На пороге стоит уже знакомый амбал.

— Давай на выход, — басит он.

Я не двигаюсь, видимо, ему это все не нравится, потому что в следующее мгновение он просто сам заходит в ванную и я оттуда пулей вылета.

— Переоденься, — кидает в меня какой-то сверток с одеждой.

Я машинально ловлю его и двумя пальцами достаю содержимое. Я кривлюсь от отвращение, потому что у меня в руках прозрачное нечто. Мне кажется, даже женщины с низкой социальной ответственностью такое не наденут. Уж слишком откровенное.

— Тебе надо ты и переодевайся, — кидаю ему платье.

Он его не ловит. Несчастная одежда падает к его ногам. Я буквально вижу. как дергается его глаз. Мужик шагает в мою сторону.

— Подняла тряпку и оделась, — рычит он.

А я почему-то четко понимаю, что ничего этот верзила мне не сделает. Приказа не было. И от этого осознания дышать становится чуточку легче.

— Нет.

— Я сейчас сам тебя переодену. Тебе точно не понравится. Даю последний шанс.

Я хмыкаю и отхожу от него, скрещиваю руки на груди.

— Ну, попробуй, — тяну с издевкой.

Теперь у мужика уже не просто глаз дергается, я вижу, как у него лопаются капилляры. Довела.

Верзила грязно ругается сквозь стиснутые зубы и смотрит на меня так… Ну, в его мыслях я уже где-то закопана в лесу.

— Блть, почему от вас баб одни проблемы? — спрашивает, ни к кому не обращаясь.

— Может, проблема не в “бабах”? — все же решила ответить.

— Ты — точно проблемная. Идем.

Он открывает дверь и я выхожу в коридор. Мой конвоир подгоняет меня вниз по лестнице. Я кручу головой по сторонам, рассматриваю дом. Могу честно признаться, что дом впечатляет. Выглядит очень стильно, современно и со вкусом дорого. Но в доме как-то неуютно. Стерильно. Такое чувство, что здесь живут какие-то роботы. Здесь нет никаких мелочей. Все разложено по местам. Ни пылинки, ни шерстинки, как говорится. Становится совсем неуютно. Остается только догадываться, какие люди здесь живут.

Сопровождающий заводит меня в столовую. И первое что я вижу — накрытый стол с множеством блюд, а по комнате расставлено огромное количество свечей.

— Жди здесь, — ворчит мужчина и оставляет меня одну.

Я еще раз осматриваюсь по сторонам, замечаю красивые букеты цветов, но это я отмечаю на автопилоте, потому что внутри долбит такой адреналин.

Почему я одна? Где их “хозяин”? А что будет, если я устрою пожар?

Ну, а что? Вот так оставлять открытый огонь в доме… Очень недальновидно. Но что я этим добьюсь? Наверное, просто разозлю всех. Ладно, отложим этот план на потом.

Я топтаюсь по столовой, просто рассматриваю все вокруг. Подхожу к столу и желудок болезненно сжимается, я очень хочу есть, а здесь все такое аппетитное. Я уже тянусь к тарелке с тарталетками, но одергиваю себя.

Ты вообще уже, Ника? Вспомни, как ты воду уже попила!

Ничего, поголодаю. Это даже полезно. Голод продлевает процесс аутофагии.

Я тяжело опускаюсь на стул и прислушиваюсь к каждому шороху. Никто до сих пор не пришел. Честно, я не знаю сколько прошло времени с тех пор, как меня сюда привели. По моим ощущениям — года, а на деле, наверное, минут двадцать. Я начинаю так сильно нервничать, что начинаю кусать пальцы, дурацкая привычка, знаю. Понимаю, что все это психологическая игра, что все делается специально, но никак не могу взять себя в руки.

Я накрутила себя до такой степени, что пропустила момент, когда в столовой кто-то появился.

— Добрый вечер, Ника, — услышала мужской голос и подскочила на стуле.

Схватилась за сердце, потому что оно едва не выпрыгнуло из груди. Резко повернулась и просто застыла не веря своим глазам.

— Ты?!

Ника

За неделю до

— Ни-и-ик, ну пошли, пожалуйста, — просит меня подруга Даша.

— Я не хочу, — говорю, снимая патчи с глаз. — Ты же знаешь, как я не люблю все эти шумные вечеринки. И вообще я хотела полежать и книгу почитать, знаешь, Кафка сам себя не прочитает.

