— Я больше не буду прикасаться к тебе, пока мы не поженимся.

Затем он улыбается, медленно выходит из меня и устраивается позади. Он накрывает моё тело простынёй, чтобы я сохранила его тепло, и ласкает мой бок, помогая мне уснуть.

— Почему?

Он просовывает руку под мою подушку и целует меня в затылок, отвечая.

— Потому что я уважаю тебя…

Затем его поцелуи постепенно поднимаются к моему плечу.

— Потому что я хочу, чтобы ты начала скучать по мне.

Я начинаю смеяться, и он улыбается, прижавшись к моей коже у основания шеи, к которой он спустился.

— Дай мне посмеяться, я уверена, что именно я сломлю тебя первой.

Он тоже усмехается, прежде чем прошептать мне на ухо.

— Договорились, Сокровище. Если проиграешь, тебе придётся полностью подчиниться мне в нашу брачную ночь. Если выиграешь, Я подчинюсь тебе. Тебя это устраивает?

Я улыбаюсь, пока он с наслаждением ласкает мой живот, прежде чем согласиться с условиями нашего договора. Я не собираюсь проигрывать, капитан, и это сделает победу для меня ещё более сладкой. Но, зная ваш характер, мне, вероятно, придётся изрядно постараться.

— Кайкан…

— Мм?

Он продолжает свои поцелуи, от которых я тихо смеюсь, потому что мне щекотно.

— Где мы будем венчаться?

Он приподнимается, чтобы посмотреть на меня, прекрасно чувствуя, что внезапно у меня в голове возникла тысяча вопросов.

— Ты мне доверяешь?

Его невероятный серый взгляд пронзает меня, и я отвечаю ему с полной искренностью.

— Да.

— Тогда позволь мне всё организовать.

Я переворачиваюсь на спину, и он начинает забавляться, обводя пальцем контур моей груди во время нашего разговора.

— Мне позволят самой выбрать платье?

Его нежная улыбка говорит о многом, и его ответ вызывает во мне странную дрожь.

— Любое, какое захочешь, даже самое дорогое, если пожелаешь.

Я хмурю брови, чем заставляю его рассмеяться, прежде чем он целует меня с любовью. Найти свадебное платье посреди моря будет непросто, и, имея на борту розу, мы не можем позволить себе останавливаться и задерживаться во всех портах.

— Нам не следует сразу доставить розу королю?

Мой вопрос вырывает его из весёлого настроения, и он смотрит на меня уже более серьёзно.

— Чего ты боишься?

Покусывая внутреннюю сторону щеки, я признаюсь в том, что меня тревожит.

— Я боюсь, что её могут украсть и что…

Я не могу закончить фразу, слишком тревожась при мысли о том, что могу его потерять. Поцеловав меня в лоб, он спокойно и подробно отвечает.

— Роза спрятана в таком месте на корабле, которое невозможно найти. Только Фенир и я знаем её тайник. И если корабль будет потоплен, она останется защищённой в этом укрытии. Тебе не о чем беспокоиться, Сокровище. Я не собираюсь умирать в ближайшее время. И уж тем более не проклятым тёмной клятвой.

В его объятиях я размышляю о том, что может ждать нас впереди. Теперь, когда мы нашли розу, единственное, что нам остаётся, передать её королю.

— Ты выглядишь задумчивой.

Опершись на локоть, он наблюдает за мной, не прекращая своих ласк после того, как заставил меня пережить целую бурю эмоций.

— Я думаю о том, разумно ли отдавать розу королю.

Взяв свою коробочку с маленькими сигарами, он зажигает одну, прежде чем молча задать мне вопрос взглядом.

— Я знаю, ты пообещал ему вернуть её, но она опасна, а он, похоже, не из тех, кто много думает о последствиях.

Он щёлкает языком по нёбу и кладёт запястье на поднятое колено. Глядя на горизонт, он обдумывает мой вопрос, прежде чем ответить с лукавой улыбкой.

— Ты ошибаешься в одном.

— Я знаю, что он твой давний друг, но ему нельзя доверять.

Он снова улыбается, разглядывая меня с озорным выражением.

— Я пообещал доставить ему розу, но он никогда не заставлял меня обещать оставить её ему.

Искра в его глазах заставляет меня приподняться, прижимая простыню к груди.

— Клятва должна быть точной, Сокровище.

