В других сферах может быть более чем один центр тяжести. Например, в авиаперевозках можно конкурировать как за счет обслуживания, сфокусировавшись на пассажирах, так и за счет цены. В итоге за последние десять лет бюджетные авиакомпании (предлагающие своим клиентам совсем иную ценность) полностью изменили сферу авиаперевозок. Центры тяжести не остаются без движения. Перемены в области технологий внесли коррективы в базис конкуренции в компьютерном бизнесе, сместив фокус с центральных процессоров и распределенных серверов сначала на персональные компьютеры, а затем на ноутбуки. Компания IBM, будучи не в состоянии достаточно быстро провести необходимые преобразования, потеряла свои лидирующие позиции на рынке, пережила кризис, но все же уцелела и заняла место в совсем другой конкурентной среде.

Выявление конкурентного центра тяжести — это первый этап в определении направления, базис для принятия дальнейших решений. Самые важные стратегические решения — это решения, очерчивающие общий курс и (или) указывающие пункт назначения. Они служат основой для принятия решений об инвестициях, распределении ресурсов и осуществлении дальнейших действий. Направление должно превратиться в путь, который прокладывается с учетом информации, поступающей из центра тяжести, и меняющихся обстоятельств. Это означает, что реализация стратегии требует целого ряда решений от широкого круга людей.

Эти решения будут приниматься в контексте стратегии, а значит, обеспечивать взаимозависимость между целями и средствами. Они будут кроссфункциональными и, как отметил фон Мольтке, чаще всего единственными в своем роде, поскольку каждая ситуация уникальна. Придерживаясь того естественного, интуитивного подхода к принятию решений, о котором говорил Гэри Кляйн, мы серьезно рискуем действовать неправильно. Мы не специалисты по стратегии (как некоторые консультанты), и вряд ли нашего опыта будет достаточно, чтобы принимать правильные решения. Кроме того, во многих случаях мы заранее относим проблему к той или иной категории. Именно поэтому руководители функциональных подразделений компании по производству бойлеров не могли понять, что обслуживание специалистов по установке — это центр тяжести их организации. Нет, все они, конечно же, знали, что это важно. Однако существует огромная разница между тем, чтобы понимать важность чего-то и осознавать, что этот фактор и есть базис конкуренции.

Недостаток опыта может быть опасным, если на карту поставлена суть вопроса. Кроме того, часто мы склонны эмоционально привязываться к определенному решению или типу решений. Нам необходимо объединить разнородную команду и запустить упорядоченный цикл: от формулирования вопроса и выработки вариантов решений к их оценке и переформулированию вопроса. Высокоэффективные команды отличаются от посредственных именно тем, что быстрее проходят этот цикл и чаще переформулируют встающие перед ними вопросы. Как правило, переосмысление порождает творческие решения. Именно благодаря цикличности фон Мольтке относил стратегию к категории «свободного практического искусства».

Для того чтобы задать ориентир для принятия решений в постоянно меняющихся условиях, стратегию можно рассматривать как замысел.

Замысел и основное усилие

Важно не только то, что должна обеспечивать разработка стратегии, но и то, чего она не должна делать. Кое-что необходимо оставить как есть. Для того чтобы понять, как может выглядеть стратегия в среде, где присутствует трение, потребуется минималистичное определение самых важных ее элементов.

Стратегия должна отчетливо излагать замысел. Замысел — это решение сделать что-то сейчас (задача), чтобы достичь определенного результата (цели). Такое решение зависит от ситуации. Правильный анализ ситуации позволяет получить не только описание происходящего, но и отчетливое представление о базисе конкуренции, центре тяжести компании. В сущности, стратегия — это скорее замысел, чем план, поскольку разрыв в знаниях означает, что у нас нет возможности запланировать конечное состояние и мы способны лишь выразить стремление его достичь, а разрыв в результатах — что мы не только не можем точно знать, какими будут результаты наших действий, но и, скорее всего, нам придется вносить в эти действия коррективы.

