— Говорят, Барри высасывал душу своих врагов, прежде чем сбросить их в море.

Рейли выходит вперёд, чтобы добавить:

— Да, словно корм для акул. Без малейших колебаний.

Пендл вздыхает и заводит нас в таверну, после чего заказывает четыре кружки пива. Когда мы устраиваемся за круглым столом в глубине зала, он наконец говорит:

— Барри был хранителем карт Трикьяна. Никто никогда не осмеливался ему возражать. И лучше было этого не делать.

Два его спутника чокаются кружками, когда подпольный оркестр начинает играть и петь. Со своей стороны, я впервые пробую этот пузырящийся алкоголь с горьким вкусом. Я морщусь, а старый Пендл улыбается так, будто только что дал алкоголя своей внучке.

— Ну и как мы собираемся найти мертвеца?

Вопрос Рейли снова заставляет меня скривиться, пока Пендл чешет бороду.

— Я не уверен, что он мёртв.

Пайки бледнеет так быстро, что кажется, будто он окончательно умирает прямо на месте. Похоже, единственный способ напугать пирата — это напомнить ему о призраке из прошлого. Хихикнув, я делаю второй глоток, всё такой же горький, и наблюдаю за собравшимися, которые, кажется, веселятся. Женщины заигрывают с моряками, старые друзья чокаются, другие сверлят друг друга взглядами во время карточной игры, выясняя, кто заберёт бутылку рома. Поскольку я никогда не пью алкоголь, время и количество выпитого постепенно берут верх над моим разумом. Я выпила лишь половину своей большой кружки, а на губах уже появляется улыбка, и меня накрывают волны жара.

— Эй, Пайки! Смотри на Красотку, она глупо улыбается. Похоже, она пьяна.

Лысый щурится, прежде чем осознаёт это, затем смеётся вместе со своим

приятелем, но быстро приходит в себя, ударяя его кулаком в грудь.

— Так нельзя, капитан нас убьёт, если она напьётся до бесчувствия.

Они начинают препираться между собой, и тогда я решаю повернуться к Пендлу. Позади него, за столом, сидит мужчина в капюшоне, курит огромную сигару и пристально наблюдает за нами. Это пахнет неприятностями за версту. Кончиками пальцев я касаюсь предплечья старого моряка, и он наклоняет ухо ко мне.

— За нами сидит мужчина и пристально смотрит. Думаю, ему что-то от нас нужно.

Хотя я рассчитывала на его осторожность, Пендл внезапно оборачивается, чтобы разглядеть того самого человека. Тот делает то же самое, затем поднимает голову и направляется к нам. Пытаясь стать как можно незаметнее, я слегка пригибаюсь, когда мужчина опирается на спинку деревянного стула Пендла. Два его спутника наблюдают за происходящим, словно издалека, и остаются с открытыми ртами, не произнося ни слова.

— Встретить тебя в столь очаровательной компании — довольно странно… Пендл…

Он нарочно выделяет его имя своим низким голосом, и кажется, будто тот поднимается из самых глубин бездны. Он знает имя нашего друга — это заставляет меня резко выпрямиться и нахмуриться. Мужчина берёт стул, разворачивает его и кладёт предплечья на спинку.

— Вы кто такой?

Мой вопрос срывается с губ так естественно, что Пайки смотрит на меня ошарашенными глазами, прежде чем начать ворчать.

— Да ты такая же сумасшедшая, как капитан!

Мужчина под капюшоном улыбается и наконец снимает его. Один глаз у него слепой, второй — зелёный, как у призрака. Его бандана тускло-серого цвета удерживает волосы, поседевшие от времени. Его эльфийские уши сильно изуродованы и украшены золотыми серьгами. Он худой, словно скелет в могиле, и его впалые щёки больно сжимают мне сердце.

— Я знал, что если ты жив… мы найдём тебя здесь…

Пайки понимает, о ком идёт речь, Рейли поднимает брови, а я продолжаю разглядывать этого мужчину, который вызывает у меня тревогу.

— Но это значит, что…

— Барри.

Мужчина произносит собственное имя, затем криво улыбается и обнимает Пендла. Очевидно, когда-то они были знакомы. Наш старый друг заказывает ещё одну кружку пива и угощает ею призрака, а два его спутника смотрят на него так, будто он сейчас их сожрёт. Со своей стороны, я стараюсь не дать алкоголю взять верх и внимательно слушаю, о чём они говорят передо мной.

