В Ривенделле спящий Бильбо, Гэндальф. Кое-какие объяснения. Кольчуга Бинго в кургане и тёмные скалы — (трое хоббитов промчались мимо скал, как вдруг все они оказались [?отрезаны]??) Гэндальф спустил воду с дозволения Элронда.
Гэндальф поражён, услышав о Томе.
Совет хоббитов с Элрондом и Гэндальфом.
Поход к Огненной Горе.
Этот замысел на том и кончается. Хотя сцену у Брода — с внезапным вздыманием Бруинена (и криком Бинго/Фродо Всадникам: Ступайте назад!) — мой отец уже задумал, Бродяжник (Strider; поначалу так не названный) проступит лишь с сильно возросшей значимостью Трактира (который здесь впервые появляется) в Бри в следующей главе; и нет ни намёка на Заверть (Weathertop). Если «тёмные скалы» — это те «два огромных стоячих камня», сквозь которые Бинго/Фродо прошёл в тумане на Нагорьях (FR, с. 150) — в первой версии они названы «стоячими скалами», — то странно, что обсуждение этого отложено до прихода хоббитов в Ривенделл; но, возможно, слова «кое-какие объяснения» подразумевают, что Гэндальф сумел пролить свет на случившееся.[4] О «кольчуге Бинго в кургане» см. с. 223. Расселины Земли в недрах Огненной Горы названы Гэндальфом как единственный жар, достаточно великий, чтобы уничтожить кольцо Бильбо (с. 82); здесь впервые Огненная Гора входит в историю как цель, к которой они в конце концов будут держать путь.
Первая полная рукопись этой главы (озаглавленная просто «VI» и, как обыкновенно на этой стадии, без заглавия) вполне разборчива на большей части своего протяжения, но, как столь часто, становится быстрее и грубее, оканчиваясь торопливым карандашом. Его мой отец местами прошёл чернилами — отчасти чтобы улучшить выражение, отчасти чтобы прояснить собственный почерк; это, безусловно, принадлежит к тому же периоду, но уже после того, как он начал следующую главу.
Как и в двух предыдущих главах, окончательная форма главы 8 FR («Туман на Курганных Нагорьях») в значительной мере уже налицо: на большей части протяжения впоследствии были внесены лишь самые малые изменения. В дальнейшем я отмечаю те различия, что кажутся мне любопытными, хотя большинство весьма незначительны.
В первом абзаце песня и видение «во сне или наяву» рассказаны теми же словами, что в старом тексте, но приписаны не одному Бинго (Фродо в FR), а всем хоббитам.
Когда они оглянулись на лес и увидели холмик, на котором отдыхали перед спуском в долину Уитивиндла, «росшие там пихты виднелись теперь маленькими и тёмными на Западе» (см. с. 113).
Когда хоббиты разлучились в тумане и Бинго жалобно вскричал «Где вы?» (FR, с. 150), у моего отца сперва была на уме совсем иная история:
— Сюда! Сюда! — раздались голоса, вдруг ясные и недалёкие, справа. Слепо ринувшись к ним, он вдруг ткнулся в хвост пони. Несомненно хоббичий голос (это был Одо) испуганно вскрикнул, и [он] упал, споткнувшись обо что-то на земле. Это что-то пнуло его и взвыло.
— На помощь! — крикнуло оно несомненным голосом Одо.
— Слава богу, — сказал Бинго, катаясь по земле в объятиях Одо. — Слава богу, я нашёл тебя!
— И впрямь слава богу! — облегчённо сказал Одо. — Но непременно ли надо было удирать без предупреждения, а потом сваливаться с неба прямо на меня?
Мой отец отверг это, едва написав, и написал вместо того, как в FR: «Ответа не было. Он стоял и слушал» и т. д.
Первая версия заклинания умертвия была отвергнута и заменена формой, что значится в FR (с. 152), но внесённые изменения были весьма незначительны, кроме строки 7, где вместо «пока тёмный владыка не поднимет руку» в первой версии стояло «пока король тёмной башни не поднимет руку».[5] В черновых пробах к этому стиху мой отец написал: «Тёмный владыка восседает в башне и глядит на тёмные моря и тёмный мир», а также «рука его простирается над холодным морем и мёртвым миром».
Рука, «ступающая на пальцах», подползала к Фродо Туку (к Сэму в FR), и там, где в FR «Фродо повалился вперёд на Мерри, и лицо Мерри было холодным», в старой версии Бинго повалился вперёд на Фродо Тука. В изменённых приписываниях, когда «состав действующих лиц» был переменён, нет очевидного порядка; так, далее в главе Одо говорит «Где моя одежда?» (Сэм в FR), а когда Том Бомбадил говорит «Одежды своей вы больше не найдёте», именно Фродо Тук спрашивает «Что ты хочешь сказать?» (Пиппин в FR). В целом я далее не отмечаю таких частностей, если они не кажутся значимыми.
