Одной стороной противостояния будет доиндус-триальный ислам с традиционной системой отношений, а с другой стороны встанут прорывающиеся в капитализм африканские «государства». Если развитые страны (США, Европа и др.) ждет технологический и социальный откат на несколько десятилетий, то заброшенную всеми черную Африку ждет возврат в эпоху первых технологических революций и период первичного накопления капиталов.
На базе крупных городов будут формироваться колониальные недогосударства, что будут захватывать и разграблять соседние территории. Местные вожди перестанут соблюдать даже минимальные нормы права, а внешним игрокам будет не до живущих в XVII-XVII вв. дикарей. Отдельные, тщательно охраняемые анклавы со стратегическими месторождениями да порты — это основные объекты, достойные внимания и защиты геополитических игроков, до всего остального будет в разы меньше дел, чем даже в наши дни.
В этих условиях смесь протестантских, католических и языческих смыслов станет актуальной и обретет шансы в борьбе с исламом. Если бы Африку не трогали лет сто, то там смогла бы институциализироваться и набрать силу новая ветвь христианства (условный вуду-католицизм), но этого времени не будет.
Может ли Африка провалиться еще дальше в глубину веков или наоборот, самостоятельно построить развитое индустриальное общество? Нет ответа на оба вопроса. Информация, технологии, культура экономических отношений достаточно распространились в мире, чтобы не дать деградировать в железный век, да и контакты сохранятся, а для собственной цивилизации нет ни ресурсов, ни образования, ни времени, ни традиций. Ничего нет.
Таким образом, на ближайшие 30-40 лет Африка превратится в поле битвы двух устаревших социально-экономических формаций: суннитского ислама, стремящегося в Халифат, и капиталистической экономики XVII-XVII вв. построенной на смеси протестантизма, католицизма и местных негритянских традиционных верований.
В 2050-2060 гг. на материк вернутся очередные колонизаторы, центры триполярного мира или победивший проект. Начнется новый этап привнесения красивого, доброго и вечного для местного населения.
54.3. Резюме
Отсутствие субъектности / единой проектной элиты, отмирание экономических отношений, построенных на принципах ссудного процента, и роботизация, уничтожающая базу для протестантской этики, обнуляют перспективы Протестантского проекта.
Необладающие значимостью и весом гиббелинст-кие элиты Северной Европы не смогли сохранить свою значимость, уступив место более приспособленным к использованию ссудного процента евреям и выходцам из Венеции.
Для геополитических игроков с большим протестантским населением (США и Британия) проектные смыслы будут продолжать дрейфовать в сторону иудохристианского мира. Единственным местом на карте, где Протестантский проект будет проявляться в ближайшие десятилетия, будет Африка. Схватка недоХалифата и черных колониальных «карго-государств» за контроль над ресурсами, людьми и территориями станет карикатурным, сжатым по времени и локальным повторением истории XVII-XVII вв. Однако практически вся Африка, за исключением нескольких чужих анклавов, станет таким чудом.
55. Черная Африка
Контуры будущего Черной Африки (территории южнее Сахары, населенные преимущественно представителями негроидной расы) определяются внешними условиями, здесь не идет речь о субъектности в рамках мира, но уныние и отсутствие воли к победе — одни из главных грехов геостратегии, не будем им поддаваться.
Для понимания степени дефрагментации Черного континента автор рекомендует всем познакомиться с этнической картой Африки, с ее множеством племенных союзов и языков, изучить религиозное многообразие и содержание эклектических верований этой части света. В основе самоидентификации населения до сих пор лежат племенные союзы, территории которых не совпадают с границами государств, а площадь континента южнее экватора сопоставима с площадью России.
В рамках инерционного сценария будущее Черного континента простое и незамысловатое — полная деградация остатков государственности, системы управления, инфраструктуры, экономики и культуры. А в 2050-2060 гг. на континент придут колонизаторы, и начнется Большая игра за Африку.
Вариантов обретения субъектности у данной части мира в ближайшие несколько поколений нет (рис. 161). Можно ждать формирования Леволиберального глобального проекта на базе Латинской Америке (стратегия «Леволиберальный глобализм»), к которому Африка просто присоединится, можно пытаться повторить путь догоняющего развития СССР (стратегия «Пятилетка за два года»), а можно сыграть вдолгую, попробовать сформировать единую нацию и национальную/имперскую элиту (стратегия «С нами Бог!»).
В случае сохранения праволиберального глобального мира у Черной Африки был единственный сильный козырь — демография (стратегия «Демографический взрыв»). Местные народы и племена позже всех в мире перейдут к городскому образу жизни и дольше остальных буду сохранять высокие показатели по фертильности и количеству детей. Итогом бы стал рост доли представителей негроидной расы в едином человечестве, правда при этом большая часть коренных психоисторических смыслов была бы утеряна.
Но именно в последнем и заключается шанс Черной Африки на будущее, ведь в ином случае остается лишь «дикое поле» да риск рукотворных, генетически запрограммированных эпидемий. В седьмом технологическом укладе (начало в 2055-2060 гг.) мир столкнется с биотехом и биогенетическим оружием.
55.1. Мировые сценарии
В ближайшие годы Африку ждет жесткий передел и изменение границ — исчезновение внешних, общемировых правил развяжет руки наиболее сильным и пассионарным местным акторам. Между 2020 и 2040 гг. в мире будет происходить распад глобальной, построенной на праволиберальных принципах системы и становление мира панрегионов. Черная Африка на эти годы станет никому не нужной, для нее просто не будет ресурсов и сил. Разрешение глобальных цепочек и общее падение объемов мировой ___W
экономики около 50% приведет к обрушению значительной части существующего экспорта ресурсов. Как следствие, произойдет и падение импорта, что еще более архаизирует и упростит экономику африканских стран, снизит уровень жизни населения.
Голод, социальные потрясения, геноциды, эпидемии (проблемы с лекарствами, ВИЧ), право «сильного», доминирование войны Ареса (вооруженные силы) станут трендами ближайших лет.
В 2040-2060 гг. в мире развернется борьба между сформировавшимися панрегионами. В результате чего мы выйдем или на новую попытку глобализации на иных принципах, или получим устойчивый триполярный мир. В этот период большие игроки обратят свой взор на Африку. От местных же зависит, будет ли здесь дикое поле (инерционный сценарий), колонизация которого начнется в районе 2050 гг. или некий субъект, который сможет претендовать на позицию вассала или даже младшего партнера большого игрока.
В отношении внешних союзников/сеньоров вопрос непростой, общее правило — ни в коем случае не становиться младшим партнером слабого геополитического игрока, как то Исламский мир, Индия и др.
В идеале можно постараться стать не просто младшим партнером, а реализовать многовекторную политику, играя на интересах разных панрегионов. Для этого нужно быть всего на одну-полторы ступени слабее ключевых игроков, т. е. иметь экономику четвертого (индустриального) с элементами пятого (постиндустриального) технологических укладов, вооруженные силы (ядерное оружие, региональные силы), способные дорого продать себя, и собственная концептуальность / психоисторические смыслы, не позволяющие сдаться противникам.
