Измаил переоделся в черную одежду, выкрасил лицо черной краской. Через некоторое время к нему присоединилась и Намали, также переодетая и перекрашенная. Измаил отдал последние приказы Наваштри, своему первому помощнику, который должен будет командовать кораблем в его отсутствие. Затем Измаил и Намали сели в лодку, и с ними были еще шесть человек Каждый имел при себе длинный нож, сделанный из стебля растения, напоминавшего бамбук Пузыри были предварительно наполнены, чтобы обеспечить быстрый подъем лодки. На дне лодки лежало и другое оружие: короткие копья и луки со стрелами. Измаилу долго пришлось убеждать своих подданных, чтобы они сделали луки. Люди знали, как их делать, но очень давно отказались от них, не пользовались ими. Однако Измаил сумел уговорить их, сославшись на то, что этого хотят боги.

К этому времени Измаил уже пришел к выводу, что этих людей всегда следует убеждать именно так, ссылаясь на богов. Он поступал так, будто получал приказы от богов и просто передавал их людям. И люди подчинялись этим приказам. Возможно, это получалось потому, что люди сами хотели верить, что боги еще не окончательно покинули их.

Наконец настало время, когда лодка Измаила и пять других лодок начали подниматься вверх. Они поднимались со спущенными парусами, и вскоре над ними возникла каменная преграда — горный уступ. Каркри, который управлял маневрированием лодки Измаила, начал выпускать газ, чтобы замедлить подъем. На других лодках стали делать то же самое.

Эти люди родились в воздухе. Порции выпущенного газа они отмеряли почти автоматически, и лодки постепенно замедляли скорость подъема. И вот они поднялись до уступа. Люди легли на спину и, находясь под уступом, упираясь руками, стали медленно перемещать лодки к краю уступа.

Это была трудная работа, так как уступ был довольно широким. При этом они боялись порвать кожу, очень прочную, но тонкую.

Измаил слышал тяжелое дыхание людей на своей лодке. Справа и слева от него слышалось то же самое. Правая лодка находилась всего в шести футах от него, но в темноте Измаил видел лишь ее смутный силуэт.

Баргаяма, третий помощник, тихо воскликнул:

— Здесь какая-то дыра!

— Большая? — спросил Измаил. Он надеялся, что это отверстие одной из вентиляционных шахт.

— Довольно большая, но на ней деревянная решетка.

Измаил отдал приказ, и его лодка стала приближаться к этому отверстию. У него было два плана проникновения в город: один — это попасть в город сверху, и второй — проникнуть туда через вентиляционную шахту, если ее удастся найти в темноте и она будет достаточно большой, чтобы мог пролезть человек.

Намали говорила ему, что еще никто и никогда не попадал в город таким образом. Однако это не казалось невозможным. Тем более что и жители города думали об этом, так как все шахты были закрыты решетками и иногда возле них выставлялась охрана.

Когда его лодка подошла к отверстию шахты, Измаил схватился за решетку и потянул. Она не поддалась. Просунув руку между прутьями решетки, Измаил обнаружил, что она закреплена веревками. Другие концы веревок, скорее всего, закреплены на решетке, закрывающей выход из шахты. Возможно, если пытаться сорвать решетку, веревки приведут в действие механизм, включающий сирену.

Чтобы избежать этого, Измаил привязал к палке нож и перерезал веревки. Затем осторожно снял решетку и, зацепившись за веревку, спускающуюся из люка, полез вверх. Через некоторое время он решил, что удобнее лезть, упираясь руками и ногами в стенки хода. Подъем был довольно трудным, и он содрал бы кожу со спины, рук и ног, если бы на нем не было одежды из тонкой, но прочной кожи. Тем не менее, когда он добрался до верха, вся его одежда превратилась в лохмотья. Он задыхался и дрожал от напряжения. Возле верхней решетки Измаил подождал, пока у него не установится дыхание. Он прислушался: ничего опасного, только кровь стучала в висках.

Следующая решетка поддалась со страшным скрипом, который болезненно отозвался на его напряженных нервах. Он выждал немного, а затем высунул голову, ожидая удара каменным топором. Но никто не подстерегал его. Он осмотрелся. Пещера, вырубленная в камне. И в ней ничего, кроме нескольких ящиков в углу.

