Крошки уснули, а я задумалась о том, что же мне делать дальше. Я сидела в кресле и смотрела на спящих дочек, когда дверь резко открылась, и в комнату вошел Коортинс.

— Ты зря пытаешься встать между Сильвией и Адамом. Не получится у тебя ничего, — с места в карьер начал американец. — Они вместе все эти последние месяцы. Именно Сильви поддерживала Уильямса после аварии, пока ты прохлаждалась в Москве. Адам во многом от нее зависит и никогда не оставит ее.

Я молча смотрела на мужчину, заставляя держать лицо и не выдать, какие чувства сейчас бушуют у меня в груди.

— Сидела бы тихо в каморке, которую тебе выделила Сильвия. Так нет, вам с мелкими, видишь ли, мало места. Ты еще пожалеешь, что настояла на своем и переехала в эту комнату. Я вмиг сделаю так, что ты больше никогда не увидишь своих шмакодявок, — продолжал угрожать Коортинс.

Сердце сжалось от боли. Только не это, я не смогу без дочек. Они центр моей вселенной.

Нет. Нельзя показывать свою боль. Нужно быть сильной.

Вдох-выдох… Вдох-выдох…

— Решила, что скинешь любовницу мужа с лестницы, и Уильямс тут же вернется к тебе? Ошиблась ты опять. Думаешь, почему твой бывший муженек не зашел к тебе? Адам поехал в больницу вместе с Сильвией. Не пожелал ее оставлять. Так беспокоится о своей ненаглядной девочке, — язвительно выдал американец, с пренебрежением оглядывая меня. — А ты так и сиди в этой комнате… Пока тебя не выгнали на улицу, где тебе самое место, — резко проговорил Коортинс и вышел в коридор, громко хлопнув дверью.

Я еще долго сидела в темноте, боясь пошевелиться. Я не верила, что сдуру загнала себя в ловушку. Что же делать? Как мне поступить?

Я не сразу поняла, что звонит мой смартфон, который я поставила на беззвучный режим. Я посмотрела на экран и с облегчением выдохнула. Кажется, помощь подоспела.

— Привет, Тимыч, — хрипло проговорила я.

— Привет, Милана. Как ты? — озабоченно спросил племянник.

— Не скажу, что хорошо, — всхлипывая, ответила я.

— Ты плачешь? — взволнованно произнес Тимофей.

— Есть немного, — сказала я, пытаясь успокоиться.

— Давай, рассказывай, что у тебя стряслось, дорогая тетушка, — властно приказал Тим.

— Да как-то все сразу и не задалось у меня. Зря я переехала к Адаму. А сейчас у меня еще грозятся забрать малышек, — опять всхлипнула я.

— Милана, прошу тебя, успокойся. Тебе нельзя нервничать. Как там говорят: вдох-выдох? Дышим ровно, думаем о маленьких крошках, которые очень нуждаются в маме, — спокойным тоном проговорил племянник, и я послушалась его совета.

Через несколько минут я была уже почти спокойна и могла рассказать Тимофею случившееся со мной.

— Н-да… — задумчиво протянул мужчина. — Завтра утром я заеду к вам. Думаю, нужно поговорить с самим Адамом. А сейчас ты проверь, закрывается ли дверь в твою комнату. Что-то мне подсказывает, что замок должен быть. А потом ложись спать. И помни — ты не одна. Мы поможем тебе, Мила.

— Спасибо, Тимыч. Ты настоящий друг, — с грустью произнесла я.

— Спокойной ночи, Милана. И поцелуй за меня малышек, — явно улыбнулся Ульянов.

Как и сказал Тимофей, замок на двери действительно был. И как я его не заметила? Давно нужно было закрыться.

Я приняла душ и легла. Уснула, конечно, далеко не сразу. День получился у меня слишком тревожный. Сквозь сон я слышала, что кто-то стучался ко мне, но не прореагировала. Вставать сил не было. К тому же, скоро ночное кормление малышек, и мне так хотелось поспать еще немного.

Утром мы с дочками проснулись рано. К приходу Василисы я успела покормить крошек. На улице было уже тепло, и мы вынесли детей на балкон.

Выходить к завтраку желания не было. Но я вспомнила, что утром обещал приехать Тимофей, и все же решилась покинуть свою комнату. В коридоре я столкнулась с Адамом, который выходил из своей комнаты.

— Доброе утро, Милана, — поздоровался муж, пропуская меня вперед. — Я стучался к тебе поздно вечером, но ты, видимо, спала.

