4. Ищем возможности/пути для замыкания геостратегической триады — что присоединить, отобрать, создать, с кем вступить в союз. Выбираем вариант, что идет максимально поверх всех сценариев.

5. Описываем и смотрим игровыми методами/моделированием перспективы стратегии в условиях активного противодействия противников и реализации их собственных стратегий.

Разберем диагностику на примере Европы:

■ военные силы слабы, зависимы и полностью под зонтиком НАТО, т. е. США, кто не верит — поднимите несколько рейтингов армий, но чтобы критерием были не финансовые вливания, а то армия Южной Кореи окажется раз в 7 сильнее армии КНДР;

■ экономика — сильная, но с большим количеством системных противоречий, да в преддверии обвала...;

■ идеология/проектность отсутствует, идеи мультикультурализма мертвы, ничего другого нет.

Каковы перспективы, т. е. каков уровень пассионарности, чтобы дать энергии этому проекту? Да практически нулевой (как было в Римской империи — римляне не хотят служить, римлянки не хотят рожать), к тому же проблемы с химерными этно- и социокультурными структурами, что не создают новых смыслов. И как из этого собрать геополитического игрока? Через какую кровь и боль надо провести это болото, чтобы в нем что-нибудь завелось разумного, доброго, вечного? А каковы шансы у этой телеги, что ее не разломают конкуренты?

Вот и получается сложная многоходовая конструкция, в которой выигрыш, как и риски, на каждом следующем шаге растут, вот только база для выигрыша изначально мала. Но другого варианта, кроме Чуда, нет.

Таким образом, предлагаемый алгоритм разработки стратегий потенциальных геостратегических игроков позволяет оценить перспективы, но не гарантирует наличие выигрышных стратегий. На примере современной Европы хорошо видно.

12.2. Поле психоисторических смыслов

Если ресурсы для войны Афины и Ареса понятны, то как быть с войной Аполлона, ведь в наступающем историческом периоде основной фронт борьбы будет идти именно на поле смыслов и психоистории?

В основу классификации положим две оси: «консервативный — либеральный», «правый — левый» (рис. 27). Также необходимо добавить третью ось: «национальный — региональный — глобальный», т. е. насколько предлагаемая проектом идеология допустима/привлекательна для всего мира (обычных людей и элит), а не только конкретного народа или большого региона. Так, ислам предлагает идею справедливости, но только для мусульман. Точнее, декларируется, конечно, для всех, но важно не то, как это декларируется, а как это воспринимается остальным миром. Можно сколько угодно рассказывать о китайском предложении общей судьбы, но пока большинство окрестных стран будет воспринимать это исключительно как исполнение мещанских мечтаний рядовых китайцев и обещания крошек со стола окрестным варварам (если последние, конечно, признают Поднебесную центром мира), ситуация не изменится. Вы всерьез думаете, что те же исламские народы пойдут на такое с открытым сердцем и не попробуют своего благодетеля ограбить и убить при первой же возможности?

Ниже представлена диаграмма предполагаемых психоисторических смыслов геополитических проектов, где размер шара показывает значение по шкале «национальный — региональный — глобальный». Чем больше шар, тем выше потенциальное принятие миром смыслов и идей. В основе значений авторские оценки, и, понятное дело, они субъективны.

Более темным цветом выделены шары, соответствующие сценариям/стратегиям развития России (рис. 27).

Автор сознательно сделал шкалу «правый-левый» вертикальной, поскольку в русском языке «правый» также употребляется в значении правильный, что несколько искажает восприятие.

Геополитический игрок должен быть региональным, а лучше глобальным проектом, иначе есть высокий шанс попадания в идеологическую зависимость — именно в этом важнейший риск стратегии России «Третий Рим», так как в роли регионального проекта будет выступать православно-католический проект, что с большой долей вероятности повлечет поглощение этого варианта будущего России при участии Ватикана и гвельфских элит^[46].

Таким образом, поле психоисторических смыслов характеризуется делением по шкалам «левый — правый», «либеральный — консервативный» и уровнем проектности.

В то же время нельзя всё сводить к психоисторическим смыслам, в частности идеологии — под них нужно еще собрать вооруженные силы и экономику. Идеология возрождения СССР очень сильна, а сможем ли мы собрать под нее сильную экономику? Хороший вопрос.

12.3. Процесс стратегирования

Под национальными стратегиями будем подразумевать стратегии отдельных геополитических проектов и панрегионов.

Рассмотрим общий принцип создания/сборки национальных стратегий. Он включает движение по трем уровням — изменения внутри базовой этнической системы, ядра будущего панрегиона, формирование панрегиона и противостояние другим панрегионам. Для потенциальных панрегионов в следующих частях книги описаны действия для всех трех уровней, степень детализации определялась значимостью и нетривиальностью конкретных действий, этапов и шагов.

Рассмотрим на примере России основные факторы, лежащие в основе национальной стратегии (рис. 44).

В качестве субъекта выступает Россия («Русский мир»), который собирает панрегион и определяет его цели, направления движения и действия. Определяющим для стратегии является прогноз для общего развития мира, т. е. при сохранении глобального мира никакие разговоры про создание отдельного панрегиона (в частности, импортозамещение) не имеют смысла и перспектив. Важным фактором является уникальность России в рамках мира, мы должны четко понимать, почему мы будем лучшими при реализации именно такого пути в будущее.

Далее необходимо понимание целей, как минимальных — сохранить свою идентичность и не раствориться среди других, так и максимальную — построить глобальный мир в соответствии со своими представлениями о правильности (глобальный проект). После определяется текущее положение России и потенциального панрегиона, целевого положения (переход в стадию геостратегического игрока) и необходимых для ликвидации разрыва ресурсов.

Собственно, сборка национальной стратегии происходит исходя из всего вышеназванного, существующих методик и стратегий панрегионов, обладающих стратегической инициативой. После разработки стратегий панрегионов необходимо провести корректировку на предмет противодействия с другими. Таких итераций может быть много.

Таким образом, исходя из наличия стратегической инициативы, первой рассматривается стратегия США, а поскольку Россия не владеет стратегической инициативой и интересует нас намного сильнее всех остальных, ее рассмотрение имеет смысл вести после понимания возможных направлений и целей других.

12.4. Резюме

Для того чтобы быть субъектом в мировой политике и полноправным участником обсуждения важнейших вопросов (геостратегическим игроком), этнической системе (этносу, народу, нации, суперэтносу) необходимо иметь ресурсы для ведения всех типов войн — Ареса (армию), Афины (экономику) и Аполлона (психоисторические смыслы, идеологию). Поскольку большинство потенциальных игроков находится в процессе осознания необходимости субъектности, но еще недостаточно сделало существенного в этом направлении, ситуация более чем интересная.

Существующий переходный период от однополярного мира к миру панрегионов будет коротким, и все желающие включиться в очередную «Большую игру» должны к ней подготовиться.

Именно на описание такой подготовки и первых шагов в качестве субъекта, а не объекта, и будут посвящены стратегии отдельных проектов и регионов (национальные стратегии). Понятно, что далеко не все потенциальные кандидаты смогут перейти в статус реальных геополитических игроков, неудачников будут даже звать поприсутствовать, как было с Россией в девяностые и нулевые годы, но реально принимать решения они не будут.