Забавляясь моей реакцией, он смотрит на меня с улыбкой, затем медленно оглядывает всё моё тело так, словно собирается меня съесть.

— Ты ведь и не собирался оставлять её ему?

Он приподнимает брови так, будто я его оскорбила, затем затягивается сигариллой и спустя несколько мгновений выпускает дым.

— После всего этого пути? Ни за что. Я имею право на вознаграждение.

Теперь уже я сама забавляюсь и смеюсь ему прямо в лицо.

— Сокровища недостаточно.

Его взгляд пронзает меня, он полностью выпрямляется передо мной и проводит большим пальцем по моей нижней губе.

— Но об этом он не знает.

Я склонна забывать, что этот мужчина не отличается честностью, когда заключает сделки. Моя наивность, должно быть, его забавляет, и я сама чувствую себя глупо из-за того, что не подумала о такой возможности. Он не сводит глаз с моих губ, прежде чем его взгляд медленно скользит по моему телу, скрытому под тонкой простынёй.

— Это подло, капитан.

Опираясь руками на его бёдра, я наклоняюсь к нему, чтобы подразнить, и он мгновенно реагирует.

— Это ты подлая, раз дразнишь меня своим таким совершенным телом. Но я не проиграю тебе, — говорит он, приподнимая мой подбородок кончиками пальцев.

Мы одновременно смеёмся, и он прижимает меня к матрасу, жадно целуя в шею, после чего мы устраиваемся рядом, прижавшись друг к другу, как ложки. Если он думает, что я проиграю наше пари, значит, он глубоко ошибается. Это он желает меня с первого дня, так что именно ему будет труднее всего устоять передо мной, хотя я и сама не очень представляю, как именно заставлю его сдаться. Теперь мне предстоит найти платье, и я надеюсь, что там, где мы сделаем остановку, я смогу отыскать именно то, о чём мечтаю.

Единственный порт, где можно остановиться, не рискуя быть атакованными, это Атрея, при дворе Азалий, которым правит королева Далья. Со мной уже случалось однажды оказаться в её постели, чтобы выполнить свою часть сделки: в обмен на соглашение о снабжении в её порту без грабежа я должен был доставить ей удовольствие в тот вечер. И впоследствии мне не раз доводилось пользоваться её телом. Но она, вероятно, удивится, если мы столкнёмся на улице. В глубине своих внутренностей я ощущаю возбуждение Розалин при мысли о возвращении на сушу и возможности наконец найти платье, которое ей подойдёт. После того как я окружил её адским дуэтом и ещё тремя мужчинами, которым доверяю, я в свою очередь покидаю корабль, чтобы пройти по деревянному причалу вместе с Фениром и Дервином. Проклятие остаётся под присмотром Дейва и остальной команды, занимающейся снабжением судна, так что я не беспокоюсь.

— Ну и что мы ищем?

Дервин хихикает в ответ на вопрос Фенира, произнесённый с явной иронией и руками за спиной. Трикси на плече Розалин кричит на Рейли прямо перед нами, и они, кажется, ссорятся. Пайки закатывает глаза, пока моё сокровище, как всегда, пытается уладить напряжение.

— Как ты собираешься одеться на свою свадьбу?

Фенир настаивает и слегка подталкивает меня к пределу. Я знаю, что он подшучивает, но, если всё должно быть идеальным в глазах Розалин, значит, так оно и должно быть.

— Советую чёрное. В конце концов… это же траур по твоей прежней холостяцкой жизни.

То, что Дервин подливает масла в огонь, пока мы идём вперёд, нисколько не помогает. И всё же, когда я слышу, как они ржут, словно ослы, я не могу сдержать улыбку, оказавшись перед лавкой, где когда-то приобрёл свою нынешнюю куртку. Фенир закидывает руку мне на плечи, прежде чем я закуриваю сигару.

— Я, пожалуй, согласен с Дервином: траурный чёрный подойдёт идеально.

— Нужно тщательно выбрать церемониальный наряд. В конце концов, ты же идёшь на собственную смерть.

Они снова хихикают, как идиоты, и это заставляет меня улыбнуться, пока я рассматриваю точно такую же куртку, как у меня, только действительно чёрную. Вышивка серебряной нитью, та же длина — та, на кого должны смотреть, это Розалин, не я; я растворюсь в тени. Значит, чёрное. Когда мы заходим в лавку, портной сразу узнаёт меня и заметно нервничает.