Если ты сейчас сдашь меня, моя жизнь превратится в кошмар. Наша жизнь будет висеть на волоске. Мне будет в сто раз труднее спасти семью от краха, если я буду замужем.

- Ничего не вижу кроме ожога, - совершенно спокойно говорит папа, и из меня словно позвоночник вынимают - до того я обмякаю, сидя на диване.

Фух, я спасена! Если отец семейства встает в позу и утверждает обратное, будет ли Искандер настаивать на своем? Или позовет лекаря и свидетелей, чтобы узнать правду?

Этого нельзя допустить. Мне просто нужно время, чтобы объяснить все родителям и убраться из этого города, чтобы спасти жизни. Хотя я уже понимаю, что убедить их уехать будет практически нереально. Отец ни за что не бросит кузницы. Он тот еще упрямец, обожающий свое дело и положивший на него жизнь. Его моими снами не убедить. Да и отпустят ли нас враги, если хотят убить из-за тех заготовок под артефакты? Побег тоже может не решить наш вопрос. Они догонят и найдут нас в других городах. И что тогда делать? Нет, нужно найти того, кто затеял против моей семьи неладное.

- Позвольте пригласить лекаря из палаты регистраций! Я уверен, что Эйви моя истинная. Я имею право на осмотр.

Вот же нечисть, а?!

Если он сделает это, то о метке Искандера узнает весь город, а этого делать никак нельзя. Это снова вернет судьбу на круги своя.

Он никак не хочет угомониться! Что же ему такого наобещали, что Искандер готов из кожи вон лезть? Ничего же не получит. Более того - лишится всего своего состояния, выкупая меня, как истинную, чтобы спасти жизнь и мне и себе. Ведь жизнь без истинной хуже смерти.

Именно поэтому я никак не могу понять, почему он тогда пустил стрелу мне в сердце.

Может, он нашел способ пригасить истинность? Или эта Марианна ему что-то нашептала?

Впрочем, сейчас не это важно. Это все то прошлое, в которое я ни за что не вернусь. Я буду рвать зубами и когтями, надрывать жилы, но выкарабкаюсь из этой ловушки.

Искандер нацелен устроить сватовство любой ценой, чтобы осуществить свой план. Если метку освидетельствуют, то я буду обязана выйти замуж. Потом обнаружат, что она поддельная, меня обвинят в желании выскочить за аристократа и всю семью казнят.

Но я знаю кое-что, чего не знает он.

Искандер думает, что метка поддельная.

Я тяну папу за руку, чтобы сел рядом и не загораживал меня собой от враждебного мира. Знаю - ему это не под силу. Он не привык к тому уровню интриг, которые нас ждут.

Да и я не привыкла, но я научусь. Обещаю.

- Мне очень лестно слышать, что такой уважаемый род думает обо мне, как о новом члене семьи, но… - Я кладу две руки тыльной стороной вверх на колени, - … метка не ваша, Искандер.

На одной руке отчетливо краснеет ожог, а сквозь него местами пробивается золотистая вязь. Едва видно, но если приглядеться, то становится очевидно.

Ропот проходит по гостиной. Мама охает, свекровь скрежещет зубами, папа скрипит диваном, а мой муж из прошлой жизни весь напрягается.

Я прочищаю горло, всхлипываю:

- Мама, папа, простите, что умолчала. Но дело в том, что не успела я обрести счастье, как прямо на моих глазах мой истинный погиб. Так что я теперь навсегда почти вдова.

Я опускаю голову, всхлипываю еще раз для пущей убедительности.

Искандер весь взвивается возмущением, словно кот, которому наступили на хвост:

- Милая, почему ты врешь? Это моя метка! Чем я тебя обидел?

Я смотрю ему в глаза и говорю про себя: “Всего лишь убил”.

Вслух же я твердо заявляю:

- Хотите проверить метку, господин? Хорошо. Тогда сразу пойдем во дворец и попросим у императора проверить истинность через купель для парных. Если мы не истинные - да умрем оба на месте.

