Девушка даже не спросила, откуда он знает её имя. Сейчас голову занимали другие мысли.

— Добрый день, господа! — Лилея с очаровательной улыбкой вошла в гостиную.

Мужчины при её появлении встали.

— С кем имею честь говорить? Госпожа Иляна сегодня не ждала гостей, — Дамаскинская глянула на старушку.

Та пока молчала, но по поджатым губам было понятно, что гости в доме нежеланные.

— А вы, собственно, кто? — окрысился один из мужчин с узким, действительно каким-то крысиным лицом.

Дамаскинская сразу поняла: это и есть «наследничек».

— Фи! Где ваши манеры?

Она так искренне возмутилась, так пренебрежительно глянула, что ведьмак сразу потерял геройский вид. Девушка подошла к ухмыляющейся Иляне, и та представила гостей.

— Это Бартос Нагу, внук моей сестры, и Марчел Ротарь, его ДРУГ.

Старушка выделила последнее слово, на что Дамаскинская понимающе кивнула.

— А это моя помощница — Лилея.

— Помощница? — оживился Бартос. — Бабушка, ты не здорова?

— Что ты? Я прекрасно себя чувствую!

Дамаскинская улыбнулась, наблюдая за унылым лицом ведьмака, и пригласила всех к столу.

— Давайте пить чай!

Оставлять Иляну одну ведьма не собиралась, поэтому воспользовалась магией: щёлкнув пальцами, она расставила посуду и вскипятила воду. Изящным движением подхватила летящую банку с листовым чаем. Гости завороженно наблюдали за процессом, невольно проникаясь уважением к сильной ведьме. Дамаскинская разлила заваренный чай и протянула чашку Бартосу.

— Лучше будет сказать, что я секретарь госпожи Иляны, — она сделала паузу.

«Ну! Давай же! Ну!..» И «наследничек» не подвёл.

— Зачем бабушке секретарь?

Лилея улыбнулась:

— Это для вас Иляна Рошка — бабушка, а для остального ведьмаческого сообщества — это известная личность, гордость нашего народа! Вы представляете, сколько она видела за свою жизнь?! Сколько она может рассказать?! О нашей стране, о нашей истории! Да её жизнью уже сейчас интересуются, и некоторые факты вносят в учебники.

— Неужели? — растерялся «друг» из сумасшедшего дома.

— Меня же не просто так сюда послали: я записываю историю жизни Иляны Рошки. Это задание поручил мне Гордей Карицкий. И, насколько я знаю, данный вопрос лично курирует Верховная ведьма.

Дамаскинская врала не моргнув глазом, но страха не было! Пусть попробуют доказать, что она сочиняет! А если сунутся в школу или ковен, директор подтвердит её версию, в этом девушка почему-то не сомневалась.

— Как только выйдет монография, все будут знать, как живёт госпожа Иляна! С кем она общается, дружит! Я уже побеседовала с нашими чудесными соседями, они рассказали столько интересного! Так хвалили вашу бабушку, её великолепную память и острый ум! Вы можете гордиться! — ведьма мило улыбнулась побледневшему мужчине. — Когда выйдет первый тираж, я пришлю вам подарочный экземпляр.

Марчел Ротарь задёргался и промакнул платком пот со лба. «Ага! Хотели всё сделать хитро: позадавать ведьме каверзные вопросы с подтекстом, запутать, подставить, а потом обвинить в старческом слабоумии?.. Не выйдет!» Дамаскинская, не переставая, улыбалась гостям.

— …Приезжайте к нам через недельку. Господин Карицкий обещал навестить госпожу Иляну, он будет рад познакомиться с вами.

«Наследничек» окончательно сник.

Как бы там ни было, в письме Лилея рассказала директору о случившемся, и тот действительно наведался в Лунгаг. Он долго разговаривал с Иляной наедине, а потом, забрав ученицу, вернулся в Старый двор.

— Вы правильно сделали, что написали мне, — похвалил ведьмак.

Но девушка в его словах уловила кое-что другое.

— Значит, мои подозрения подтвердились? — она заметила кивок и задала другой вопрос: — Теперь, когда госпожа Иляна осталась одна, её не обидят?

— Нет.

