В Развивалке оказалась куча книг про роботов. Очень кстати! Роботы, даже развитые, вроде Альберта, все равно не как люди. Если знать коды, можно все обойти и сделать как надо.
В Глобалнете тоже хорошие курсы есть – по мышлению роботов, по программированию и всякому такому. Альберт верно говорит, что знания лучше усваиваются, когда есть эта…мо-ти-вация.
Надо всякие такие слова в блокнот записывать. Все равно сейчас уроков нет. Альберт говорит, каникулы начались. До тех пор, пока апельсины не поспеют.
Фууу, пыли сколько! Уборщики все полируют, конечно, протирают – а в ящики, в стол, все равно никто не полезет. Ну, кроме меня, конечно. Грязи-то, грязи, как у Саймона в ушах…И ноутбук почистить надо. Удалить всякие игры старые. Или не удалять пока? Вдруг они потом Малышу понравятся? Ой, обалдеть, это же от Дианы письмо! Старое, конечно, еще с Земли. Но все равно что новое, потому что я совсем забыла, о чем оно. Так что можно еще раз почитать.
дорогая Айра, знаешь что?
мы с мамой вчера ходили в Вавилон и купили те кроссовки из рекламы с Джеральдом Хэнком
ну ты поняла,ТЕ САМЫЕ!!!
я даже почти и не сильно упрашивала.
и знаешь что еще?
они еще красивее, чем в телевизоре!!!
ААААА!! Они светятся разными огоньками
завтра покажу
а больше писать нечего
Пока!
жалко, что в месенджерах тебя уже нет.
всегда-всегда твоя Ди!
Да уж, потрясающее сочинение. На «отлично» с плюсом.
Ходит, наверное, в своих кроссовках куда захочет. Без всякой Ограды. Без Леса. И просит у своей Ма всякую чушь. Отличная жизнь…
Да, перед полетом нас всех специально тренировали обходиться без мессенджеров. Только электронная почта, как в древние времена. А после прилета и такой почты нет. Ма и Па говорили, что всем поселенцам запрещено передавать информацию в Глобалнет. Любую. То есть даже про кроссовки написать нельзя, сразу вылет из программы и внесение в черный список. Только с Центром можно связаться по видеосвязи, если что-то критичное.
Дурацкое правило. Самое идиотское. Наверное, его старые деды придумали, у которых никогда друзей не было. И мессенджеров не было, и всяких конф, в которых сидишь до утра. Но я все равно смогла. Ма говорила, у ее друзей дети такого карантина не вынесли. И все, и никакой им Терры-6. А мы улетели.
И даже если на Ди завтра с неба свалится Джеральд Хэнк и миллион кроссовок — она побежит к своей Ма спрашивать, что с ними делать.
А я никуда не пойду.
POV Малыш
Капи падает с кровати ночью.
Потом приходит и урчит.
Я говорю «Иди сюда!», и она прыгает.
Я говорю «Не уходи никогда».
Она урчит сильнее.
Если погладить Капи - она жмурит глаза и поднимает переднюю лапу.
Альберт говорит, что Ма и Па вернутся.
Альберт все знает. И Айра все знает.
Вчера я ударил Капи. Нечаянно. Когда мы играли в прятки.
Она до обеда не урчала.
Прости. Я не видел, что ты за дверью. Я думал, это Молли.
У Саймона есть Тигр, он большой. У Айры Медвежонок.
А Кенгуру и Собака ничейные.
Я их тоже глажу.
Когда Капи падает, мне страшно. Вдруг она убежит.
Как Ма и Па.
Ночью я держу ее за лапу. Крепко-крепко.
Потом отпускаю.
Закрываю глаза.
Но она не убежала. Только положила голову на подушку. И толкнула меня в бок.
И сегодня мы снова играем в прятки.
Глава 4.
POV Саймон
Курить – это просто. Прячешься там, где никто не ходит – например, возле Мастерской. Раньше Па там делал всякие фигурки из глины и дерева. А потом материалы закончились, а вместо новых Ма заказала с Земли что-то другое. В общем, сейчас там всякие инструменты лежат, пустые ящики и сломанные стулья. И велосипеды наши. Старые еще, трехколесные. Скоро Малышу пригодятся.
Малыш уже задолбал, вот правда. Ходит за мной и ходит. Брокколи не ест, «как Саймон». На батут лезет прыгать, «как Саймон». Кепку мою стащил. Еле от него отвязался. Сказал, уколы иду делать, в Больницу. Он сначала сразу: «И я уколы делать!», а потом убежал.
Ну вот, значит. Берешь сигарету, разминаешь внутри табак. Па так всегда делал. Потом поджигаешь. И набираешь быстро в рот дыма. А потом выдыхаешь. Очень даже просто. Я на сигаретах из куртки быстро натренировался. А потом нашел, где еще в Кладовой сигареты лежат. Прямо ящиками. И пиво всякое, и еще разные бутылки. А вот винтовки нет. Можно из Шкафной нож стащить, только вдруг Молли заметит?
Выдыхаешь дым, и голова кружится. Можно закрыть глаза. Загадать желание. Чтобы нас не одиннадцать стало, а снова тринадцать. Я бы тогда все воскресенья в жизни больше ничего не просил. Ни одного желания совсем не загадал бы.
Вчера с Айрой ходили в Развивалку. Пока она там про роботов книжки искала, я журнал нашел интересный, медицинский. Там человек прямо без кожи. Только красное мясо и мышцы. А на второй картинке внутренности. Печень там, легкие, сердце, кишки…
Если выстрелить в человека – он разлетится не на детальки, а на печень и кишки.
А если человек долго жил в Лесу, тогда что у него внутри?
Зеленые листья?
Корни?
Грибы, вроде тех, что мы ели на завтрак?
