В правой руке гвардеец держал меч, в левой копье, и Тобас подумал, что выбор оружия дурацкий. Второе оружие обычно мешает больше, чем помогает, тут и с одним-то не всегда понятно, куда тыкать.

Кошка прыгнула почти сразу и когти рассекли воздух там, где гвардеец стоял мгновение назад. Но он к этому моменту уже сместился вбок и полоснул мечом по протянутой лапе. Тварь рыкнула, дернулась, хлестнула хвостом, и шип на конце пролетел в пальце от его уха. Гвардеец отскочил назад, перекинул копье из левой руки в правую на какую-то долю мгновения и вернул обратно, перестроив хват, и Тобас только сейчас начал понимать.

Каждая рука работала отдельно от другой. Меч кусал и отвлекал, копье контролировало дистанцию, и ни одно оружие не мешало второму, потому что тело гвардейца двигалось так, будто внутри живут два отдельных бойца. Тобас такого не видел никогда, даже на тренировках, когда гвардеец гонял его с деревянными палками, ничего подобного не показывал.

Кошка рванулась снова, целясь когтями в грудь. Гвардеец поднырнул под лапу, копье ткнуло тварь в подбородок, она отшатнулась, и в этот момент он прыгнул. Причем к ней, вверх и вперед, и оружие вылетело из левой руки быстрым и точным броском. Древко вошло в бок кошки позади передней лапы и ушло глубоко, а гвардеец, еще не коснувшись земли, крутанулся в воздухе и рубанул мечом по шее. Клинок рассек шкуру, и тварь завалилась набок, дергая лапами и скребя когтями по земле, а зеленое свечение на когтях мигнуло пару раз и погасло.

Гвардеец приземлился и выпрямился, спокойно подошел к туше, извлек оружие и обтер острие о траву. Посмотрел на стену, где на него пялились все, кто мог отвлечься от боя, и кивнул, мол, продолжайте.

Тобас моргнул и отвернулся. Руки все еще сжимали копье, а в голове вертелась одна и та же неприятная мысль. Он сам находится в конце первой ступени, ближе к переходу, чем большинство практиков его возраста, и до сегодняшнего дня считал это достижением. Отец говорил, что хороший бой может подтолкнуть к порогу, что вторая ступень почти гарантирована тому, кто не будет отсиживаться и покажет себя. Тобас верил каждому его слову, потому что отцу невозможно не верить, даже когда он молчит.

Но вот стоял этот гвардеец, пусть заметно старше самого Тобаса, но он убил за несколько ударов тварь, на которую вся стена смотрела с ужасом. А Тобас вложил всю доступную Основу в один бросок, чтобы завалить быка, и теперь чувствовал, как запас просел до самого донышка. Быка-то он уложил, и это хорошо, и вроде бы гордиться надо, но рядом с тем, что только что произошло у соседней секции, его бросок выглядел рядовым усилием рядового практика. Коим он, собственно, и является.

— Ну? Где тебя черти носят? — рыкнул Тобас, когда заметил бегущего со всех ног посыльного. Парень летел через площадку, спотыкаясь и хватаясь за заборы, а лицо у него раскраснелось до такой степени, что еще немного и задымится. — Почему один? Где Рей? Его ловушка битком забита, зверям протолкнуться негде!

Посыльный добежал, уперся руками в колени и с хрипом сложился пополам. Несколько секунд он только сипел, а Тобас стоял и ждал, хотя терпение давно вышло за допустимые рамки.

— Ну?

— Рей… — выдавил тот, все еще не разгибаясь, — не может…

— Чего не может? Ранен? — Тобас шагнул ближе.

— Рей делает этот… как его… — посыльный с трудом разогнулся и на секунду задумался, припоминая незнакомое слово. — Унитаз!

Тобас уставился на него и некоторое время просто пытался понять чего вообще услышал. Позади продолжали визжать свиньи и бить пятаками в бетон, со стены летели стрелы, кто-то орал, требуя еще одно копье, но Тобас все это на мгновение перестал слышать.

— Унитаз? — Тобас даже мотнул головой, решив, что ослышался. — Это что?

