— Как раз такого уродства ты и достойна, Милана. Только что бы ты ни делала — Адам мой. Не рассчитывай, что тебе еще что-то перепадет от моего любовника. Я умею настроить мужчину в нужное для меня русло.

— А ты уверена? — хмыкнула я ей в спину.

— В чем? — озадаченно обернулась рыжая.

— В том, что Адам твой любовник, — как можно спокойнее произнесла я, хотя в душе все бурлило от гнева.

— Ты же видела нас вместе…

— Что я видала? Адам пусть и голый, но он спал. Это тогда в момент аффекта я могла понять многое не так, как оно было на самом деле. Так что еще вопрос, в курсе ли сам Адам того, что изменил мне в Швейцарии.

Сильвия зависла на пару минут, решая, что ответить мне. Но потом она опять вошла в образ язвительной стервы и выдала:

— Только такая глупая недалекая женщина, как ты, могла не поверить собственным глазам. Хотя, если тебе так удобнее, то, пожалуйста, пусть Уильямс и дальше вытирает об тебя ноги.

— Сильвия, ты зачем сбежала из больницы? — остановил ее словоизвержение властный мужской голос.

— Адам, — вздрогнула всем телом рыжая и испуганно посмотрела в сторону дома.

— Я жду ответа.

— Я хотела поскорее оказаться дома, — нежно пропела девушка, заглядывая в глаза чужому мужчине.

— Желаешь вернуться в Америку? — хмыкнул Уильямс. — Я могу это устроить.

— Нет, — звонко запротестовала красотка. — Я без тебя не хочу возвращаться, — замотала она головой. — Только с тобой.

— А ты кто мне такая, чтобы ставить условия? — зло произнес Адам. — Хватит с меня твоих глупых игр. Ты уволена. Билеты на самолет куплю для тебя сам.

— Нет. Прошу… — простонала Сильвия, в шоке смотря на бывшего начальника. — Я же была хорошей помощницей…

— И заодно хорошей шпионкой в моем доме, — категорично проговорил Уильямс. — А ты считала, что я спущу тебе с рук покушение на мою жену? Или это не ты пыталась скинуть Милану с лестницы?

— Но все же было совсем не так! — в истерике закричала рыжая. — Это она покушалась на меня! Ты же сам все видел.

— Именно что видел, Сильвия. В доме стоит несколько камер, одна из них как раз в холле, лестничный пролет хорошо просматривается.

— Я не знала этого, — сразу сникла девушка.

— Иди собирай свои вещи. Через час Павел увезет тебе в аэропорт.

— Нет… Прошу… Тебе же нужна помощница. Я же хорошо исполняла свои обязанности, — все еще пыталась вывернуться рыжая.

— Это я еще проверю, как ты их выполняла, — жестко проговорил Уильямс и приказал охраннику, стоявшему недалеко от них: — Павел, глаз не спускать с Сильвии. Пусть собирает вещи в твоем присутствии. Да, телефон у нее забрать.

— Нет, — опять выпалила девица, прижимая к себе смартфон.

— Купишь новый в Штатах, — резко отрезал Уильямс.

— Будет сделано, шеф, — отчеканил охранник, направляясь в сторону Сильвии.

— Тебе понравился мой подарок? — совсем другим тоном спросил Адам, обращаясь ко мне.

— Да, спасибо. Нам тут точно хватит места, — улыбнулась я мужу, все еще находясь под впечатлением от недавней картины увольнения рыжей.

Кажется, у нас все же есть надежда на счастливое будущее. Моим крошкам нужен отец, а мне муж. Что ни говори, но чувства к Уильямсу у меня никуда не пропали, как бы я ни пыталась себе внушить обратное.

— Милана, я бы хотел ближе узнать дочек. Ты же не будешь против этого? — осторожно поинтересовался муж.

— Это хорошая идея, Адам. Идем, пора девочкам познакомиться с папой, — еще раз улыбнулась я мужчине.

Малышки встретили нас дружным криком.

— Вот проказницы, еще минуту назад у нас была тишина, — по-доброму хмыкнула Мирослава.

— Это детки мамочку почувствовали, — улыбнулась Василиса.

— Девочки, вы можете немного отдохнуть, — сказала я няням. — Сходите выпейте чаю или полноценно поешьте. Жанна обязательно вас накормит.

Женщины кивнули и вышли, оставив нас наедине с детьми.

