Ох, хоть не выходи никуда!

Слуги выглядывают из-за угла, шепчутся, глядя на меня. Не хватало еще, чтобы Баррису доложили, что я едва стою на ногах после праздника. Тогда он точно наплетет что-нибудь родителям.

И тут в голову приходит мысль:

“А как же Руни? Где она?”

Со своей меткой я совершенно забыла о том, через что ей пришлось пройти. Моя бедная девочка.

Я разворачиваюсь к входным дверям, и только собираюсь их открыть, чтобы пойти на поиски Руни, как они сами распахиваются и прямо мне в объятия влетает девушка.

- Молодая госпожа-а-а! - Она не плачет, но так крепко обнимает, что это сильнее слез ручьем разбивает мне сердце.

- Ну-ну, все хорошо. Все обошлось, - я глажу ее по спине. - Ты жива, а это главное. Пойдем в комнату?

Мы оборачиваемся, чтобы пройти, как видим маму. Она стоит, сложив руки на груди, и внимательно смотрит сначала на мою одежду, а потом на лицо Руни. Когда она видит ее расстроенную мордашку, дергается.

- Что случилось?

Может, так даже лучше. Нам как раз нужно поговорить обо всем.

- Пойдем в вашу гостинную? Папа дома?

- Нет. Папа пошел встретиться с друзьями.

Хорошо. Проще уговорить маму, чтобы потом всем втроем насесть на отца. Ведь мне предстояла нелегкая задача попросить сменить всех слуг.

Я хотела это сделать не только из-за того, чтобы они не узнали Руни, которая прикинется моей кузиной. Я не забыла ту историю с мечами. Я читала в отчете, что кто-то из слуг открыл тайную комнату отца. Но я до сих пор не имела понятия, кто предал и где спрятана эта тайная коллекция.

Пока мы идем в родительскую гостиную, мама бросает на нас обеспокоенные взгляды.

Поэтому, стоит только нам сесть на диваны, а дверям закрыться за слугами, как она тут же спрашивает: - Что произошло? Эйви, почему ты в чужой одежде? И почему Руни заплаканная?

Мы переглядываемся, и я в общих чертах рассказываю, что парень Руни оказался убийцей, которого наняла Тильда Марэй.

При упоминании фамилии заказчицы мама охает и хватается за наши коленки:

- Девочки, это беда! Большая беда. Я слышала, что госпожа дома Марэй мстительна и высокомерна. Господин - заносчив и чванлив. Думаю, их дочка недалеко ушла от родителей. Они неприлично богаты. У них такие связи, что нам и не снилось. Руни нужно как можно быстрее бежать отсюда.

- Бежать куда, мам? Сама знаешь, как у нас относятся к девушкам без опекунов. Она вляпается в неприятности.

- Но что делать? Эта Тильда так просто ее не оставит.

Хорошо, что мама это понимает.

- Мам, а как насчет того, чтобы сменить слуг и представить Руни всем новым как твою племянницу, что приехала в гости? Переоденем - никто из соседних домов и не узнает. А слугам выплатим компенсацию.

Мама хмурится. Ей совсем не нравится эта идея.

- Мы подбирали их годами, Эйви. У них тоже есть семьи, дети. Мы не можем с ними так поступить.

Ну не могу же я сейчас сказать маме, что один из них предаст так, что они умрут?

Но тут мама наклоняется к нам, словно хочет поведать один секрет:

- Слушайте, есть другой способ, только о нем не должна узнать ни одна душа.

Мы с Руни обмениваемся заинтересованными взглядами и тоже подаемся вперед. Мама шепчет:

- Эйви, ты же знаешь, что иногда папа лично кует некоторые заказы?

Я киваю. Было такое. Тогда он закрывается на кузне и никого туда не пускает.

- Так вот, заказывает у него эти вещи один известный дом. Дает чертеж, чтобы папа сделал максимально приближенно к нему, из определенного сплава. И этот сплав, как оказалось, идеален для одного рода магии - магии изменения. Туманят взгляд, ты не можешь запомнить человека. Он тебе кажется и знакомым и незнакомцем одновременно.

