Он тараторил без остановки всю дорогу, перескакивая с колес на Хорга, с Хорга на еду, с еды обратно на колеса, и выдохнуть я не смог даже когда мы дошли до станка.

— Да ну? Это что за корчелыга? — Рект обошел конструкцию кругом и постучал по раме костяшками пальцев. — Выглядит как неработающее дерьмо, если честно. Кто хоть сделал, инвалид какой-то кривой?

Я ничего не отвечал, просто взял ось для обточки, насадил два колеса фланцами друг к другу и нажал на педаль. Решил переточить колеса, которые вчера делал, а потом еще проверить, не повело ли профиль после обкатки. Ректу тем временем указал на свежие заготовки у стойки. Ольд уже напилил целую стопку, заранее просверлил по центру отверстия, так что можно сказать почти всю работу выполнил за Ректа.

— Пока равняй, чтобы не тупые чурбаки были, а хотя бы относительно круглые. И ровно по центру выруби квадрат, вот как здесь.

— А? — осекся он, будто не ожидал, что работа начнется прямо сейчас. — Точно, да легко, сейчас!

Схватился за топорик и на какое-то время затих, а я наконец отвлекся на свое дело. Резать дерево на станке уже наловчился, самый кончик резца едва заметно мерцает за счет Разрушения, и стружка не просто отлетает, а снимается без каких-либо физических усилий, причем заготовка при этом почти не замедляется. Закончил с двумя колесами, снял, осмотрел профиль на свет и сразу закрыл лицо ладонями.

— Рект…

— А? — он отвлекся от своего труда и захлопал глазами. — Вот сейчас еще чуть-чуть сниму, и вообще ровно будет! Погоди только.

Тюкнул топором, и от заготовки откололся приличный кусок.

— Ага… Ладно, сейчас вот еще с трех сторон сниму, и точно ровно будет!

— Оставь уже, — вздохнул я. — Колесо не должно быть таким маленьким. Десять сантиметров это правда слишком.

— Да ладно, главное чтоб ровно! — возмутился Рект.

Получилось как в сказке про лису и дележку сыра. Каждый раз Ректу казалось, что с одной стороны чуть больше, и он подрубал, потом с другой стороны становилось больше, и снова тюкал топором. Сыр в той сказке кончился довольно предсказуемо, и наша заготовка повторила его судьбу, от колеса осталось нечто размером с кулак, на которое можно разве что самокат поставить, если бы самокаты здесь существовали.

— Вот смотри, — взял топорик, новую заготовку и начал короткими точными движениями обрубать лишнее. Выбил квадрат ровно по центру, предварительно отмерив от центрального отверстия веревочкой кружок, чтобы радиус везде получился одинаковый, и уже по этой метке обкалывал, оставляя сантиметр в качестве запаса. — Всё, дальше уже на станке.

Повторил то же самое со второй заготовкой, затем показал Ректу, как насаживать колеса попарно на ось, и продемонстрировал уже готовое колесо с выведенным коническим профилем.

— Нужно, чтобы эти два колеса были одинаковы и похожи на это. Дальше смотри.

Показал, как крутить заготовку и держать резец, как правильно снимать стружку, и к моему удивлению, Рект все это время молча слушал и запоминал. Во сне болтает без умолку, днем и говорить-то не о чем, не затыкается ни на секунду, а тут стоит и молчит. Может, пульс проверить?

— Понял. Дай попробую, — проговорил он, когда я уже потянулся к сонной артерии.

Ладно, вроде живой. Тогда все еще более странно…

Впрочем, дальше вышло еще страннее, потому что Рект встал за станок и начал точить. И вполне сносно, хочу заметить! Он не практик, срезать ему сложнее, чем мне, каждый проход дается с усилием, а получается при этом ненамного хуже.

Движения может и не такие плавные, стружка тоньше и рваная по краям, но правильная форма проступает сама, и это удивительно. Особенно учитывая что пять минут назад он превратил заготовку в огрызок.

— Вот так ведь правильно, да? — уточнил он после того, как провел и выровнял фланцы между собой. — А теперь форму задавать, как на твоем колесе?

— Всё верно… — пробормотал я и наверное выглядел при этом глупо, потому что стоял с открытым ртом. — И останавливайся, как дойдешь до метки.

