— Договорились, — улыбнулась Маргарет. — Встретимся после обеда и сверим планы.

По пути к малому залу Элиана заметила группу детей, играющих у кухни. Самый маленький, лет пяти, пытался помочь матери‑уборщице подметать пол, но только путался под ногами.

— Мама, я тоже хочу работать! — настаивал он.

— Подожди, Томми, — вздохнула женщина. — Сначала вырасти, научись чему‑нибудь.

Элиана присела перед мальчиком на корточки:

— А хочешь научиться считать и писать? Тогда сможешь помогать маме по‑настоящему. У нас будет школа, и ты сможешь туда ходить.

Глаза ребёнка загорелись:

— Правда? Я буду учиться, как взрослые?

— Конечно. Приходи завтра утром к восточному крылу — я всё расскажу.

Женщина улыбнулась:

— Вы и правда это сделаете? Для наших детей?

— Обязательно, — заверила Элиана. — Это только начало.

***

К полудню в малом зале собрались почти все родители учеников. Кто‑то пришёл с детьми, кто‑то один — но все с горящими глазами, полные надежд.

Элиана встала у камина, чтобы её было хорошо видно:

— Благодарю, что пришли. Мы с милордом Виктором решили расширить школу. В восточном крыле освобождают три комнаты — там будут классы. Но нам нужно понять, сколько детей мы сможем принять и как лучше организовать занятия.

Старший конюх поднял руку:

— У меня трое сыновей. Старший уже работает в конюшне, но двое младших с радостью пойдут учиться. Особенно если будут уроки по уходу за лошадьми.

— Включим, — записала Элиана. — Основы коневодства для старших групп.

Прачка, та самая женщина с узелком, улыбнулась:

— А у меня две дочки. Они помогают мне стирать и гладить, но я хочу, чтобы они умели считать и писать — вдруг когда‑нибудь смогут вести учёт белья?

— Конечно, — кивнула Элиана. — Девочки будут учиться всему наравне с мальчиками. Чтение, письмо, арифметика, основы ремёсел — всё это пригодится в жизни замка.

Одна из матерей, молодая горничная, робко спросила:

— А если ребёнок не может ходить каждый день? У нас в семье четверо детей, и младшие требуют присмотра…

— Разделим занятия на две смены, — предложила Элиана. — Младшие утром, старшие после обеда. Так и родители смогут приходить на уроки, если захотят. Мы хотим, чтобы школа была частью нашей жизни, а не чем‑то отдельным.

Родители закивали, переглядываясь с одобрением.

— Ещё, — продолжила Элиана, — мы хотим ввести систему наставничества. Те, кто уже умеет читать, будут помогать младшим. Так знания передадутся быстрее, а старшие почувствуют ответственность.

— Хорошая мысль, — поддержал старший конюх. — И пусть старшие помогают с уборкой классов — так они научатся беречь то, что создано для них.

— Запишу, — улыбнулась Элиана. — Значит, план такой: три класса в восточном крыле, две смены, наставничество, практические уроки. Завтра начнём ремонт, а через две недели — первые занятия.

Кузнец, сидевший в дальнем углу, встал:

— Я могу выделить двух своих подмастерьев на помощь с ремонтом. Они умеют работать с деревом — сделают парты и шкафы.

— Превосходно, — кивнула Элиана. — А ещё нам нужны столы для практических занятий. Может, вы поможете их сконструировать?

— Сделаем, — уверенно ответил кузнец. — И даже украсим резьбой — пусть дети с малых лет привыкают к красоте.

— А мы принесём ткани для занавесок, — добавила прачка. — Пусть в классах будет уютно.

— И я могу научить девочек вышивать буквы на ткани, — предложила пожилая швея. — Так они быстрее запомнят алфавит.

— Превосходно! — обрадовалась Элиана, делая новую запись. — Каждый внесёт свой вклад.

В дверях появилась Марта, учительница арифметики:

— Я подготовила несколько задач для первых уроков, — сказала она. — Простые примеры, связанные с работой в замке: подсчёт мешков с зерном, распределение корма для животных. Дети сразу увидят, как математика помогает в жизни.

— Отлично, — улыбнулась Элиана. — Практические примеры — это именно то, что нужно.

Маргарет, стоявшая у двери, с гордостью смотрела на Элиану. Девушка не просто организовала школу — она объединила людей вокруг общей цели.

