Малинин пронзительно смотрит мне в глаза.

— У нас с тобой мальчик с характером. Придется потрудиться, чтобы завоевать его доверие.

— Он пошел в своего папу.

Андрей усмехается. Склоняется ко мне и осторожно целует в губы. Я прикрываю глаза. Нежные прикосновения его губ будоражат. Его запах забирается под кожу и манит сильнее магнита. Из головы вылетают все мысли. Все, кроме одной. Она пронзает яркой вспышкой, и я возвращаюсь на землю.

— Андрей, Тамара Денисовна отдала результаты анализов. Завтра утром твоей маме сделают операцию.

Малинин мрачнеет. Его нежность куда-то прячется, и ей на смену приходит привычная собранность.

— Дай я посмотрю.

Я протягиваю ему файл с результатами. Он пробегается по нему глазами.

— Что ж, поиграем с сыном в парке, а потом я отвезу вас домой и вернусь в больницу, — произносит напряженно.

Я начинаю переживать.

— После игры в парке можешь просто подбросить нас до больницы. Мы пересядем в мою машину.

Андрей смотрит мне в глаза.

— Спасибо за понимание. Ну, что поехали за сыном?

Я киваю.

— Поехали.

Лена

Малинин находит парковочное место возле садика. Выключает зажигание и смотрит на меня.

— Как будем действовать дальше?

Я на миг задумываюсь.

— Будет лучше, если ты подождешь нас в машине. Я сама схожу за Андрюшкой. Заодно и настрою его на встречу с тобой.

— Хорошо, давай так и сделаем, — соглашается он.

Я выбираюсь из машины и бегу за Андрюшей в группу.

Заглядываю в игровую комнату. Ищу глазами своего мальчика.

— Мама, мамочка! — Андрюшка, как обычно, несется мне навстречу и счастливо улыбается. Виснет на мне, а я его крепко обнимаю.

— Пойдем в парк? — с надеждой заглядывает мне в глаза.

— Пойдем, — киваю согласно. — Давай, собирайся.

Он несется обратно в игровую. Я жду.

Потом помогаю ему надеть на плечи рюкзак, беру за руку.

Мы идем по дорожке к выходу.

— Андрюша, а можно нас сегодня в парк папа отвезет? — спрашиваю осторожно.

Сын притормаживает. Встревоженно выглядывает за забор.

— Не волнуйся, он просто нас прокатит до парка, — успокаиваю его.

— А наша машина, где? — нервничает сын.

— Наша машина в ремонте. Через час она будет готова, и мы с тобой поедем домой, — сочиняю первое, что приходит в голову.

— А папа точно нас в парк отвезет? Как он нас отвезет? Он же не знает, где парк?

— А мы ему покажем.

Андрюшка тяжело вздыхает.

— Пусть везет, — соглашается, опасливо поджимая губки.

Малинин пристально следит за нами из машины. Я показываю ему знаками, что все нормально.

Он едва заметно улыбается. Открывает дверь и выбирается из машины.

В его взгляде загорается надежда.

Я нервничаю. Если наш сын снова взбрыкнет, и надежда в глазах у Андрея погаснет, я этого не переживу.

Андрюша подходит к черному внедорожнику. Настороженно осматривает его со всех сторон.

— Привет, сынок, — Малинин мягко начинает разговор. Протягивает ему руку, по-взрослому, по-мужски.

— Привет, — Андрюшка хмурится, переминается нерешительно с ноги на ногу. О, чудо! Подает свою маленькую ручку в ответ. — В парк отвезешь?

Андрей сверкает взглядом.

— Отвезу. Поехали?

— Поехали, — кивает малыш.

Андрей открывает нам заднюю дверь, помогает устроиться на заднем сиденье и садится за руль.

— Алиса, покажи маршрут в ближайший парк, — дает команду.

— Составляю маршрут, — отвечает металлический голос искусственного интеллекта. Широкая цифровая панель управления вспыхивает разноцветными огнями.

Машина трогается с места. Мы едем в парк.

Наш мальчик настороженно молчит. В какой-то момент природное любопытство берет вверх над осторожностью, и он начинает ощупывать обивку сиденья. Просовывает свою голову вперед, между сиденьями, с интересом вытягивает шею, чтобы получше рассмотреть широкую панель управления.