— Да-да, понял, — коротко кивнул Рект и, прикусив язык, продолжил снимать стружку.

— Рект, — окликнул его.

— М?

— Да ты же… Настоящий токарь!

— А? — скривился он, не отрываясь от работы. — Кто?

— Просто запомни слово, потом будешь хвастаться.

— О, понял, хорошо! — обрадовался парень и расплылся в улыбке. — Токарь я! Странное слово, но мне нравится… Хотя почему мне вдруг выпить захотелось?

Не знаю, каким образом это слово передает подобные вещи через миры и эпохи, но в прошлой жизни я знал нескольких токарей, и все как один были убеждены, что станок без стакана крутится хуже. Видимо, это что-то неотделимое от профессии, раз даже здесь срабатывает с первого раза.

Какое-то время стоял рядом и наблюдал, как Рект работает, и надо признать, что наблюдать за ним оказалось занятием на удивление приятным. Парень вошел в ритм и перестал дергаться, стружка ложилась ровно, заготовка с каждым проходом приобретала нужную форму, и я даже начал задумываться, не поторопился ли с выводами насчет его бесполезности.

Хотя нет, не поторопился, потому что через пару минут Рект увлекся и начал снимать слишком глубоко, явно решив, что если чуть-чуть хорошо, то побольше будет еще лучше.

— Стоп, хватит, дальше не трогай. Видишь метку? — указал на линию на торце, — Вот до нее и все.

— А если еще чуть-чуть? Оно тогда вообще гладкое будет, как…

— Как твоя предыдущая заготовка размером с кулак? — усмехнулся я, — Метка есть, до метки работай, после метки стой и любуйся.

Рект надулся, но послушался, и дальше дело пошло куда лучше. Снимал аккуратно, проверял профиль, сравнивал с готовым колесом и даже, кажется, начал получать от процесса удовольствие. Нет, ну действительно дельный парень, исполнительный. Но эта его привычка постоянно говорить и говорить… Думаю, у станка ему самое место, пусть общается хоть сутками напролет и ни у кого от этого не задергается глаз.

Пока он возился с заготовками, я еще раз осмотрел собственную пару колес и параллельно крутил в голове мысль, которая не давала покоя с самого утра. Четыре колеса я обточил вручную, каждый раз сравнивая на глаз и прикладывая друг к другу, и всякий раз это занимало уйму времени. Если делать колеса десятками, на глазок вряд ли выйдет одинаково, нужен шаблон.

Проблема в том, что профиль у конических колес не простая прямая линия, а плавная кривая, и вырезать шаблон из дерева с такой точностью, чтобы потом по нему можно было калибровать — задача нетривиальная. Можно, конечно, выточить одно эталонное колесо, запереть его в сундук и каждый раз доставать для сравнения, но это костыль, а не решение, да и все равно его не приложить к вращающейся детали чтобы сделать так же.

А вот если взять что-нибудь мягкое и податливое, глиняную пластинку, как вариант, и прижать ее к обточенному профилю прямо на станке, пока колеса еще сидят на оси, то глина примет форму поверхности и сохранит ее после высыхания. Получится зеркальный слепок профиля, который можно прикладывать к любой заготовке и сразу видеть, где лишнее, а где не хватает.

Причем прижимать лучше даже к паре колес сразу, ведь так слепок захватит и фланцы, и весь переход от широкой части конуса к узкой. Одна глиняная плашка заменит десяток проверок на глаз и сэкономит часы работы, можно даже не сомневаться.

Идея, как обычно, лежит на поверхности, и будь у меня под рукой гипс, слепок получился бы еще точнее, но глина тут не сильно хуже. Особенно если дать ей потом просохнуть как следует и потом обжечь, так вообще будет вечный эталон.

Керамический шаблон, может, и грубее гипсового, зато его не разобьешь случайным ударом и он не размокнет под дождем. В общем, надо бы реализовать, идея-то действительно стоящая. А если слепить его из големовой глины и нанести рунку? Вопрос только какую, в голову пока ничего особо не приходит.

Заодно подумал и о другом, ведь колеса на одной оси по-хорошему должны быть абсолютно одинаковыми, одного диаметра и с одним профилем. Да и хотелось бы, чтобы и на разных осях тоже были не просто отдаленно похожими, но тоже примерно одних размеров.