Дамаскинская в определённой степени доверяла директору, но всё равно переживала. За лето она привязалась к старой ведьме и по-настоящему волновалась за неё. При расставании даже всплакнула, а сердце грело новое приглашение в Лунгаг. Пусть Иляна Рошка не озвучила его напрямую, но явно намекнула, что будет не против, если девушка навестит её ещё раз.

* * *

Второй курс начался суматошно. В общежитие Лилея вернулась вечером, Цезерина — ещё позже. Пока девушки поговорили, пока разложили вещи, наступила ночь. Утром возле школы они увиделись с остальными ребятами и тут же разбежались по аудиториям, успев обменяться куцыми приветствиями. Эрмин, загорелый, с отросшей шевелюрой, привычно сел рядом с Дамаскинской, согнав с «насиженного» места одногруппника. А когда ведьма открыла было рот, чтобы задать вопрос, тихо буркнул:

— Всё потом.

То ли злился на что-то, то ли вчера парни умудрились отметить приезд? Хотя первое было больше в характере Гросса.

И уже по привычке вся компания собрались в столовой во время обеда. Ведьмаки радовались встрече, обменивались самыми яркими впечатлениями и строили планы на ближайшие выходные. Дамаскинская улыбнулась, увидев Маруту рядом с Милорадом: возлюбленные снова были вместе. В этом году девушка прошла испытание, правда поступила не на зельеварение, а на предсказания. С ней пришла ещё одна ведьма.

— Виорелия Гурская, — представилась новенькая.

— Мы познакомились по дороге к Небесному роднику, — пояснила Марута и, склонившись к ведьмакам, шепнула: — Знаете, я никому не могла сказать о том, что было год назад. Только общие фразы: «Давайте пойдём вместе!» или «Может, она не настоящая?»

— Опять ночницей пугали? — фыркнул Генусь.

— Нет, в этот раз нас преследовало умертвие девочки.

— Фу! Ужас! — воскликнули ведьмаки за столом.

Как последователи Живы они не любили порождения Граней. Да и кто их любил? Марута развела руками:

— Я догадывалась, что это иллюзия, но всё равно перетрусила. Хорошо хоть, щит сообразила поставить.

— А остальные?

— Мы шли вдвоём. Больше никого не встретили.

— Странно, — не поверил Эрмин.

Виорелия поправила подругу:

— Было чувство, что неподалёку идут другие, но нас не тянуло к ним. Наоборот, каждый раз хотелось затаиться или убежать.

Лилея внимательно наблюдала за новенькой: слишком молчаливая, слишком сдержанная, хотя возможно, просто стесняется в новой компании. Ведьма глянула на Цезерину, чтобы считать её эмоции. Но подруга никак не реагировала на Виорелию и спокойно уминала обед.

Зато отозвался Ленар:

— В этом году первокурсников набрали мало, я вчера случайно услышал разговор преподавателей.

— Почему? Поступающих во дворе собралось много, — удивилась Марута. — Даже племянник Верховной был… Психовал как девчонка, когда его на старте обогнали!

— Он здесь?

— Вон! — Марута кивнула в сторону.

У противоположной от них стены за столом сидела большая компания. Ведьмаки как ведьмаки, школьная форма в этом плане уравнивала всех, но взгляды, которыми первочки обводили окружающих, были полны превосходства и собственной значимости.

— На факультет зелий попал, — уточнила Виорелия.

Все дружно посмотрели на богатыря Милорада, тот хмыкнул, явно не обрадовавшись такому пополнению среди зельеваров. Разговор прервался из-за припозднившихся Брия и Генуся.

— Нас декан задержал. Тренировки уже начинаются.

Никто в компании не удивился, зная режим «боевиков» по прошлому году.

— А где Леонила? — спросила Цезерина, когда ведьмаки заняли свои места.

— Гутовская отчислилась.

Лилея вздрогнула, и не только она.

— Как? Почему? — заволновались ребята.

— Вранеш ничего не объяснил, только сильно злился, — сказал Брий. — Всё-таки она была отличницей.

Милорад нахмурился:

— Отчислилась и отчислилась... Не маленькая.

— И не дура, — тихо добавила Лилея, до этого молча наблюдавшая за друзьями. — Что-то тут нечисто.

Но её тревогу никто не разделил. Парни помнили, что случилось весной, Милорад с Марутой и вовсе считали Гутовскую врагом.

— …Узнай у Карицкого, — подсказала позже Цезерина. — Он точно будет в курсе.