Измаил выбрался из люка и лег на пол, который слегка содрогался под ним. Выждав некоторое время, он поднялся, подошел к двери и выглянул. Никого. Тогда он вернулся клюку и сбросил веревку. Снизу дернули. Измаил сел возле люка, крепко держа веревку и упираясь ногами в камни. Вскоре из люка показалась Намали. Она помогла ему держать веревку, пока не выбрался Каркри.

Затем Каркри стал держать веревку, по которой взбирались другие воины.

Измаил взял небольшой факел, который находился в сумке Намали, зажег его и начал обследовать пещеру, в которую они попали. Он обнаружил несколько коридоров и лестниц, но решил не идти дальше, а подождать, пока соберется весь отряд.

Это был довольно медленный процесс. И когда наверх забрались все, внизу осталась лодка с тремя матросами. Они будут ждать три часа. Если к этому времени никто не вернется, лодка должна вернуться на «Рулангу», и тогда вступит в силу второй вариант плана.

Измаил повел отряд из пещеры наверх. Они шли по длинным коридорам.

Бурангах был выстроен так же, как Заларампатра. Вскоре они оказались там, где на стенах пещер были закреплены горящие факелы и в помещениях спали люди.

— Это рабы, — прошептала Намали.

Пещеры, где не было людей, были заполнены ящиками. Такие же ящики находились и в коридорах. Очевидно, их должны были занести в пещеры. Они шли дальше. Конечно, можно было бы перебить рабов, но при этом существовала вероятность, что кто-нибудь проснется и вскрикнет. К тому же рабы редко вступались за своих хозяев во время нападений.

Отряд быстро продвигался вперед: люди поняли, что этот город построен так же, как и их город, поэтому надеялись быстро найти ход в замок Они дошли до поворота, а дальше Измаил пошел с двумя воинами. Они шли без факелов, держа наготове ножи. Другие остались их ждать. Коридор, по которому шел Измаил, был темным. Он прошел по нему до конца и увидел лестницу, ведущую наверх. К нему подтянулись остальные из их отряда. Намали сказала, что ждала этого, так как в их городе то же самое.

— По этой лестнице можно войти в замок богов, но…

— Что «но»? — спросил Измаил.

— Много-много лет назад, когда не родились еще мои прапрадеды, один заларампатриец бежал из Бурангаха. Он рассказывал очень странные истории. Он говорил, что замок богов в Бурангахе охраняют не люди, а чудовища, которых не мог убить основатель Бурангаха. Поэтому он оставил чудовищ для охраны замка…

— Сейчас не время слушать сказки, — перебил ее Измаил, но когда он поднялся по лестнице, то понял, что их ждет что-то необычное.

Коридор, куда он попал, был ярко освещен, через каждые шесть футов в стенах коридора были установлены факелы. Конец коридора можно было видеть, и там в свете факелов что-то сверкало.

Измаил остановился у поворота. Холодный воздух коснулся его лица, как рука трупа. В нижней части стены коридора виднелось много отверстий диаметром дюймов шесть. Видимо, вентиляционные отверстия, подумал он.

Измаил собрался с духом и пошел вперед. Остальные шли за ним, готовые к бою. Они приближались к тому месту, где их мог встретить вооруженный враг. В конце коридора оказалось прямоугольное отверстие в семь футов высотой и в шесть шириной. Отверстие было затянуто паутиной, сверкающей в свете факелов, будто в паутине запутались пластинки слюды.

— Что это? — шепотом спросил Измаил.

— Не знаю, — ответила Намали.

Измаил взял из рук воина факел и подошел вплотную к паутине, стараясь заглянуть сквозь нее. Факел отбросил тени нитей паутины на пол, но за ними была кромешная тьма.

Измаил колебался. Паутина казалась такой непрочной, что было непонятно, зачем она здесь. Какую защитную роль она играет? Может, колебание паутины включит сигнал тревоги или привлечет поджидающего хищника? Но долго стоять здесь было бессмысленно. А если люди заметят его нерешительность, они потеряют веру в него, а ведь только она привела их сюда.