— Дашутка, Тонечка, это ваш папа, — произнесла я, садясь с одной стороны кровати, где лежали младенцы.

— Они такие маленькие, — почти прошептал муж, разглядывая дочек, которые неотрывно смотрели на отца.

Наконец, Даша улыбнулась и протянула ручку Адаму. Тоня же продолжала серьезно рассматривать новоприобретенного родителя.

— Как ее правильно взять на руки? — тихо спросил Адам.

— Одну руку под головку, вторую под попку, и поднимай. Главное, придерживать голову, они еще маленькие у нас, — улыбнулась я, поднимая на руки Тоню.

— Они еще крошечные, — со счастливой улыбкой произнес Уильямс, повторяя мои движения.

Вскоре Дашуля весело лепетала отцу о чем-то своем. Или мне это просто казалось, нам же еще и месяца нет. Тоня же внимательно следила за сестрой и отцом, пока не выдала громкий плач, требуя и себе внимание папочки.

К вечеру в доме стало тихо. Наконец затих крик уехавшей Сильвии. Хотя бы эта проблема покинула нас. Но остался Дэвид Коортинс, и это тревожило меня не меньше.

На ужин американец вышел хмурый, он явно не был доволен отъездом соотечественницы, что и высказал в ультимативной форме:

— Не понимаю, чем тебе помешала бедная девочка. Или Сильвия плохо согревала твою постель?

— Дэвид, ты переходишь все границы, — мрачно проговорил Уильямс.

— А что я такого сказал? Месяц назад тебя устраивала Сильви в качестве любовницы, а сейчас уже нет? — не унимался Коортинс.

Я застыла с вилкой в руке. Значит, все же это правда, Сильвия была любовницей Адама.

— Месяц назад… — глухо произнесла я, тихо положив вилку на стол. Аппетит внезапно пропал. В груди опять появилась тяжесть, дышать стало тяжело. — Спасибо за ужин. Я сыта, — резко сказала я и встала из-за стола.

— Милана, — позвал меня муж, но я лишь покачала головой.

— Не сейчас, Адам, — глухо попросила я и быстро вышла из столовой.

Все-таки Коортинс сделал свое дело — опять поссорил нас с Уильямсом.

На душе было мерзко. Я понимала, что муж вряд ли хранил целибат, пока мы были в разлуке. Уильямс вообще мог развестись со мной за эти месяцы, но почему-то не сделал этого. Я терялась в догадках, почему до сих пор являюсь женой Адама. Может быть, я что-то значу для него? Или это глупые мечты?

И сейчас мои иллюзии разбились вдребезги от слов Коортинса.

Я покормила девочек на ночь. Мирослава ушла в свою комнату, а я сидела, размышляя о будущем. Тихий стук в дверь заставил встрепенуться меня.

— Лана, нам нужно поговорить. Прошу, открой дверь, — попросил Уильямс.

Наверное, он был прав.

Я накинула халат, открыла дверь и пристально посмотрела на стоявшего в коридоре мужа.

— Прошу, просто выслушай меня, — глухо сказал он.

— Хорошо. Проходи, — посторонилась я, пропуская мужчину в комнату.

— Малышки спят? — спросил Уильямс, подходя к кроватке, где сладко сопели наши дочки.

— Я слушаю тебя, Адам. Давай без предисловий.

Муж кивнул, сел в кресло и устало откинулся на его спинку.

— Начну с того, что понимаю, какого дурака свалял, поверив Дэвиду. После твоего исчезновения мне было плохо, я не понимал, куда ты пропала.

— Почему ты не позвонил мне? — не могла не спросить я.

— Я пытался, но телефон постоянно набирал чужой номер. Калинин сказал, что это кто-то умело перенаправлял мои звонки на другие номера… Я начал пить, алкоголь никогда хорошо не влиял на меня. Но и тогда он не спас меня. Я все больше злился. Разгромил нашу квартиру, запустил смартфоном в стену. Так у меня пропал последний шанс связаться с кем-то из твоих родных. Никогда не запоминал номера телефонов, особенно те, что нужны нечасто.

Я молча сидела, не желая сопереживать Уильямсу. Пока он топил свое горе в стакане виски, я боролась за свою жизнь и жизнь моих крошек.

— Потом пришло твое письмо… — продолжил Адам.

— Я ничего не писала, — покачала я головой.

— Сейчас-то я это знаю, но тогда… Мне было тяжело читать строки о том, что ты выбрала другого, более обеспеченного мужчину.