— Да, спала, — сухо проговорила я, вспомнив события вчерашнего дня. — Ты вчера что-то хотел?

— Всего лишь хотел сообщить тебе, что с Сильвией ничего страшного — отделалась несколькими синяками.

— Рада за нее, — сказала я и поняла, что действительно рада этому факту. Не хотела я зла рыжей любовнице мужа.

Я отстраненно отвернулась от Адама, не хотела я сейчас с ним разговаривать. Я была зла на него. Уильямс обманом заманил нас в свой дом, и сейчас его юрист планирует, как забрать у меня дочек.

— Лана, — выдохнул мужчина, быстро привлек меня к себе и прошептал на ухо: — Не сердись. Я позже тебе все объясню. И я точно знаю, что вчера произошло на лестнице.

— Откуда? — так же тихо спросила я.

— Там стоят камеры, — ошеломил муж, быстро поцеловал меня в волосы, вдохнул воздух около моего виска. — Ты так сладко пахнешь, Лана…

В этот момент раздался звонок во входную дверь, и Адам со вздохом оторвался от меня.

— Обещаю, мы поговорим, — сказал Уильямс и направился к лестнице.

Спускался он довольно медленно, за это время дверь успел открыть высокий полный мужчина. Видимо, это тот самый Никанор, которого я вчера не видела.

— Доброе утро, Адам. Извините за ранний визит, но мы хотели застать вас дома, — произнес Тимофей, появляясь в дверном проеме.

— Что-то случилось, что я вам так срочно понадобился? — удивился Уильямс.

— Случилось. Но я бы хотел обсудить это наедине, — жестко проговорил Ульянов. — Скажу сразу, что в случае вашего с Миланой развода дело буду вести я. И не позволю обмануть родную тетку, — добавил наш семейный адвокат.

— В данный момент о разводе речь не идет, — сухо отчеканил муж и перевел взгляд на второго гостя, которого я никак не ожидала увидеть сегодня.

— Доброе утро, мистер Уильямс. Вы мне вчера звонили. Я — Юрий Калинин, агентство «Люди в черном», — представился друг Тимыча.

Я с удивлением смотрела на мужчин, не понимая, зачем Адам звонил Юрию. Да и как он вообще на него вышел?

— Господин Калинин? Но почему так рано? — также с недоумением поинтересовался Уильямс.

— Это я попросил Юрия сопровождать меня, — перевел стрелки на себя Тимофей. — Мне нужен здравый взгляд на вашу непростую ситуацию.

— Даже так?.. Похоже, что-то вчера произошло, Милана? — развернулся Адам ко мне.

— Твоя любовница пыталась столкнуть меня с лестницы, — с вызовом произнесла я. — Одного этого уже хватит для того, чтобы позвать на помощь племянника.

Муж скривился от моих слов. Ему явно не понравилось упоминание о рыжей.

— Что же, поговорим позже, — тихо сказал Уильямс, а в холл вышел Коортинс.

— У нас гости? — удивился юрист, оценивающе разглядывая мужчин.

— Тимофей Ульянов, племянник Миланы. И Юрий Калинин, их общий знакомый, — представил визитеров Адам, не объясняя, зачем и почему те пришли в его дом. — Приглашаю всех к завтраку, — добавил он.

— Я только выпью кофе, — покачал головой Тимофей.

— И я позавтракал дома, — вторил ему Калинин.

— Все-таки вы должны попробовать чудесные булочки, которые готовит по утрам наша кухарка, — с улыбкой произнес хозяин дома.

За завтраком мужчины обсуждали мировые новости, разговор практически велся на отстраненные темы, совсем не касающиеся нас лично.

— Жаль покидать такую приятную компанию. Но у меня назначена встреча на десять часов. Так что позвольте отклоняться, — учтиво проговорил Коортинс. Казалось, он расстроился по-настоящему. Скорее всего, американцу хотелось узнать причину визита русских в их дом.

Уильямс дождался, когда его юрист скроется за поворотом дороги на черном внедорожнике, затем повернулся к гостям и произнес:

— Предлагаю перейти в кабинет. Там нам будет удобнее.

— Я бы начал с проверки дома на жучки и установки новых камер, — по-деловому проговорил Юрий Калинин. — Мои ребята ждут в машине. Вы же за этим нас пригласили?

— Не только, Юрий. У меня будет к вам еще несколько просьб. Но об этом позже. Вынужден согласиться с вами. Пока Коортинса нет, нужно успеть многое, — жестко проговорил Адам.