— Рей, ты вообще что делаешь? — прищурился он.

— Выпад? — с явным сомнением предположил я.

— Ты шест вперед толкаешь, а сам назад отклоняешься, как будто боишься, что он тебя укусит, — Кейн взял мой шест за середину и поставил меня ровнее. — Центр тяжести должен идти вперед, вместе с оружием. Ты и оружие это одно целое, а не два отдельных предмета, которые случайно оказались рядом. И ноги шире расставь, а то стоишь как цапля на одной лапе.

Расставил шире, попробовал снова, и вроде бы получилось чуть лучше, по крайней мере Кейн не стал комментировать и перешел к другому бойцу. Ну а я продолжил повторять движение, с каждым разом все лучше чувствуя оружие в своих руках!

Действительно ведь, с копьем управляться куда легче. Вот сделал шаг, представил перед собой противника и со всей дури всадил в него острие. Противник немного покорчился и издох, а я вышел победителем. Собственно, как бы легко это ни выглядело со стороны, оказалось, что я и это делаю неправильно.

— Ха, тебе бы лопатой махать, а не копьем! — хохотнул Кейн, проходя мимо после очередного подхода.

— Ну как бы это… — скривился я, потому что возразить тут нечего. — Я тут даже не поспорю.

— А, да, точно же. — почесал он затылок и даже немного расстроился, что шутка не получилась.

— Во-во, не надо мне тут, — пригрозил ему шестом, отчего Кейн расхохотался так, что несколько мужиков обернулись, а один даже уронил свой шест.

В общем, пока просто махали палками и тыкали в воздух, все шло худо-бедно сносно, движения нехитрые и тело постепенно к ним привыкало. Но потом Кейн объявил переход к чучелу из толстых веток, и вот тут стало интереснее.

Стояло оно в стороне от основной группы, привязанное к вкопанному столбу, и представляло собой вязанку прутьев, перехваченных веревкой и набитых так плотно, что при ударе по ней отдавало в руки до самых плеч.

— Чучело собрано не для красоты, — Кейн встал рядом и похлопал по нему ладонью. — Ветки подобраны примерно по толщине и прочности ребер, так что когда бьете, ощущения будут близкие к настоящему удару. Просто легонько ткнуть не получится, тут надо сконцентрировать усилие и нанести четкий удар, иначе острие соскользнет или застрянет между прутьями. И учтите, что у наших противников шкура может оказаться куда толще, так что привыкайте бить сильно и точно.

Он снял копье с плеча и коротким движением загнал острие в связку. Прутья хрустнули, наконечник вошел на ладонь и замер, а Кейн выдернул его одним рывком и отступил назад.

— Все, вот вам копье, пробуйте по очереди, — скрестил руки на груди и принялся наблюдать.

Выстроилась очередь, а я, заняв место ближе к концу, смотрел кто как тыкает. Со стороны всегда легче замечать чужие ошибки, это факт. Вот мужичок недостаточно шагнул, не перенес вес на переднюю ногу и потому удар вышел рыхлым, копье вошло неглубоко и съехало вбок.

Другой слишком торопился, дернул руками прежде, чем корпус довернулся, и ткнул мимо, скользнув по краю вязанки. Третий замахнулся так широко, будто дрова рубит, и Кейн даже поморщился, потому что с копьем так не работают, тут надо колоть, а не размахивать.

Смотрел и думал, что точно не повторю их ошибок, ведь все же видно и все понятно, стоит только сосредоточиться и сделать как надо. А когда дошло до дела, даже воткнуть острие нормально не смог…

Ветки оказались куда прочнее, чем выглядели, шест соскользнул, прутья спружинили, и в итоге я ткнул мимо, задев вязанку по касательной и чуть не выронив шест от отдачи. И зачем такое чучело делать, нет бы сеном мешок набили, вот на чем оттачивать удары было бы куда удобнее.

— Мда… — протянул Кейн. — Нет, ну у всех практиков свой путь, так что я все понимаю.

— Да в смысле свой путь? — возмутился я. — Может, я просто чучело пожалел.

— Ты копье держишь как палку-копалку, нельзя так, — Кейн подошел ближе и покачал головой. — Почему не следишь за позой? Это все важно, скоро тебе вот так с копьем стоять и отбиваться от полчищ монстров.