Дашка звонко смеется.

— Да кому ты чешешь? Кафка! Ой, не могу. Ты просто купила книгу, чтобы умной казаться, а сама залипаешь на своих бульварных романчиках.

Я тоже не могу сдержать улыбки. Все-то она знает.

— Слушай, от меня какой толк, Даш. Ты же знаешь, что охрана попрется со мной, — морщу нос.

Подруга отрывается от моей косметики и смотрит на меня с одной накрашенной губой.

— Ник, — уже строже. — Давай без этого, а? Значит, когда пойти на выставку картин или свалить на два дня за город, охрана не мешает. А как пойти на реально классную вечеринку, то ты вдруг вспомнила об охране.

Ну… Да. Я умею убегать от охраны. Обычно, Дашка стоит внизу, а я по карнизу слезаю к ней. Мы нашли эту лазейку около года назад. Мне даже иногда кажется, что охрана и мой брат прекрасно знают об этом, но молчат. Потому что разве может быть так просто? Только не с Назаром.

— Я не знаю, — выдыхаю и переворачиваюсь на спину. — Да и надеть мне нечего.

Дашка издает какой-то странный звук, я смотрю на нее. Она уже по хозяйски подошла к гардеробной и раскрыла дверцы. А там тонна вещей, может, две.

— Нечего надеть, да?

— Я в этом уже была, — отмахиваюсь.

Девушка достает первую попавшуюся вещь, а потом еще одну, и еще.

— Здесь даже бирки остались.

— Ты же сказала, что это вечеринка в стиле маскарада. У меня нет маски.

— О, это не проблема, — победно улыбается.

А потом начинает рыться в сумке, а когда не находит, то что хотела, высыпает содержимое на пол и перебирает. Я лениво наблюдаю за ней.

— Зачем тебе в сумке надкусанная булка и краска для волос? — спрашиваю озадаченно.

— Мало ли что!

Действительно.

Но я даже представить не могу, когда эти два предмета могут понадобится. Одновременно.

— А, вот! — кричит и стряхивает крошки с искомых предметов. — Я прежде чем к тебе идти, зашла в секс-шоп.

— Интересное начало… Но у меня уже есть твой подарочек оттуда, — намекаю на розового зайчика, которого она мне подарила со словами: тебе надо.

Подруга снова смеется.

— Это другое! Вот, — протягивает мне ажурную маску кошечки.

Мои брови ползут наверх.

— Или хочешь зайчика? Тебе они больше нравятся, да? — подмигивает со знанием дела.

Мои щеки краснеют и я забираю маску из ее руки.

— Дурочка.

— Девушке нужно расслабляться, Вайль! Раз подходящего члена нет, остаются зайчики. Не удивлюсь, что твой братец и бедного несчастного зайчика отпугнул. Зайку бросила хозяйка…

— Замолчи, — хохочу уже в голос.

— Никусь, ну пожалуйста, пожалуйста, — Даша садится на коврик у моей кровати. — Мне очень хочется попасть на эту вечеринку. Там будет Женя Троицкий, ты же знаешь, как я его люблю.

— А Троицкий знает об этом?

— Узнает, — широко улыбается.

Я смотрю на веснушчатое лицо подруги и понимаю, что соглашусь. Я не могу ей отказать. Практически ни в чем.

С Дашкой мы дружим с первого курса. Знаете, мне трудно заводить подруг. Раньше я дружила с девочками, а потом оказывалось, они со мной только потому что у моего брата куча денег, а у меня безлимитная карта. А я этого не понимала. Когда поняла… Было больно.

А Даша — другая. Она действительно бескорыстная и дружит со мной из-за меня! Она познакомила меня со своей семьей, весной и летом мы ездим к ее бабушке в деревню, а там вообще нет никаких удобств. Что говорить, так туалет на улице. Я когда его увидела, то у меня был шок, как подруга надо мной ржала. Но спустя скандалы, угрозы и уговоры она разрешила немного облегчить Галине Степановной удобства. Бабуля наша уже пожилая и тяжело ночью идти через огород в туалет.

— Ладно, пойдем на твой маскарад, — недовольно ворчу.

— Ура! — подруга кидается меня обнимать и целовать, мы обе смеемся.

— Кстати, там будет Богдан Тарасов, — хитро смотрит на меня. — Он подходил, спрашивал о тебе.