Ого! И такое бывает? Я знала, что некоторые драконьи рода настолько богаты магией и знаниями, что делают артефакты, но чтобы такого воздействия… Не мудрено, что держат в секрете.

- Так вот отцу заказали две пряжки для ремня. Одна из них получилась с дефектом, и ее вернули на переделку, но папа не знал тогда про то, что ее уже наполнили магией - он сделал новую. А старая осталась у нас. И только потом мы поняли, что она делает. Так что я поговорю с отцом и, если он даст добро, Руни сможет использовать эту пряжку и носить ее с ремнем.

Руни прямо сияет вся в ответ на предложение, а я улыбаюсь, киваю, признаю, что это отличный выход из ситуации, но…

Слуги в доме остаются те же. А это значит, и предательно тоже.

Что ж, тогда у меня останется один вариант. Я все равно планировала заняться поиском тайной комнаты, где отец хранит мечи, как только спасу Руни.

Кажется, это время настало. ____ А пока Эйви рисует план дома, а Руни примеряет ремень, приглашаю в свою историю о Солнце и Луне. Романтично, волнительно, про истинность:

Оборотень по объявлению. Моя строптивая пара

Глава 26

- Молодая госпожа, хватит надо мной смеяться! - Руни часто моргает, но я-то вижу, что она сама едва сдерживает смех.

Эта пряжка оказалась весом с гнет для прессовки. Массивная, большая, холодная - ни одна девушка такую не выбрала бы. Да и, пожалуй, такая и для мужчины была бы здоровата.

Мы порвали три старых папиных ремня, пока приделывали ее, а на четвертом, когда закрепили, споткнулись о еще один момент - она выпирала из-под любого модного платья.

- Давай перекрутим ее на спину, - предлагаю я.

- Госпожа, но там же тоже видно.

- Мы можем накрутить тебе там бант. Будет твоей фишкой.

Руни на миг задумывается, а потом с готовностью кивает. Я на глаз отрезаю ткань для примерки, колдую над узелком с ушками и вуаля - бант готов.

- Края крошатся - отдадим в ателье, чтобы подшили.

- Я сама смогу, - машет руками Руни. - Вы и так отдали мне несколько своих новых платьев.

Эх, Руни, я могла бы тебе отдать их все, если бы это точно спасло твою жизнь. Это раньше я думала только о том, как быть модной, красивой и никогда не повторяться ни с кем одеждой. Или о том, что не надену одну и то же платье более трех раз.

Теперь это все казалось мне такой глупостью и расточительством!

- Руни, смотри, нужен бант под каждое платье. Только его нужно пришить, чтобы не дай небеса никто не сдернул. Точно сможешь?

- Обижаете! Все сделаю в лучшем виде. Да и я хочу чем-то заняться, чтобы не думать… - Руни сбивается, и я порывисто обнимаю ее.

- Ты здесь не при чем. Просто бывают рождают хладнокровные гадины.

Она кивает.

- Заберу к себе? - спрашивает она.

- Прости, но нет. Никто из слуг не должен видеть, как ты пришиваешь бант к тем платьям, которые будет носить моя свежеиспеченная кузина. Устраивайся у меня поудобнее.

Руни садится за шитье, а я отпиваю чай и смотрю на нее крайне внимательно. Она еще не сняла пряжку с ремнем, и ее черты лица для меня словно плывут. Я не могу на них сосредоточиться. Вижу четко, но как только хочу рассмотреть глаза - что-то заставляет меня отвлечься.

Гениально!

Я и не знала, что такая магия течет в некоторых потомках драконьих родов. Мы - купцы, без силы в крови, вышедшие из народа. Нам о таком только мечтать.

- Не снимешь ремень? - спрашиваю я.

- Нет, буду привыкать к его весу. Ведь мне в нем и спать.

Какая Руни умница. Так серьезно относится к делу и, пожалуй, она права. Пока Тильда Марэй не забудет о мести, нужно быть начеку днем и ночью.

Я опускаю взгляд на свою руку. Во время разговора с мамой я постоянно ее прятала, а как пришла к себе, то сразу надела кружевные перчатки.