Переход основного центра мировой геополитической борьбы в Тихоокеанский регион к 2040 г. превратит Старый континент в далекое и малоинтересное захолустье. Восточная Европа при любых раскладах будет рассматриваться в качестве нестратегической окраины, некоренной территории, которую со временем, возможно, придется оставить. Данная логика скажется и на приоритетах политики России:

■ ключевой ресурс — этнически и культурно близкое население, пригодное для интеграции в империю;

■ уровень развития и жизни в регионе должен быть ниже, чем в России (после деиндустриализации, проведенной ЕС, и исчезновения дотируемой постиндустриальной экономики услуг даже делать для этого ничего не придется);

■ поощрение переезда в метрополию энергичных, молодых и пассионарных;

■ культурная автономия и национальные интересы не должны формировать антироссийскую повестку;

■ мечты о национальной независимости должны быть под контролем старого принципа divide et impera^[102] — если Россия решит уйти, то лишь сама, не допуская ни малейших надежд на то, что ее к этому можно принудить;

■ межнациональные конфликты и разборки не должны выходить за пределы региона.

Для этих целей органичным стало бы формирование на европейском пространстве единого экономического и политического региона, численностью в 45 млн человек, с передачей одному из народов функции надсмотрщика и/или «любимой жены». Лучше всех с этим справятся венгры — у них еще сохранились остатки имперского духа, т. е. политика овенге-ривания будет проводиться «в меру». Далее всё зависит от политики России: в пределах 2045 г., скорее всего, произойдет интеграция обсуждаемых стран в окраинные губернии, границы которых не будут совпадать с современными государственными.

Если Россия не пойдет спасать Европу, то континент ждут тяжелые времена с сильной дефрагментацией, разрушением государств, падением уровня жизни более чем на 50%, восстанием неоварваров и множеством других чудес. Наилучшие позиции в Восточной Европе будут у Венгрии и Польши — они достаточно монолитны и потому смогут быстрее прийти в себя, возродить амбиции, готовность воевать и даже в период неразберихи смогут включить в свои зоны контроля окрестные земли. Большого и светлого будущего у данных образований не будет, центр геополитики к 2040 г. переместится на Тихий океан, но всё же это много лучше, чем Дикое поле.

В случае реализации сценария Континентальных элит Европы «Четвертый Рим», Россия отказывается от европейского будущего, и центром консолидации становится Вена, субъектом процессов станут старые гвельфские элиты и Ватикан. Это будет проект национального социализма, много мягче Третьего Рейха, но всё же. Все коренные европейские народы (германцы, славяне, венгры и т. д.) будут считаться хорошими, а приезжие негры, арабы и турки будут выселены как нежелающие интегрироваться и работать. Современное национально-территориальное деление в целом сохранится, правда национальные элиты будут приведены к покорности Ватикану и/или зачищены.

Таким образом, будущее Венгрии, Чехии, Словакии и Румынии может пойти по трем основным сценариям: протекторат России в рамках единого генерал-губернаторства (текущая вероятность около 45%), вступление в новую европейскую конфедерацию под окормление континентальных элит Европы и Ватикана (около 20%) и попадание в Темные века с сохранением Венгрии и Польши в качестве национальных государств и утратой статуса остальными (около 30%). На прочие чудесные сценарии в сумме остается не более 5%.

При первом варианте регион будет административно разделен на отдельные районы / исторические провинции без национальных принципов деления и с единой столицей — Будапештом. В рамках отдельного района будет поддерживаться культурная автономия доминирующего народа при обязательном уважении остальных.

При реализации стратегии России «Третий Рим» или стратегии Континентальных элит Европы «Четвертый Рим» общий уровень развития/бедности региона будет примерно одинаков. В первом варианте лучше всего было бы оказаться в Будапеште, во втором — в любой из современных столиц.

При реализации сценария «Темные века» лучше всего будет жить в Венгрии или Польше, поближе к столицам.

58.4. Стратегия Польши

Ранее была подробно описана непростая ситуация и геостратегический тупик поляков в современном мире: они плотно окружены тремя центрами силы (Россия, Германия, Континентальные элиты Европы), не имеют собственной зоны экспансии и привыкли быть агентами влияния внешних сил. В ближайшие десятилетия всё, что полякам остается — ждать и надеяться, что завяжется борьба на более высоком уровне ив битве за Европу найдутся внешние силы, которым они опять предложат свои услуги.

Венгры, в силу пусть и слабого, но все же имперского духа, готовы договариваться и взаимодействовать со многими, поляки — только с внешними силами.

В настоящее время элиты и народ Польши разделились практически поровну: одни ориентированы на промышленные элиты США, вторые — на Фининтерн.

От любой из сторон Польша будет требовать зону контроля и интегрируемые территории, в порядке приоритета это:

■ Восточные кресы (Галиция и Западная Белоруссия);

■ Литва и Латвия;

■ Калининградская область;

■ Чехия и Словакия;

■ Малороссия и Одесса;

■ Восточная Германия.

Логика запросов состоит в полном соответствии с представлением державы суши. Будет ли Россия готова к такому? Теоретически, она согласится отдать две, максимум четыре области Галиции по принципу: «На тебе, Боже, что нам негоже». Континентальные элиты Европы готовы отдать Прибалтику и всё, что можно взять восточнее. А Германия в ближайшие годы игроком не является.

В краткосрочной перспективе (до Новой Ялты и немного после) внешние силы будут поддерживать Польшу против всех соседей, чем та и будет козырять. Ценой такой политики станет утрата перспектив в среднесрочной перспективе, когда оформится конфигурация будущего континента.

В ближайшие несколько лет перед Польшей откроются следующие варианты будущего:

■ протекторат России (в рамках стратегии «Третий Рим»);

■ Большая Польша в окружении Дикого поля (Россия не идет в Европу);

■ контрядро, часть Континентальной Европы (в рамках «Четвертого Рима»).

Самым неприятным сценарием для Польши — но пока наиболее вероятным — станет попадание в зависимость от России одновременно с Германией. В этом случае для укрепления контроля России будет логичным выстраивание отдельной политики в отношении каждой из немецких земель. Россия просто не сможет интегрировать и навести порядок на полной территории Германии. По факту это приведет к разделению Германии на три региона: ГДР, католический юг и всё остальное. А что может быть лучше взаимной и постоянной любви онемеченных славян (восточных немцев) и поляков? Единый польсковосточногерманский протекторат может стать форменным издевательством. Особенно если координация и управление парой десятков регионов будет идти через Калининград.

В случае погружения Европы в сценарий «Темные века» Польша вместе с Венгрией станут островками стабильности, о чем писалось выше. С точки зрения поляков, в катастрофическом для Европы сценарии ничего страшного не будет, если только они успеют возродить армию и прибрать к рукам окрестные земли, «защищая их от хаоса».

В состав проекта Континентальных элит Европы («Четвертый Рим») Польша, конечно, будет включена, но из-за всей предыдущей политики ее будут удерживать на расстоянии в ожидании подвоха и постоянных неприятностей. И кто бы сомневался, что Польша не подведет...

Но всё это — разговор о ближайших двадцати годах, а далее нас ждет шестой технологический уклад и перенос основного театра мировой политики из Северной Атлантики в Тихоокеанский регион. Внешние силы перестанут интересоваться Восточной Европой, и тут Польша останется один на один с историческими противниками. Если понимания и осознания этого не произойдет, то в 2040-х гг. Польша рискует окончательно исчезнуть с политической карты мира.