может быть независимым. Система чуть более корпоративная, и у низших звеньев прав побольше.

Ближайшие к патриарху представители Дома занимают различные управленческие посты, а люди, что ниже в иерархии, устраиваются на службу в рамках корпоративных моделей.

Однако для Эйгона все кончилось плохо. Взрыв разлома на границе осколка «Долина Цианус» и пригорода Литцена породил энергетический выброс на основе маны. Там пропал прошлый патриарх Дома Ауэр – Отто, а вместе с ним его жена, братья и много верных людей, служивших Дому. Эйгона же накрыло энергетической волной и повредило ядро. А в этом мире личная сила крайне важна.

А дальше расследование произошедшего, что назвали «Инцидент со взрывом разлома». Обвинение Дома Ауэр в грубом нарушении правил транспортировки грузов сверхвысокой опасности – якобы транспортировали чуть ли не антиматерию. Причем это повлекло огромное число смертей, разрушение инфраструктуры и экосистемы в пригороде. А тут люди об экологии очень пекутся.

В ходе расследования вскрылись грязные делишки рода, и Совет Великих Домов позволил Дому Левитан объявить войну, ведь они сильно пострадали как от прошлых действий Ауэров, так и от взрыва – накрыло пару видных людей из побочной ветви рода. Литцен хоть и был «нашей» территорией, но всеми городами управляет Совет. Вообще вся система политических взаимоотношений построена так, чтобы Дома все время взаимодействовали, а не разделились на отдельные княжества. Иначе никак, если нет верховного правителя и ты не хочешь, чтобы он появился в результате гражданской войны.

Буквально в тот же день началась война Великих Домов, одновременно с ней прокатилась волна обвинений во всевозможных нарушениях законодательства Иллиона и игнорировании решений Совета. Все это вылилось в голосование о снижении статуса Дома Ауэр с Великого до Старшего и лишении большой части имущества, принадлежавшего роду, в пользу пострадавших. Прежде всего, Левитанов и Гиммлеров. Почти две трети выступили «за», в том числе пара бывших союзников.

И пусть мы теперь сильный, полностью независимый Старший Дом, но это кажется мелочью на фоне тех, кто действительно что-то может решать в Иллионе. Семнадцать миллионов квадратных километров – огромная территория. И теперь Дому будет очень проблематично восстановиться и влезть обратно в высшие круги. В каком-то смысле Ауэр в опале.

У нас сейчас нет ни одного крепкого союза с Великими Домами, максимум дружественный нейтралитет. Ранее подчинявшиеся Старшие Дома или почти уничтожены во время войны, или воспользовались моментом для обретения полной независимости, многие союзы рухнули. Пока память свежа, иметь хорошие отношения с Домом Ауэр репутационно невыгодно. Многие говорят о «крахе Великого Дома», а на оставшееся смотрят лишь как на временное состояние, убежденные, что падение Ауэр попросту еще в процессе. Тем более с гарантией найдутся желающие «дожать» давнего врага, но пока перемирие – механизм защиты, введенный Советом. Конечно, Ауэр строят хорошую мину, Эйгон на слова о «крахе» всегда агрессивно реагировал, но что есть, то есть.

Вот потому Эйгон – узнаваемая персона, и лучше бы мне быть просто выходцем из Старшего Дома. Хотя кто знает? Есть же те, кто считает произошедшее результатом эффектно провернутой подставы. Правда, вот доказательств этому нет.

Я вздохнул, посмотрев на небо глубокого синего цвета и вечно сияющую там звезду. Это будет… любопытно.

Мы прошли к конвертоплану. Две спаренные установки сейчас были направлены в землю и готовы поднять крупный пехотный транспортник. Холодное оружие отправилось в оставленные у входа чехлы. А кто не имел права на ношение стрелкового оружия в городской черте, и вовсе убрал его в специальные коробки. Забавное правило, учитывая, что магия многих из нас эффективнее легкого вооружения.

– А тела погибших? – несколько удивленно спросил я у профессоров, поскольку, когда группы загрузились на ряды широких сидений для людей в броне, задний люк стал закрываться.