Все семеро братьев удалыих.

Умирая ж, каждый сыну наказывал,

Рубитися наказывал до смерти,

Полегти за правду за истину.

То ж и сын сыну наказывал,

И доселе их внуки рубятся,

Все рубятся за правду за истину

На великое себе разорение.

А сказана притча не в осуждение,

Не в укор сказана — в поучение,

Людям добрым в уразумение.

Алексей Константиновиич Толстой. «Правда»

Эта часть книги главная. В ней собраны воедино свидетельства четырёх наук — как четырёх очевидцев. Каждая наука, каждый очевидец дают свое видение русского генофонда: антропология (глава 4) классическая антропогенетика (глава 5), молекулярная генетика (глава 6) и фамилии (глава 7). Эти четыре свидетеля по-своему описывают генофонд. Более того, каждая из этих наук говорит на своем языке. Методология, понятийный аппарат, терминология, стиль — всё различно в этих науках.

Конечно же, даже просто собрать в одной книге итоги этих наук чрезвычайно полезно для создания общей картины русского генофонда. Однако мы решили сделать ещё один шаг — помочь этим наукам заговорить на одном языке. Этим языком стала геногеография: сведения о русском генофонде, добытые каждой из этих наук, мы переводили на универсальный язык карт. Карты — это образы. Яркие, ясные, явные и не менее объективные, чем «числовая», табличная информация. «Географическая карта — это вербализованное изображение» [Родоман, 1990, с. 44].

Карты древнее письменности. Они могут быть использованы в виде некоего «эсперанто» для общения разных наук. Для чтения карт любой науки не надо быть специалистом. Достаточно лишь желания освоиться с чтением карт, чтобы пролистывать любой из Атласов — картографировано ли в нём распространение роста бороды, групп крови АВ0, гаплогрупп митохондриальной ДНК или же фамилий.

Но, конечно же, мы оказались не просто «переводчиками» на геногеографический язык. Разговор на одном языке ещё не гарантирует успешность встречи.

Ведь и семеро братьев говорили на одном языке, но не поняли, что их рассказы повествуют об одном и том же. Для того, чтобы встреча четырёх наук состоялась, каждая из «договаривающихся сторон» должна не просто сообщить о себе, о своих вкусах, привычках и достижениях. Она должна в какой-то мере забыть о себе и согласиться обсуждать общий предмет, интересующий и объединяющий всех. Этим предметом стала изменчивость русских популяций в географическом пространстве. Все иные темы, как бы ни были они важны для каждой из наук, оставлены за пределами этой книги. Главной темой первой встречи наук стала изменчивость русского народа в его историческом ареале — на Русской равнине. Для первой встречи такое самоограничение необходимо, чтобы соблюсти единство и стройность книги.

Только если мы зададим всем очевидцам один и тот же вопрос, мы сможем непредвзято сравнить их свидетельства. Только если мы составим все портреты генофонда одним и тем же методом, мы сможем определить, действительно ли они так же различны, как рассказы семи братьев. Или же, напротив, хорошо согласуются друг с другом и рассказывают нечто общее о русском генофонде. Каждая из следующих глав могла бы составить отдельную книгу. Однако все вместе они дают максимально полное, разностороннее описание генофонда. И мы не просто объединили их под одной обложкой. Но объединили их одним методом, общим языком, единой задачей, объединили их свидетельства в целостную картину генофонда.

Какой иной путь может приблизить нас к правде о русском генофонде?

Глава 3. КАРТЫ И АТЛАСЫ

— Но ты ведь и сам путешественник! Расскажи мне о своей планете…

— Ну, у меня там не так уж интересно, — промолвил Маленький принц. -

У меня все очень маленькое. Есть три вулкана… Потом у меня есть цветок.

— Цветы мы не отмечаем, — сказал географ.

— Почему?! Это ведь самое красивое!

— Потому, что цветы эфемерны.

— Как это — эфемерны?

— Книги по географии — самые драгоценные книги на свете, — объяснил географ. — Они никогда не устаревают. Ведь это очень редкий случай, чтобы гора сдвинулась с места. Или чтобы океан пересох. Мы пишем о вещах вечных и неизменных…

— А что такое «эфемерный»?

— Это значит: тот, что должен скоро исчезнуть. Антуан де Сент-Экзюпери

В этой маленькой главе очень кратко описывается план картографического исследования генофонда и то, как построены те или иные карты книги. Общих методик построения, чтения и анализа карт здесь мы почти не касаемся. Детальное описание картографической технологии и материалов, на которых построено исследование русского генофонда, приведено в Приложении — там читатель найдёт ответы на многие вопросы.

Материалы нашей книги охватывают данные только по коренному населению и только в пределах «исконного» ареала — все прочие популяции эфемерны в глазах геногеографа (отмеряющего время не годами, а поколениями), а мы хотим обнаружить именно те черты русского генофонда, которые с наибольшим правом могут считаться «вечными и неизменными».

Основу всей книги составляют картографические Атласы. Они черпают свою информацию из специально созданных банков данных. Прежде всего, это созданный нами комплексный банк данных «Русский генофонд», который вобрал в себя и результаты исследований русского народа по классическим генетическим маркёрам (группы крови, биохимические, физиологические маркёры), и по ДНК маркёрам (аутосомные, мтДНК, Y хромосомы), и результаты изучения антропологами облика русского населения (соматология, дерматоглифика). Во-вторых, для анализа русских фамилий была создана специальная база данных «ONOMA» о географическом распространении десятков тысяч фамилий. В-третьих, создан банк данных о полиморфизме митохондриальной ДНК в популяциях мира («World Mitochondrial»). Он занимает особое положение, поскольку является сейчас наиболее полной мировой сводкой об изменчивости мтДНК. Однако эту главу мы посвятим не столько банкам данных, сколько картографическим атласам, созданным на их основе.

Почему же мы столько внимания уделяем картам и атласам? Потому что они являются стержнем нашего исследования. Именно благодаря картам мы можем увидеть структуру русского генофонда. И только благодаря картам можем сопоставить и объединить данные разных наук и разных типов признаков. Комплексное изучение объединяет все проекции генофонда, все его «портреты», созданные по каждому типу маркёров — будь то черты физического облика, фамилии, группы крови или ДНК маркёры. Цель такого синтеза — создать единый «портрет» генофонда, который выявит не эфемерные, а наиболее общие и устойчивые элементы генофонда, его архитектонику, тот каркас генофонда, который проявляется в большинстве карт самых разных признаков.

3.1. ЕДИНЫЙ ПЛАН

Карты отдельных признаков — Обобщённые карты одного раздела науки — Сравнение обобщённых карт разных разделов — Единый план анализа для всех разделов — Не только карты

Основу всех наших баз данных составляет однотипная информация: данные по географической изменчивости признаков в русских популяциях, а также в популяциях других народов. Каждый из этих признаков является геногеографическим маркёром. Изменчивость любого маркёра сформирована как его «личными» особенностями (для получения «общего портрета генофонда» они становятся второстепенными), так и общими тенденциями, объективно существующими в генофонде. Именно эти общие тенденции — не эфемерные, но наиболее устойчивые — мы и хотели выявить. Для этого мы от «простых» карт геногеографических маркёров переходили к их обобщённым картам. А далее — сравнивали обобщённые карты уже разных наук.