Когда собрание закончилось, и родители разошлись по своим делам, Маргарет подошла к Элиане:

— Ты справилась блестяще. Видела, как они загорелись? Теперь школа — это не просто идея, а часть замка.

— Благодаря всем нам, — поправила Элиана. — Я лишь начала, а они вдохнули в это жизнь.

— Именно так и меняется мир, — тихо сказала Маргарет. — Не приказами, а общими усилиями.

В коридоре послышались шаги, и вошёл Виктор.

Он окинул взглядом довольных слуг, уходящих из зала, затем улыбнулся Элиане:

— Вижу, дела идут в гору.

— Лучше, чем я ожидала, — призналась она. — Люди сами предлагают помощь. Кузнец сделает парты, прачка — занавески, старший конюх поможет с расписанием.

— Это и есть настоящее управление, — кивнул Виктор. — Не просто отдавать приказы, а вдохновлять. Ты показала им, что школа — это их дело, а не моё.

В этот момент из‑за поворота коридора донёсся насмешливый голос:

— Какое трогательное единение, — произнесла леди Изабелла, появляясь в дверях. Она остановилась на пороге, скрестив руки на груди, и медленно обвела взглядом собравшихся. Её шёлковое платье шуршало при каждом шаге, а в глазах сверкала холодная ирония. В правой руке она держала веер из павлиньих перьев, которым нервно постукивала по запястью. На шее сверкало жемчужное ожерелье — подарок Виктора, который она демонстративно поправила, словно напоминая всем о своём положении. — Неужели вы всерьёз верите, что эти грязные детишки когда‑нибудь станут чем‑то большим, чем слуги?

Элиана выпрямилась, стараясь сохранить спокойствие:

— Они станут грамотными помощниками замка, леди Изабелла. И это сделает жизнь всех нас лучше.

— Грамотными? — Изабелла рассмеялась резким, звенящим смехом, от которого по спине пробежал неприятный холодок. — Да они и ложку держать не умеют как следует! А ты учишь их читать? Смешно! — Она сделала шаг вперёд, приблизившись почти вплотную к Элиане, и понизила голос: — Знаешь, что будет через месяц? Они забросят твои уроки, вернутся к грязной работе, а ты останешься с пустыми обещаниями и разбитыми надеждами.

Маргарет шагнула вперёд, но прежде чем она успела что‑либо сказать, рядом с Элианой оказался сир Гарольд. Он стоял прямо, с привычной сдержанностью, но в его взгляде читалась твёрдая решимость.

— Леди, ваш титул не даёт права унижать тех, кто слабее, — произнёс он ровным, но твёрдым голосом. — Лорд этого не одобрит.

Изабелла резко повернулась к нему, её губы искривились в презрительной усмешке:

— Гарольд? Ты тоже поддался её чарам? Эта девчонка одурманила вас всех своими сказками о школе!

— Мои слова — не о чарах, а о достоинстве, — спокойно ответил рыцарь. — Каждый ребёнок заслуживает шанса научиться чему‑то новому. И каждый взрослый — уважения, независимо от происхождения.

Виктор сделал шаг вперёд:

— Сир Гарольд прав, Изабелла. Образование — это сила, а не привилегия избранных. И если ты не готова это поддерживать, то хотя бы не мешай тем, кто готов помочь.

Леди Изабелла сжала губы, её пальцы непроизвольно сжали край рукава платья.

На мгновение в её взгляде мелькнуло что‑то похожее на растерянность, но тут же сменилось холодной решимостью. Она выпрямилась во весь рост, расправила плечи и бросила на Элиану взгляд, полный неприкрытой неприязни.

— Как пожелаете, милорд, — процедила она наконец. — Но я предупреждаю: это продолжение школьной деятельности обернётся лишь пустой тратой времени и средств. Вы тратите золото на бессмысленные мечты, когда его можно было бы пустить на настоящие нужды замка — на новые доспехи, на укрепление стен!

— Школа и есть настоящая нужда замка, — твёрдо ответил Виктор. — Грамотные люди — это крепкие стены, надёжная защита, процветание.

— Процветание? — Изабелла фыркнула. — Вы ослеплены её словами, милорд. Но я вижу всё ясно: она просто хочет возвыситься за счёт этих детей, показать всем, какая она добрая и мудрая.