Измаил поднес факел к паутине, и та моментально сгорела. Пластинки слюды упали на пол, как металлические хлопья.

Из тьмы донесся какой-то глухой звук. Держа факел перед собой, Измаил пошел вперед. Свет факела вырвал из темноты очертания очень большого помещения. Потолок был так высок, что терялся во тьме. Под ногами у Измаила был гладкий каменный пол.

Воздух был неподвижным, влажным и теплым. Однако в стенах не было заметно вентиляционных отверстий.

Отставшие люди подошли и сгрудились за ним. Еще четыре факела осветили внутренность помещений, загнав тьму в дальние углы. Но потолка не было видно и теперь…

Он услышал позади голос Намали:

— Говорят, что когда основатель Бурангаха привел сюда свой народ, он обнаружил, что здесь уже живут люди, вернее, жили. В стенах были вырублены пещеры, в которых жили странные животные. Прежние обитатели пещер либо вымерли, либо были убиты зверями. Герой Бурангах убил некоторых зверей, но многие оказались ему не под силу. Поэтому он завалил пещеры, а его народ вырубил в скале новые.

— В легенде есть доля истины, — сказал Измаил. — Но если звери в этих пещерах, то они, можно сказать, на свободе. Не может же паутина удержать их.

— Не знаю, — ответила Намали. — Может, паутина имеет какой-то запах, которого мы, люди, не ощущаем. Возможно и другое объяснение.

Их шепот, казалось, мечется в вечной ночи, как летучие мыши. Тишина и темнота пещеры как будто поглотили все: и свет, и звук Казалось, дай им волю, они поглотят и людей. Измаил поднял факел и шагнул вперед. Он знал, что слишком плохо знаком с этим миром. Хотя он многое видел и ко многому привык, наверняка было здесь еще много такого, чего он не знал и к чему не был готов, так как не понимал природы явлений.

Он шел вперед. Факелы были как горящие корабли, плывущие в ночи. Тьма отступала перед ними, но смыкалась за их спинами. И тишина, глухая тишина.

Через некоторое время Измаилу показалось, что темнота дышит. Казалось, что темнота сама живое существо, громадное животное, не имеющее определенной формы и существующее везде вокруг них.

Измаил оглянулся. Входное отверстие снова светилось. Паутина!

Она снова затянула отверстие!

Намали, тоже оглянувшаяся, ахнула.

Остальные тоже повернулись.

— Возможно, этот паук плетет паутину с огромной скоростью, — сказал Измаил. Он постарался сказать это со спокойствием и уверенностью, хотя не ощущал ни того, ни другого.

Он повернулся и снова пошел вперед. Главное — не удариться в панику и не броситься обратно. Может быть, тот, кто снова сплел паутину, только этого и ждет. В любом случае нужно идти только вперед.

Что-то просвистело возле его головы. Он отмахнулся от этого факелом. Что-то круглое, серое, с шестью короткими тонкими ногами и круглой головой с большим глазом и щелеобразной пастью, в которой сверкали длинные острые клыки, метнулось от него в темноту. Тело животного было величиной с человеческую голову. Что-то тонкое тянулось из его спины. Измаил понял, что это нить, шнур, другой конец которого тянется к потолку, невидимому в темноте. Это существо спрыгнуло на него сверху из темноты.

Он сказал:

— Пригнитесь и смотрите вверх!

Затем добавил, опустившись на колено:

— Не кричать, что бы ни произошло!

Может быть, эти существа были безвредными. Может, они просто играют роль сторожевых собак. Пугают пришельцев, чтобы те подняли крик и тем самым привлекли внимание людей.

Еще одно существо так внезапно выскочило из темноты, что защититься было невозможно. Оно схватило всеми шестью лапами голову матроса, стоящего рядом с Измаилом. Человек упал от толчка, и его копье загремело на каменном полу. Другой матрос всадил свое копье в зверя, и тот, раскинув ноги, упал с головы жертвы. Существо лежало на полу, дрыгая ногами.

Матрос уже не встал.

Измаил потряс его, затем приложил ухо к груди.

— Он умер, — сказал он.

