В Вологде или Тотьме написали вместе с А.А. драму «Демон».

Читал стихи изумительно, страшно любил сцену, драматургию. Очень рано начал интересоваться сценой, хотел быть актером, но это не удавалось ему из-за близорукости. Любил разыгрывать импровизации. А.В. сам рисовал эскизы для маскарадных костюмов. Ему нравилось, когда за А.А. ухаживали, ему это льстило. Переставал замечать человека, если он дурно отзывался к А.А.

Если бы не льстили и можно было бы постоянным правильным мнением разрушить иллюзию, он ушел бы от Р. (Н.А. Розенель. – С. Д.).

Ход реакции у А.В. таков: А.В. восхищен – затем после неприятных разговоров – возмущался. Но в то же время в него закрадывалось сомнение. И в этот момент надо было углубить сомнение, чтобы он окончательно освободился от своей иллюзии. У А.В. было рыцарское отношение к женщине. Считал, что нужно делать все открыто. Льстивые люди за глаза говорили одно, а в глаза другое. А.В. была свойственна вспыльчивость, во время которой он мог забывать, что говорит, при всей своей блестящей памяти. «Я этого не говорил», – утверждал А.В. после таких моментов.

Делит биографию на 3 периода: дореволюционный, во время революции и после ухода из семьи.

Всегда был среди детей, очень любил их. Участвовал в играх, придумывал, сочинял, рассказывал сказки, был вождем забав. Часто рассказывал сказки и отдельно сыну и всем детям. Как-то привез детям кукольный театр. Вообще был мало способен мастерить, но сам смастерил декорации к кукольному театру. Разыгрывал целые импровизации, причем дети всегда были довольны. Ему совершенно был несвойственен педантизм. Рождество праздновал как праздник веселья, сам надевал бороду, вывернутую шубу, одаривал всех детей подарками. Праздник имел определенную программу. Давал идеи для игр. Рассказывал сказки, которые давали идеи, например, ребята назначали себя командирами ветра, солнца, воды. А.В. вкладывал много увлечения в игры с детьми.

К сыну относился с большим вниманием, как к взрослому, с большой дружбой, прививал широкие понятия, иногда без особого педагогического подхода. В простой форме передавал Пушкина, Гулливера и др. Рисовали вместе героев сказок, лепил из снега героев своих сказок. Никогда не подавлял ребенка своей талантливостью. Воспитывал большую любовь к солнцу.

А.А. Луначарская с сыном Анатолием в эмиграции. (РГАСПИ)

А.А. Луначарский среди молодых рабочих, приехавших на экскурсию в музей «Остафьево». (РИА «Новости»)

Бывали детские проказы – А.В. сосал сосульки ледяные и давал сыну, просил не говорить матери. «А ты ей не говори», – нравилось иметь тайны вместе с сыном.

Умел включаться в любую психику, даже детскую.

Были в доме горячие споры, весело протекавшие из-за остроумия А.В. Любил ходить в горы один или вдвоем с А.А.

В 1919 г. А.А., вернувшись из-за границы, застала его исхудавшим, появилось что-то новое – была усталость, но вместе с тем было большое возбуждение, вдохновение. Иногда спускался в детский мирок, но это было все реже и реже. С сыном были отношения снисходительные, баловал его. Возился с ним очень много, позволяя ему делать что угодно, бегать в кабинете по столу. Сын называл себя «пролетарским принцем». А.В. не возражал. Был очень предан коллективу. Был очень изобретателен и умно талантлив. Во время болезни сына накупил птиц и выпускал их в комнату, рассказывал взаимоотношение этих птиц. Но уже не мог много бывать с сыном, а сын потребовал ответа на вопрос, кого А.В. больше любит – его или революцию? А.В. вначале ответил, что революцию, но после приступа отчаяния сына сказал, что одинаково любит обоих. Во время игр – чувствовалась некоторая грустная нота, появилась ироническая улыбка, как бы снисходил к детям.

Отдыхал за чтением и писанием стихов, любил бродить по парку, заложив руки за спину и чуть улыбаясь. Люди его обожали. Со всеми были прекрасные отношения. Давал меткие характеристики в стихах всем окружающим. Очень любил животных – кошек и собак. Давал им характерные определения.

Характерно в последний период изменился. Росла нота мрачности. Очень тяжело переживал уход из семьи. Первое время сын не разговаривал с отцом, что А.В. переживал очень тяжело, плакал. Потом примирились. Встречались тайно. Когда был наедине, было очень весело, но как только появлялась Р. (Н.А. Розенель. – С. Д.), А.В. замыкался, становился более сухим и чужим. При встрече старались избегать личных разговоров. А.В. делал сыну целые доклады о международном положении. Когда хотел уехать с сыном на Урал – Р. устроила грандиозный скандал, и они не поехали. Часто приезжал ночью на машине за сыном и ехали кататься на Воробьевы горы. Сын вначале считал, что у отца слабая воля. Хотелось произнести обличительную речь, но боялся за его сердце, и казалось, что он закрыл свой мир /любовь к Р./ броней от всего окружающего. Прочитав философские работы отца, написал ему письмо, где упрекал в том, что А.В. такой большой человек позволяет, чтобы ему мешали ничтожные люди.

А.В. Луначарский: от войны и революции к повседневной работе наркома

А.В. очень живо реагировал на это письмо. Плакали оба. В последний период приходил в первую семью очень мрачным и лишь постепенно расцветал. Во время отъезда в Париж вел большую переписку с сыном, очень нежную, дружескую. Сын думал, что время разлуки со второй семьей близится. Бывал очень часто в доме. Вообще казалось, что снова сближается с первой семьей и скоро порвет нелепую связь со второй семьей, об этом А.В. намекал в письме к сыну.

После потери глаза пришел грустный. Был очень бледный, мертвенно-бледный, и тут сын почувствовал, что А.В. отказался от мысли вернуться к ним, так как не было уже физических сил. Появилось нечто старческое – окружил себя собаками. Конспиративно во время болезни устраивал встречи с сыном. Пропала веселость, общительность, – во время обеда сидел один со своими мыслями, молчал, и казалось, что никто не должен мыслить, так подавлял собой окружающих. Полная противоположность тому, что было раньше.

Психологически последний период был очень темным. Первые периоды были светлые – подавлял в себе все плохое. Но в последнее время все плохое как бы проявилось. Внешне в молодости был франтом. Затем был очень прост, ходил даже в стареньком костюме. А с Р. стал франтом, ходил в модных костюмах.

Анатолий Васильевич в хорошем настроении.

1929–1930 гг.

А.В. Луначарский за работой в своей квартире в Денежном переулке.

11 сентября 1929 г. (РИА «Новости»)

Иногда бывали такие моменты, когда могла схватить какую-нибудь мысль, и он задумывался, застывал, не видя ничего окружающего. Острил мрачно.

Всегда заполнял собой все, но в последнее время заполняя, подавлял всех.

Когда писал последнее время, то видел зрительные образы тех великих людей, о которых он думал писать. Особенно эти образы возникали во время бессонницы, образы как бы наступали на него. Страдал ужасными бессонницами. Очень любил не только свои произведения, но с радостью воспринимал хорошие вещи других людей.