Я киваю и убедительно и громко вдыхаю и выдыхаю, показывая, что готова.

Таковы законы. Все, кто просит такую честь должны быть готовы к последствиям.

Искандер явно поражен моими словами и делает шаг назад.

Что? Не ожидал такого напора? Я больше не та восторженная дурочка из прошлой жизни. У меня есть козыри в рукаве.

Искандер смотрит на мать, а та, плотно сжав челюсть, на него.

Он-то не знает, что купель нам не навредит, а только подтвердит истинность. Он думает, что наложил временную метку, а это значит, рискни он - растворится со мной в этой купели на веки вечные, а это явно в его планы не входит.

- Но… Как же так… Я… - Искандер явно ищет варианты, как спасти ситуацию так, но не находит.

Я же гордо поднимаю голову, чувствуя, что эту партию я выиграла у судьбы.

И тут заходит наш управляющий Баррис странно сжавшись в плечах:

- Господин…

Он мнется, что на него не похоже. И я тут же напрягаюсь, предчувствуя неладное.

- Что такое? - спрашивает отец, тут же приняв величественную позу главы семьи.

- Дейр Шорил пожаловал с помолвочными дарами, - выдает Баррис, опуская взгляд, пряча эмоции.

Но больше никто из присутствующих не может их сдержать. Гостиная взрывается шоком, негодованием и удивлением.

Что-ЧТО-О-О?!

Только этого не хватало. ___ У меня НОВИНКА! Генерал драконов. Его одержимость

Глава 40

Что тут делает Ходячая Смерть?

Мама торопливо подходит к окну и ее лицо вытягивает, а рот открывается.

- Дорогой, там солдаты! - Она испуганно прикрывает губы рукой.

Папа, хромая, спешит к окну, и я вижу, как он становится предельно серьезен и собран. Я встаю между родителями ровно в момент, как воины в черных доспехах вносят огромные сундуки во двор.

Судя по тому, как напрягаются даже их шеи, дары очень тяжелые. Рядом с красными небольшими сундуками семьи Искандера они смотрятся как горы рядом с холмами. Или же дары мужа из прошлой жизни теперь кажутся игрушечными?

Не знаю, но один только вид строгих деревянных сундуков давит своим авторитетом.

- Три…пять… восемь…одиннадцать…пятнадцать… - считает мама, и на каждом слове ее голос становится все выше и выше. - Дорогой, двадцать один сундук!

В ее взгляде, обращенном к отцу, видно восторг и панику одновременно. Конечно, как любая мать она была горда, что к дочери сватается мужчина, готовый выложить целое состояние за невесту. Вот только даже она знает о репутации жениха, который переступил порог. И теперь два противоположных чувства раздирают ее на части.

А вот отец хмурится так, словно на порог, и правда, заявилась смерть с косой. Его не купить никакими дарами. Он явно видит еще одну угрозу для меня.

Следом за солдатами с сундуками во двор перед домом заходит он - Дейр Шорил. Он останавливается так, словно его должны представлять перед королем, оглашая имя - гордо, с достоинством и с такой подавляющей аурой, что хочется забиться в угол к мышкам.

Наш управляющий Баррис мнется в дверях:

- Мне его пригласить, господин?

Искандер с мамой прилипают к другому окну, и с их стороны не доносится ни звука. Они, похоже, пребывают в таком же шоке, как и я.

Я вижу, как только что лучившееся обаянием лицо Искандера искажается. Сначала на нем проступает недоумение, а потом гнев. Глаза темнеют, в них зажигаются такие знакомые мне искры ярости, которые я видела в момент своей смерти от его стрелы.

Он бросает на меня быстрый взгляд, и по моему телу проносится дрожь. Горло пересыхает.

Так, Эйви, успокойся. Все в порядке. Еще ничего не случилось. Искандер не мой жених. Дейр… С ним я тоже разберусь.