Если нам будет сопутствовать удача, мы пройдем сквозь туман неопределенности, зададим общий курс и укажем пункт назначения. Без удачи большую часть времени нам удастся делать лишь что-то одно. Но какой бы ни была неопределенность, организация должна представлять, к какой цели она идет и каким должен быть следующий шаг. Во всех случаях, и особенно в случае краткосрочной и долгосрочной неопределенности высокой степени, можно прибегнуть к взаимосвязанному стратегическому мышлению. Перемещение по циклу целей и средств позволит установить тот минимум информации, который необходим для стратегии. Даже если нет уверенности в пункте назначения, можно задать конечное состояние, а если нет уверенности в курсе, то определить следующий шаг.

Предположим, мы сомневаемся в пункте назначения, то есть не знаем, хотим ли мы попасть именно в Сан-Франциско. Но нам точно известно, что это место должно быть на побережье, с гаванью и плодородными землями в прилегающих районах. Или в настоящее время мы не можем сказать, на каких сегментах рынка захотим конкурировать через три года, но на основании текущей позиции считаем, что это будут верхние сегменты рынка, где основа конкуренции — обслуживание клиентов. Проанализировав ситуацию в обратном направлении, начав с конечного состояния и, по сути, выполнив «ретрополяцию», оттолкнувшись от него, мы определим, что необходимо сделать, чтобы обеспечить себе возможность эффективно конкурировать в будущем. Таким образом, мы определим следующий шаг.

Предположим, мы не уверены в общем курсе: не знаем, куда хотим отправиться — на запад или на юг. Зато нам точно известно, что придется двигаться дальше, а это невозможно сделать без транспорта. Следовательно, нашим текущим приоритетом становится получение фургона и провианта. Либо мы не можем предсказать, сколько продлится текущая турбулентность на рынке или какие продукты будут предпочитать наши клиенты, но что бы ни произошло, мы точно знаем, что должны сокращать издержки и повышать уровень обслуживания. Что бы ни готовило нам будущее, решение этих задач устранит имеющиеся ограничения и откроет перед нами больше возможностей, чем мы имеем сейчас. Тщательно проанализировав требования настоящего, мы сможем определить, каким должен быть следующий шаг.

Объединив ретрополяцию от конечного состояния и анализ следующего шага, мы можем создать то, что на концептуальном и графическом уровне можно было бы назвать стратегической лестницей (рис. 12).

Рис. 12. Стратегическая лестница

Создатели этой модели Майкл Хэй и Питер Уильямсон показали, как применение лежащего в ее основе подхода позволило небольшой японской компании Komatsu, выпускавшей строительное оборудование, из местного производителя дешевых и ненадежных продуктов превратиться в мирового лидера^[175].

Компании Komatsu понадобилось около 20 лет, чтобы добиться поставленной цели — Maru-C, как они ее называли, — обойти и сокрушить Caterpillar. В 1971 году, когда Komatsu встала на этот путь, столь честолюбивая цель казалась фантастической, но она была выбрана не случайно. В долгосрочной перспективе Komatsu вряд ли выжила бы, если бы ей не удалось догнать и превзойти компанию Caterpillar, на тот момент мирового лидера рынка. Выполненный специалистами Komatsu анализ показал, что, даже если бы компания ограничилась только японским рынком, ей не удалось бы избежать конкуренции с Caterpillar. Так что если бы Komatsu не посмотрела в лицо этому вызову и не преодолела его, она оказалась бы в крайне неблагоприятном положении. Огромный внутренний потенциал Caterpillar определил конечное состояние, которого должна была достичь компания Komatsu. Обозначив его, в Komatsu начали двигаться в обратном направлении, с тем чтобы определить ряд ключевых моментов, которые Хэй и Уильямсон называют ступенями лестницы, причем каждая ступень опирается на предыдущую, как показано на рис. 13.