Можно ли рассчитывать на большее? Только в рамках чудесного сценария, т. е. вероятность меньше 2%, такие варианты традиционно оставляем за пределами нашего рассмотрения.

Таким образом, у Черного континента есть не более 20-25 лет для обретения хотя бы минимальной субъектности, когда внешним игрокам не будет до нее никакого дела, а потом ситуация изменится. Однако для противостояния внешним игрокам не будет даже теоретических шансов.

55.2. Стратегия «Пятилетка за два года»

Суть данной стратегии — повторение пути СССР в XX в. в рамках парадигмы догоняющего/повторя-ющегося развития, используя имеющийся исторический опыт, открытые технологии, научные и социальные знания. Слабый элемент этого построения, делающий его маловероятным — потребность в сильной, субъектной правящей группе. Надо найти местного И. В. Сталина, Л. П. Берию, Ф. Э. Дзержинского и т. д., дать им власть и свободу действий, разогнать существующие государственные структуры, сформировать новые и единые... Значит ли это, что можно расслабиться и ничего не делать? Нет, по данному пути можно и нужно двигаться, ведь даже неполные результаты пойдут на пользу Черной Африке.

Описывать детали стратегии нет смысла. Покажем целевое, итоговое положение, к которому надо идти. И, да, за 20-25 лет нужно пройти практически весь индустриальный и социальный путь Советского Союза.

Рассмотрим, каков должен быть контур будущего. Первый вопрос — границы данной территории. Если очень грубо, границы будущего региона — всё, что ниже экватора и непосредственно сам экватор. В этом регионе есть два явных потенциальных, исторических центра сборки — Ангола и ЮАР (бывшая переселенческая Капская колония). Принимая во внимание отсутствие единых смыслов, родоплеменную структуру, разрозненную экономику, отсутствие национальных элит и т. д. в регионе, для балансировки интересов и избегания перекосов, логичным будет формирование трех разноплановых центров сил. У региона будет три «столицы»/центра — военная, экономическая, культурно-психоисторическая.

Государства Гвинейского залива окажутся вне зоны активного формирования, уж больно глубока там дефрагментация, много разломов и проблем. Их будущее как борьба с ползучей экспансией Исламского мира было описано в рамках Протестантского проекта.

В качестве военного центра, ядра будущих вооруженных сил (война Ареса) — Ангола, в качестве торгово-экономического центра (война Афины) — ЮАР с ее остатками индустрии и потомками буров. С психоисторическим центром проблема (война Аполлона) — нет общих смыслов от слова совсем, нет национального самосознания (племена и народности вместо наций), нет доминирующей региональной системы (смесь христианских, псевдо-христианских и местных традиций крайне мозаична), а до принятия глобальной идеологии у абсолютного большинства населения просто не хватает фундамента.

Вопрос формирования единых психоисторических смыслов нужно изучать детально и внимательно, с большей вероятностью речь будет идти о левых смыслах (общественное выше частного) с сильным влиянием трайбализма (тут важно изучить и осмыслить опыт М. Каддафи), а будут ли это консервативные (И. В. Сталин) или либеральные ценности (В. И. Ленин, Л. Д. Троцкий), и тем более их наполнение, вопрос отдельный и очень трудоемкий. Ответ на этот вопрос требует очень глубокого погружения в культуру и местную специфику, фактически нужно, чтобы данный регион стал родным.

Отдельно нужно сказать про национализм, ранее автор показывал его негативное влияние на собственную нацию. Попытка построения национальных проектов в Африке приведет лишь к еще большей деградации, упрощению и утрате интеллектуального потенциала населения (благо примеров на континенте полно). Любые попытки поднять флаг национализма / черного расизма должны пресекаться крайне жестко.

Экономика региона пойдет или по пути анархии и разрушения существующей инфраструктуры и систем власти (инерционный сценарий), или путем крайне жесткой концентрации капиталов и ресурсов для индустриализации.

Для детального развития Черной Африки необходимо формирование новой практической экономической теории, не нужно пытаться использовать классический марксизм и принципы протестантской трудовой этики. Менталитет местного населения «несколько» отличается от «эталонов», не так ли?

Для разработки экономической программы необходимо создание научного центра, сбор нескольких сильных политэкономистов. 2-3 года на это еще есть. Данная работа будет не созданием нового, а распаковкой уже существующего — благо примеры и аналоги в истории были.

Важнейший фактором для успеха всей деятельности будет жесткая система управления, талантливый экономист-практик с командой... Поднять местами неолитическую экономику за 20-25 лет до уровня четвертого технологического уклада — задача архисложная. Перескочить сразу в шестой — даже не будем разбирать.

К сожалению, общий уровень жизни не позволяет рассматривать такие опции как приглашение к себе ученых из других частей мира, серьезно обсуждать поднятие собственного уровня науки также не имеет смысла. Для минимальной игры на перспективу необходимо вводить единую/унифицированную систему образования на всей территории хотя бы за восьмилетку.

Основной среднесрочный риск Черной Африки — трансиндустриальная революция в мире, в результате которой будет уничтожено всё производство в периферийных странах. Акцент нужно делать на развитие инфраструктурной связанности и энергетики региона, так как добрая часть остального производства будет разрушена к 2050 г., так как защитить себя от внешней экспансии не получится. Вопрос лишь в том, кому, как быстро и на каких условиях будут сданы позиции.

Таким образом, у Черной Африки есть 20-25 лет на объединение и догоняющее развитие. Вероятность реализации данной стратегии не очень большая, но идти по этому пути нужно, так как даже промежуточный итог будет лучше, чем инерционный сценарий — «дикое поле».

Максимум, на который может претендовать Черная Африка по итогам этого пути — современная недо-Индия, т. е. региональный игрок, в первую очередь за счет демографического статуса, не оказывающего реального влияния на мировые процессы. Да и то это практически недостижимый идеал и не более.

Последствия трансиндустриальной революции в мире практически полностью обесценят все героические достижения и результаты этой стратегии.

В общем, движение есть, а результата нет, но, несмотря на это, есть другой, более интересный и долгосрочный вариант, игра вдолгую, и именно его мы и рассмотрим далее.

55.3. Стратегия «С нами Бог!»

Одной из ключевых проблем Черной Африки является отсутствие национальной или имперской элиты, что является прямым следствием колониального прошлого, неестественности границ и отсутствия собственно наций. В лучшем случае элиты африканских стран родоплеменные, т. е. ненациональные по своей сути, а в большинстве компрадорские. Исходя из геостратегической матрицы реализация не то, что более сильных, а даже актуальных стратегий крайне затруднена.

Неудивительно, что изначально слабые и неконкурентоспособные элиты раз за разом закапывали перспективы стран Африки всё глубже и глубже. Особенно хорошо это видно на примере ЮАР, когда резкое изменение структуры и качества элиты привело к общему падению влияния и мощи страны, превратив одну из ядерных и независимых стран в то, что есть сейчас.

И, да, речь не идет о цвете кожи, речь идет именно о качестве элиты, призыве в ее состав неготовых к этому людей. У каждого народа/расы за долгие века/ тысячелетия складываются свои предрасположенности и слабости. Формирование единой нации, охватывающей весь юг Африки — главная стратегическая долгосрочная задача, всё остальное вторично, демография является долгосрочным сильным козырем.