— Это что, космический корабль? — спрашивает удивленно. — Ты космонавт?

Андрей улыбается.

— Хочешь потрогать? — спрашивает осторожно, перекладывая букет ирисов с пассажирского сиденья на панель.

Глазенки моего сына похожи на два чайных блюдца.

— Да, — отвечает дрожащим от возбуждения голоском.

— Сейчас подъедем к парку, и я тебе все покажу.

Малыш ждет. С придыханием следит за мигающими огнями и прислушивается к голосу навигатора.

Я украдкой улыбаюсь. Все оказалось так просто! Цифровая панель управления пленила воображение нашего сына, и он готов поиграть в космонавтов со своим отцом.

Малинин находит парковочный карман возле центрального входа в парк и поворачивается к нам.

— Перебирайся ко мне, — манит малыша взглядом.

А его и уговаривать не надо. Рвется вперед, позабыв о том, что ещё десять минут назад отказывался общаться с папой.

Андрей мне подмигивает. Подхватывает его на руки и пересаживает вперед.

— Ну, что, в какую галактику полетим? — спрашивает у сына.

— На Солнце, — отвечает тот и завороженно ощупывает ручками мерцающую панель.

— Точно на Солнце? Там ведь жарко.

Андрюшка непонимающе таращится на отца.

— У нас же есть защитные костюмы! Забыл?

— Костюмы, точно, — едва сдерживая улыбку, спохватывается Малинин.

В ответ на его действия крупным планом высвечивается карта.

— Мы летим на Солнце, мама! — громко выкрикивает малыш. Хлопает в ладоши от восторга.

— А мультики в полете хочешь посмотреть?

— Лунтика?

— Давай поищем Лунтика…

— Так он что, у тебя в машине живет?

— Ага.

На развлечение с панелью уходит около пятнадцати минут.

— Андрюш, а пойдем на площадку играть? — я маню сына на свежий воздух.

— А Лунтик как же?

— Лунтик здесь подождет.

— Ну… ладно, — нехотя соглашается сын.

Мы покидаем машину. Идем по дорожке к площадке втроем. Андрюшку держим за руки с двух сторон, и он принимает новый расклад.

Заметив друзей, срывается и бежит к горке.

— У меня папа космонавт! — кричит громко. — У него есть ракета!

Мы переглядываемся. Малинин улыбается.

— Второй раунд оказался успешным, — игриво толкает меня в бок.

— У него любимая горка на площадке — космическая ракета, — рассказываю я. — Так что твой навороченный внедорожник сыграл нам на руку.

Малинин стреляет в меня взглядом.

— Ну, хоть какая-то польза от моего увлечения. Кофе хочешь?

— Хочу, — киваю согласно.

— Ну, пойдем, — он указывает на киоск.

Мы подходим к окошку. Оттуда приятно пахнет кофейными зернами и свежей выпечкой.

— Два «американо», яблочный сок и три круассана, — делает заказ Андрей.

Я с любопытством на него посматриваю.

— Как ты догадался, что Андрюша любит яблочный сок?

Он оплачивает угощение. Пожимает плечами.

— Интуитивно. Это же мой сын.

«Твой», — не могу не согласиться.

…. Вечереет. В парке зажигаются разноцветные гирлянды. Мы втроем сидим на лавочке и уплетаем круассаны. Как же уютно находиться близко друг к другу и слушать болтовню нашего маленького сына! Правду говорят, что семья — это сила. Когда мы втроем, это бесценно.

Малыш сует мне недоеденный круассан и срывается с лавочки на свою любимую горку-ракету.

— Ракета улетит без меня, мам! Мне надо в космос!

Я смеюсь. Упаковываю круассан обратно в бумажный пакет.

Андрей пронизывает меня взглядом.

— Знаешь, я самый счастливый человек на свете. У меня есть сын, — произносит чуть хрипло. — Это какое-то чудо, честное слово!

Мы посматриваем друг на друга.

Он накрывает мою руку своей, а я таю от ее тепла.

Кажется, в нашем тоннеле наконец вспыхнул свет.

— Я хочу, чтобы вы ко мне переехали, — притянув меня к себе, тихо просит Малинин. — Вот только переживем завтрашний день, ладно?

Я прижимаюсь щекой к его сильному плечу. От него веет покоем и уверенностью, от этого я черпаю силы. Он — моя каменная стена.