Или бетоном… Жидким камнем, «чудом», «спасением» ХХ века? Заменив им поистине существующий миллионы лет базальт? Пройдет пару-тройку веков и этот эрзац рассыплется ржавым песком!

Древние строили выбирая нетленность в веках — мегалиты, пирамиды, их зиккураты, вон, простояли тысячелетия! И тысячелетия ещё простоят…

А мы… Да, наш след сотрётся за пару веков. И только фаянсовые унитазы, может быть, составят конкуренцию технологически невозможным на наш взгляд диоритовым кувшинам Древних в борьбе за вечность.

Может и правда, может и правы отголоски Библии — Древние жили века? Поэтому и смотрели с оглядкой на вечность, строили на тысячелетия?

Бытие определило сознание…

А потом каким-то образом деградировали до жалких десятилетий. Вот и технологии бытия скатились до жалких потуг однодневок?

Может и правдива гипотеза теории заговора — мы проиграли войну и правят нами теперь рептилоиды? Не справилась наша Земля вкупе с Марсом нашествию змеев с Венеры?

Базальтовая, точнее диоритовая посуда древнего Египта — всё на века, ничего быстротечного

Что мы помним? Максимум век! За гранью столетия только отдельные, чудом сохранившиеся в памяти потомков факты. Даже предков своих за четыре колена вряд ли кто уже вспомнит…

А наука… наука, ещё вчера имеющая просто железобетонные доказательства естественной эволюции homo sapiens, роста его продолжительности жизни так же как и наши «вечные» постройки рассыплется под давлением фактов очередного «Коперника».

Вот и думай…

Колдунов, когда в час ночи выслушал моё очередное «озарение», просто стоял и матерился. Долго и витиевато.

И запретил об этом даже заикаться.

— Левин, ты дурак? — Потом, схватив меня за шкирку, в глубь номера, к бару уволок. — Нет, ты малый не дурак… Но и дурак не малый! Вот скажи, тебе твоего Atlasа мало? Алтаря этого долбанного не хватило? Прозвища «русского монстра» не хватает? Что ты хочешь?

Я попытался вякнуть, пояснить. Про то, что надумал. Только генерал не дал. И слушать не стал. Стакан с вискарём в руки сунул, да раздражённо рявкнул.

— Молчать! Признания хочешь? Так у тебя теперь этого признания хоть этой самой жуй! Только из лагеря нос покажи — разорвут! Нобелевки? Будет тебе Нобелевка! Даже две…

— Но Владимир Анатольевич!

— Молчать! Пей, вон, лучше! Никуда шведы не денутся, не рискнут! А если рискнут, то я парой-тройкой дивизий лучше пожертвую, чем очередную твою «гипотезу» проверять стану…

Генерал, забыв про стакан, хватанул прямо из горла бутылки, закалялся и немного сбился. Потом алкоголь ударил по рецепторам и нейронам, а генерал, поймав очередное озарение, подозрительно прищурился.

— Левин, а может тебе женщин не хватает просто? Так ты скажи! Только намекает, мы мигом! — Генерал даже показать хотел как «мигом»! Но оторопело уставился на бутылку в руках. Как будто только заметил. И пытался сообразить откуда она взялась. Или что с ней делать. — Чёрт! А где стакан? На базе десять тысяч оголодавших без баб мужиков пашут как черти, в у этого жена и любовница под одной крышей! Вот почему тебе, Левин, постоянно неймётся… Сволочь, ты Левин!

Короче, прогнал меня тогда генерал Колдунов. К Галине Сергеевне и Айке выгнал. Опылять. А то отобъёт, заявил.

И говорить о том, что про Вечных надумал категорически запретил. А то не посмотрит на статус «светило» — «засветит» как его учили и язык самолично вырвет…

Дотолкав до двери номера, мне ещё и бутылку очередного виски вручил. Какого-то навороченного. Dalmore, сороковых годов. Как взятку, как плату за купленное моё молчание.

— Беременным алкоголь вреден. Но с тобой, Левин, погибшие нейроны и поменьше мозгов — это не минус! Пусть пьют…

Уже уходя я не утерпел. Просто посчитал невозможным промолчать. Озвучил Колдунову и остальные очевидные свои выводы.

— Владимир Анатольевич, я уже не совсем понимаю, что там из космоса к нам стучится, но факты про Древних на Земле слишком упрямая вещь.