На шее матроса виднелись три красные метки в тех местах, куда вцепились когти зверя.

Снова что-то серое вынырнуло из темноты. Матрос успел всадить в него копье. Существо вырвало копье из рук человека, но само упало на пол мертвым.

Еще тридцать секунд, и новое нападение. На этот раз существо пронеслось у них над головами и исчезло в темноте.

По способу нападений было ясно, что эти существа как будто свисают с потолка на нитях.

Измаил медленно сосчитал до двадцати, а затем приказал всем отскочить в сторону. И через десять секунд после этого маневра снова пролетело такое же зловещее существо. Оно пролетело ниже, чем в первый раз, но никого схватить ему не удалось из-за того, что все переместились.

Вероятно, их тут были тысячи, но все они делали нападение с интервалом в тридцать секунд.

Измаил швырнул факел высоко в воздух. Он летел, рассыпая искры и освещая только пустоту, пока не достиг максимальной точки подъема. И тут Измаил увидел какую-то серую массу, из которой тянулись нити. Потолка по-прежнему не было видно.

Измаил не смог разглядеть, но предположил, что нити крепятся к спинам круглых существ с шестью конечностями. Серая масса, которая вбирала в себя все эти нити, по-видимому, управляла длиной нитей и, следовательно, расстоянием полета.

Те существа, которых осветил факел, видимо, были парализованы его светом. Но когда снова погрузились в темноту, продолжили нападения. И каждый раз интервал составлял тридцать секунд.

Измаил тихо приказал команде бежать за ним и в точности повторять его движения: прыгать в сторону, останавливаться, падать на пол.

Отсчет он начал с пятнадцати, решив, что пятнадцать секунд ему хватило, чтобы дать указания. При счете тридцать он прыгнул к упавшему факелу и распластался на полу.

Серое шестиногое существо пролетело над ними и исчезло в темноте.

Измаил вскочил и, считая про себя, бросился бежать дальше. При счете тридцать сделал два больших прыжка влево и упал.

В следующий раз он ударил копьем вверх и промахнулся, лишь слегка задев существо. Измаил снова побежал вперед и увидел его. Существо ковыляло по полу на трех ногах. Остальные были переломаны. Один из матросов швырнул в него факел. Запахло горелым мясом, страшилище поджало под себя ноги и умерло. Или сделало вид, что умерло. Измаил решил не оставлять это на произвол судьбы и добил его копьем.

Все это время он не прекращал счета. Так он вел своих людей к выходу из огромной пещеры, который тоже был затянут светящейся паутиной. Измаил сжег паутину и выбрался из пещеры. Одно из существ сделало отчаянную попытку настичь их и, не рассчитав, ударилось о стену. Оно превратилось в лепешку, и зеленоватая слизь потекла по стене на пол. Измаил тихо, но повелительно приказал всем не терять даром времени.

В следующей пещере, казалось, не было ничего, кроме темноты. Во всяком случае, брошенный вверх факел не высветил ничего угрожающего. Но бдительность нельзя было терять: потолок все-таки скрывался в темноте.

Измаил бросил взгляд назад, где в темноте мерцала слабым светом паутина, затянувшая отверстие, через которое они вошли сюда. Она была похожа на светящееся окно в темной ночи. Измаил вдруг обнаружил, что не хватает одного из его людей.

— Где Памкамюм? — спросил он.

Остальные оглянулись, затем посмотрели друг на друга.

— Он только что был здесь, — сказал недоуменно Гунрайум.

— Он ведь нес факел, — сказал Измаил. — А теперь он у тебя. Как это случилось?

— Памкамюм попросил подержать факел, — сказал Гунрайум.

А теперь Памкамюм исчез.

Измаил и остальные, держась поближе друг к другу, вернулись к двери. Она снова была затянута паутиной.

Измаил повел отряд обратно, внимательно осматриваясь. Памкамюма нигде не было. Снова он бросил факел в воздух.

И не увидел ничего, кроме… Но Измаил не был уверен.

Он снова бросил факел изо всех сил, и на этот раз огонь выхватил из тьмы, бледно осветил что-то, похожее на две голые ступни.

— Слушай, — сказала Намали.