— Да я так-то и за баллистой постоять могу, если что, — отмахнулся я. — С нее не промахнусь и даже наоборот, в сто раз эффективнее буду.

— Это с Гундаром обсудишь, но вдруг что с баллистой не так? Вдруг они пробьют стену, и…

— Не пробьют, — нахмурился я, потому что за свои стены обидно стало, как минимум за стены башни, на которой я буду стоять даже если Гундар выскажется против. — Чего ты думаешь, мы совсем безмозглые? Там если кто пробить сможет, значит сопротивление бесполезно.

— Ну не пробьют, а перелезут, неважно, — махнул рукой Кейн. — Все равно надо бы уметь, лишним не будет.

— Да дай ты ему топор или что-нибудь более привычное! — раздался голос сбоку, и повернувшись, увидели одного из гвардейцев Кральда.

Этот был не в тяжелых доспехах и не чугунок на ножках, скорее подтянутый жилистый боец, явно из подчиненных того. Суровое обветренное лицо, легкая кольчуга с мечом на поясе и холодный взгляд.

— Лопату, что ль, предлагаешь? — скривился Кейн.

— Да вон, хоть топор, — пожал тот плечами.

А что, топор в руке действительно куда роднее любого копья. И как инструмент универсален, дерево рубить и колья тесать, а если дойдет до дела, в качестве оружия себя покажет прекрасно. Бронебойные качества у него отменные, рубленые раны оставляет такие, что попробуй потом зашей, и черепушку при необходимости проломит без особых усилий. Так-то согласен, топор мне подходит.

— Так, у нас где-то был в запасах… — гвардеец отошел к ящикам, установленным у частокола, и принялся там деловито ковыряться, перебирая содержимое. — О, нашел!

Достал из ящика топор и вручил мне, и с первого взгляда стало ясно, что это не рабочий инструмент. Рукоять прямая и длинная, почти в руку, без характерного для колуна изгиба на конце, и сделана так, чтобы перехватывать на ходу, хоть за середину, хоть у самого обуха.

Само лезвие узкое и вытянутое, заточено с одной стороны, и куда легче, чем у плотницкого, потому что задача тут не щепу отколоть, а пробить доспех или, в нашем случае, шкуру. Баланс смещен ближе к голове, но не так сильно, как у колуна, где вся масса в лезвии, а ровно настолько, чтобы удар набирал инерцию, но топор при этом оставался послушным и не тянул руку вниз.

Обух плоский и широкий, можно использовать как молоток, а проушина посажена плотно, без расклинивания, стало быть менять рукоять не предполагалось, делали на совесть и надолго.

— Кейн, не против? — гвардеец кивнул охотнику. — При всем уважении, опыта работы с рекрутами у меня побольше. Позволь этого пацана потренирую.

— Да пожалуйста, — Кейн развел руками, — а то воина из него пока всяко не получается.

Я лишь усмехнулся, потому что пока просто старался отрабатывать удары наравне с остальными и к Основе даже не притрагивался

Мне было интересно понять, как вообще махать оружием без нее, чисто на технике и физике, ведь с Основой всяко проще, она прощает неточности, компенсирует нехватку силы и скорости. А вот без нее надо уметь обращаться с оружием как оно есть, на одних мышцах и координации, и вот тут-то пока все печально. Все же как-то управляются без нее, значит и я должен уметь.

— Позволишь? — гвардеец указал на чучело. — Пару ударов нанесем, хочу понять уровень физической подготовки.

— Конечно, рубите, все равно чучело прочное, — махнул рукой Кейн. — А прутья сменные, так что хоть все перерубите. А вы чего встали? Идем, будем оттачивать новый удар, самый полезный в предстоящей схватке! Будем учиться как правильно сбивать противника со стены!

На этом он вместе с остальными отошел в сторону и начал показывать, как правильно колоть вниз, упирая древко в бедро и направляя острие под углом, а я снова посмотрел на гвардейца. Его подопечные в стороне тоже что-то оттачивали, рубили воздух деревянными мечами и кололи по команде его помощника, и он вполглаза поглядывал в их сторону, запоминая ошибки, чтобы разобрать потом.

— Так, мне нужно, чтобы ты нанес удар по чучелу, — проговорил он, вернув внимание на меня. — Бей так, как душа велит.