— Что старый морской волк снова делает на Скулле?

Пендл вздыхает и объясняет своему другу ситуацию. Я замечаю, как его бровь едва заметно дёргается, когда он упоминает капитана корабля, на котором теперь плавает. Судя по их разговору, они служили в одной команде — на корабле-призраке.

— Я знал тебя в лучшем окружении на «Вандале».

Он, вероятно, называет имя корабля Трикьяна, и я не упускаю ни слова. Пендл раньше говорил, что когда-то именно Барри хранил все карты капитана. В глубине души я молюсь, чтобы они всё ещё были у него.

— Эй! Мы вообще-то тоже здесь!

То, что Рейли возмущается, когда речь заходит о нём, удивляет меня и заставляет рассмеяться. Пайки тут же начинает ругаться на него и бьёт его своим пистолетом. Морщась при мысли, что пуля может случайно улететь в толпу, я отхожу с возможной линии огня и подвигаюсь ближе к Пендлу.

— Говорят, твой капитан такой же безумный, как раньше был Трик. Это правда?

Старый эльф утвердительно кивает, и Барри улыбается. Похоже, в этом мире любят начальников, у которых не всё в порядке с головой. Я, кстати, задумываюсь, чем сейчас занимается капитан.

Барри усмехается, затем чокается со своим другом, вспоминая старые времена. Я узнаю, что в итоге, вопреки моим прежним догадкам, Пендл просто плавал туда, куда ему приказывали. Его не посвящали в дела, которые происходили за пределами корабля, как, например, история с розой. Лишь Барри и старший помощник знали о настоящих поисках Трикьяна. Со своей стороны, я решаю допить кружку, которая продолжает медленно ударять мне в голову.

— Что ж, полагаю, если ты пришёл ко мне, значит, у тебя есть на то конкретная причина, мой друг.

Пендл, пойманный с поличным, горько улыбается, прежде чем изложить ему ситуацию более подробно.

— Король королей различных дворов хочет розу. Мы полагаем, что это для его королевы — она человек, а он так же безумен, как Кайкан.

Барри слушает его внимательно, но я ясно чувствую, что он насторожен. Его бывший капитан наверняка ясно дал понять, что никто не должен завладеть этой реликвией.

— Он заставил Кайкана принести клятву.

Барри реагирует мгновенно, и его зелёный глаз слегка вспыхивает. По напряжённому выражению его лица видно, что он ненавидит подобные клятвы.

— Ты знаешь не хуже меня: принуждать пирата таким образом никогда не

кончается ничем хорошим.

Пендл раскрывает ладони в его сторону, давая понять, чтобы тот сдержал свой, вероятно, убийственный порыв по отношению к королю Вариху.

— Капитан так или иначе возьмёт реванш. Но если меньше чем через год, начиная с сегодняшнего дня, он не вернёт розу, он потеряет жизнь. А я этого не допущу!

Внезапная вспышка гнева Пендла, когда он ударяет кулаком по столу, заставляет меня вздрогнуть. Они знают что-то, чего не знаем мы, в этом я уверена.

— Значит, он и правда так же безумен, как Трикьян…

Призрак трёт затылок, затем распахивает плащ и достаёт карту среди множества других. Судя по всему, они побывали в бесчисленных океанах, ещё неизвестных нам.

— Нам она нужна.

Барри вздыхает так, будто отдать эту карту для него — слишком тяжёлое бремя, но всё же продолжает:

— Ничего не бывает даром, ты это прекрасно знаешь.

— Чего ты хочешь взамен?

Мужчина спокойно размышляет, пока два его спутника хихикают над какой-то пустяковой темой. Они наполовину пьяны, и единственный, кто ещё сохраняет ясность ума, это Пендл.

— Чтобы ты ответил на загадку. Иначе уйдёшь ни с чем. И чтобы ты пообещал уничтожить эту розу после того, как отдашь королю лепесток, который ему нужен.

Он бросает взгляд на меня, словно способен прочитать во мне всё — моё прошлое, настоящее и будущее. Подойдя ближе к уху своего бывшего товарища, он шепчет ему что-то конкретное, после чего они просто обмениваются рукопожатием. Пендл хмурится, убеждённый, что его ждёт та же участь, что и его капитана. И это не ускользает от Барри.