— Что-то для обороны, — посыльный с усилием проглотил воздух и почесал затылок. — Если я все правильно понял, он нужен на случай, если будет совсем страшно…

Прикусил язык, разгладил последнюю кривизну на ободке и придирчиво осмотрел результат. Форма готова, по крайней мере основная часть, и если бы существовала шкала от корявого ведра до Парфенона, мой результат занял бы уверенное место где-то в районе «вполне прилично, но дайте глазурь».

По уму, конечно, чтобы получить от системы полную награду за изделие, надо бы его еще и закончить. Высушить и обжечь, а в идеале еще и опробовать хотя бы раз по назначению, чтобы вселенная убедилась в работоспособности.

С последним пунктом пока никак, ведь для использования как минимум нужно определить место установки, подвести трубы, выкопать отстойник, организовать отвод, и вообще это отдельная инженерная задача, которой можно заниматься неделю. Сушка тоже дело не мгновенное, конструкция вышла куда крупнее кирпича, и пара-тройка дней ей точно нужна. С обжигом еще веселее, подходящие ямы есть, но все до одной за стеной, а туда сейчас путь заказан по понятным причинам.

Но мне ведь и не нужна полная награда, мне нужен один несчастный процентик, и есть подозрение, что рунная начинка потянет даже без обжига и сушки.

Экономно пропустил Основу по толще глины и нащупал целых четыре крупных узла. Големова глина в составе дает о себе знать, в обычной бурой такого количества на этот объем не найти при всем желании.

Ну и выбор рун для четырех узлов напрашивается сам собой, хотя для начала стоит отсечь лишнее. Руна адгезии здесь точно ни к чему, а то как прилипнет, так никогда и не ототрешь. Отражение света тоже мимо, на таком троне сиять должен только кто-то один, и это уж точно не глина. Два накопителя, один восстановитель на всякий случай, ну и руна гидрофобизации, без которой весь замысел теряет половину смысла.

А что, если подумать, идеальнее и не придумаешь. Всё жидкое будет скатываться со стенок и не оставлять следа, а там, глядишь, и что-нибудь потверже тоже соскользнет. Как подсохнет немного, руна и заработает, этот фокус я уже изучил на пробниках и знаю наверняка.

Нанес первый накопитель на ближний узел, линии легли сразу, хоть и не так четко, контроль при пустых запасах хромает. Второй накопитель лег чуть лучше, восстановитель вывел у основания, а гидрофобизацию оставил напоследок, узор у нее капризнее прочих и рука должна быть хоть сколько-нибудь твердой.

Сосредоточился, прикусил язык повторно, вывел по памяти извилистые линии и замкнул контур. Так, теперь бы еще ободок сверху, или руну подогрева какую-нибудь найти, вот это было бы по-настоящему удобно, но в остальном всё готово.

Протянул последний соединитель между узлами, растратив и без того опустошенные запасы, и…

[Путь Созидания II: 99% → 100%]

[Оба Пути достигли Третьей ступени!]

[Инициирована трансформация…]

Тепло хлынуло изнутри, и на секунду показалось, что каждая кость в теле загудела от напряжения. На второй ступени чувствовалось похоже, но сейчас раз в десять плотнее, волна прошла не по поверхности, а насквозь, от макушки до пяток и обратно. Каналы Основы расширились так резко, что перехватило дыхание, а пустота, которая минуту назад царила внутри, заполнилась до краев и полилась через край.

[Основа: 1/20 → 30/30]

[Максимальный объем Основы увеличен: 20 → 30]

[Трансформация завершена]

[Доступны улучшения Третьей ступени:]

[Путь Разрушения: проникающий контроль на уровне внутренней структуры материала, снижение потерь разрушающего импульса, усвоение Основы костной тканью и связочным аппаратом]

[Путь Созидания: объемное восприятие рунных структур, пассивное считывание структуры материалов при физическом контакте]

[Общее: увеличен максимальный объем Основы, повышена скорость восстановления, расширена пропускная способность каналов Основы]

Было двадцать, стало тридцать, и все тридцать полные до отказа, по телу разливается такая мощь, что хочется вскочить и бежать к стене прямо сейчас, бить морды жилам, хотя фингал под глазом им все равно не оставишь, глаз-то нет, но желание от этого никуда не девается и зудит в каждой мышце.