— Что ещё, Кассандра ты наша недоделанная? — Колдунов, тогда обречённо за дверь схватился. Опору как будто искал.

— Просто вы должны понимать. — Я покрутил в руках подаренную бутылку. — Как ни крути, но получается, что Древние обладали коллективным разумом… Ну или чем-то похожим на телепатию. Может цифровую, как наши учёные говорят. Не знаю. Но эта телепатия, этот коллективный разум приводили у них к абсолютному доверию любому индивиду.

Колдунов сжал зубы.

— Отсюда и систем защиты мегалитов вытекает, что жили они в условиях перманентной распределенной угрозы. Поэтому и поле Каплана, и такая живучесть тел у мутантов. И возможность «рулить» всей гигантской распределенной системой из любого захудалого узла…

Колдунов едва дверь победившими пальцами не продавил. Но нашел силы, даже руки разжал. Оглядев коридор, прошипел только.

— Это что, «Темный лес»? И Лю Цысинь прав?

— Не знаю, Владимир Анатольевич. Может и так. Но среди людей Древних у нас было слишком мало. И да, скорее всего они были вечными. Ну или умели менять износившиеся тела. Это тоже напрашивающийся очевидный факт…

Я ушел, а окончательно проснувшийся и абсолютно протрезвевший Колдунов так и остался стоять в холле гостиницы. Стоять и цедить мне вслед многоэтажные конструкции. Как будто это я во всём виноват…

* * *

Котлеты по-киевски

Обед в школьной столовой объединённого центра Миасса проходил в тот день как обычно: очередь, подносы, и худенькая англичанка с большими глазами как у трепетной лани на раздаче.

В нарушение шаблона о чопорных островитянах — улыбчивая и всегда предупредительная.

Я взял тогда своё стандартное. Никогда не был гурманом, главное, чтоб мяса побольше. В итоге британка не пожалела картофельного пюре, две котлеты по-киевски, салат-оливье и большущий стакан клубничного морса. Айка, как всегда, отделалась вегетарианским набором — рис с овощами. Для разнообразия тофу.

Галина Сергеевна, ворча, что «без мяса русский человек совсем не человек», хотела взять тоже, что и я. С чизкейком. Пока случайно уронившая вилку Айка не продемонстрировала все изгибы своей фигуры. С кормы. И возможности японской гибкости. И худобы…

В результате Галку пришлось обнимать. И едва ли не силой пытаться поменять очередное, явно теперь ненавистное тофу на хотя бы котлеты. В результате чего неожиданно получил в ответку опять женский заговор и очередной бунт. Ещё и с подключившейся на раздаче британкой.

Галю лишили котлет, чизкейка и нагрузили целым подносом «травы». На что она подозрительно косилась уже не только на меня, но и на повариху. И, как-то натужно смеясь, ворчала, что я у неё никакой не кобель, а какой-то там озабоченный бык. Раз столько травоядных коров себе в стадо завёл…

Мы тогда уселись за столик в углу, стараясь особо не привлекать внимания. Но даже и здесь, в этом постоянно наполненном людьми месте, вокруг нас чувствовалась зона отчуждения. Никто не садился рядом, никто не занимал столики по соседству, никто не подходил.

А Галя… Галина Сергеевна как будто не видела усиливающегося отчужденья вокруг. Галя мне заявила, что если я в наше дружное «стадо» приведу для разнообразия ещё и рыжую британку, то она меня забодает! Насмерть. Несмотря на полное отсутствие у неё рогов… Или на лапше, мною на уши ей повешенной, тёмной ночью вздёрнет! На люстре…

Айка смеялась. Айка заявляла, что если Галя-сан одна не справится, то она придет ей на помощь. Она рыжих не любит… А потом, взглянув на мой поднос, вдруг решительно притянула его к себе. Толкнув вместо него свой.

— Андрюса, ты стал жутко толстый! Боюсь, мы даже вдвоем тебя не поднимем! — Заявила она с шутливой улыбкой. Только вот в глазах даже моей японочки застыла постоянная озабоченность и тревога. — Мы с Галей-сан тебя слишком раскормили. Сладким! Теперь я тоже буду следить, чтобы ты правильно у нас питался. Никаких сладостей, никаких рыжих! И мяса тебе нельзя! Ты наказан — будешь есть мой рис!