Об отвергнутой форме стишка, которому Том Бомбадил научил хоббитов и который Бинго пел в кургане, см. с. 123. Первые две строки отвергнутого стишка были использованы позже в главе, когда Том уходит за пони (FR, с. 155).
Когда Мерри сказал «Что это, во имя чудес?», нащупав золотой обруч, что соскользнул ему на один глаз, старая версия продолжается: «Тут он осёкся, и тень легла на его лицо. „Я начинаю вспоминать, — сказал он. — Мне думалось, я умер, — но не будем об этом говорить“». О Людях Карн-Дума (FR, с. 154) не упомянуто.
Имена, что Том Бомбадил даёт пони, восходят к самому началу, за исключением «Востроуха», который сперва звался «Четвероногом»! Когда он велел сокровищам, лежащим на солнце на вершине кургана, лежать там «вольными для всякого, кто найдёт, — птицы, зверя, эльфов ли, людей и всех добрых созданий», он прибавил: «Ибо создателей и владельцев этих вещей здесь нет, и день их давно минул, и создатели не смогут потребовать их назад, пока мир не будет исправлен». А когда он взял брошь для Голдберри, он сказал: «Прекрасна была та, что давным-давно носила её на плече, и Голдберри будет носить её ныне, и мы не забудем их — сгинувший народ, древних королей, детей и дев и всех тех, кто ходил по земле, когда мир был моложе».
Тогда как в наброске, данном на с. 125, хоббиты отказываются взять что-либо из сокровища в кургане, в первом тексте история такова, что Том выбрал для них «бронзовые мечи, короткие, листовидные и острые», но более ничего не сказано в их описание (ср. FR, с. 157), хотя следующее было добавлено карандашом и, возможно, принадлежит ко времени написания рукописи: «Эти, сказал он, были сделаны многие века назад людьми с Запада. Они были врагами Владыки Кольца». Рукопись продолжается:
и они повесили их на кожаные пояса под куртками, хотя пока и не видели в них толку. Битва никому из них не приходила на ум как одно из возможных приключений, к которым могло привести их бегство. Насколько Бинго мог припомнить, даже великий и героический Бильбо как-то умудрялся не пускать в ход свой малый меч даже на гоблинов, — и тут он вспомнил пауков Лихолесья и потуже затянул пояс.
О намёках в словах Тома в FR на историю Ангмара и приход Арагорна здесь, разумеется, нет и помину.
Как уже отмечено, конец главы грубо набросан карандашом и местами надписан чернилами. Переход через ров — границу старого королевства, о которой «Том, казалось, помнил что-то печальное и не хотел много говорить», — и их выход наконец к Дороге почти таковы, как в FR (с. 158), но остаток лучше привести полностью, как он сперва набросан карандашом, насколько это можно разобрать.
Бинго съехал на тракт и поглядел в обе стороны. Никого не было видно.
— Ну вот, наконец-то мы снова здесь! — сказал он. — Полагаю, из-за короткого пути Мерри мы потеряли не больше дня. Впредь лучше держаться торной дороги.
— Лучше держаться, — сказал Том, — и скакать быстро.
Бинго поглядел на него. Чёрные всадники снова вернулись в его мысли. Он чуть тревожно оглянулся на заходящее солнце, но дорога была бурой и пустой.
— Думаешь, — спросил он, запинаясь, — думаешь, нас будут — э-э — преследовать нынче ночью?
— Не нынче ночью, — сказал Том. — Нет, не нынче ночью. Может, и не на следующий день. Может, и не в ближайшие дни.
Следующий отрывок весьма беспорядочен, и мало что можно разобрать (в первом карандашном тексте); надписанный чернилами, он гласит:
Но наверное сказать не могу. Том не хозяин Всадникам, что выходят из Чёрной Земли далеко за пределами его края. — Всё равно хоббитам хотелось, чтобы Том пошёл с ними. Они чувствовали, что он знал бы, как с ними обойтись, — если кто и знал. Теперь они наконец вступали в земли, вовсе им незнакомые, лежащие за пределами всех, кроме самых дальних, преданий Шира, и они начинали чувствовать себя по-настоящему одинокими, изгнанными и довольно беспомощными. Но Том теперь желал им последнего прощания, веля держаться бодро и скакать дотемна без остановки.
