Вечер окутал замок мягким сумраком, а в главном зале уже звенели бокалы и раздавался смех гостей. Но для Элианы и Виктора этот вечер был особенным — не просто ещё один приём, а первый день новой жизни, построенной на доверии и честности.

И когда они вошли в зал вместе, держась за руки, даже самые язвительные языки на мгновение замерли, не найдя слов для сплетен. Потому что в их взгляде было то, что нельзя подделать, — искренность. И это говорило громче любых слов. Ужин проходил в непривычной атмосфере. Гости переглядывались, перешёптывались, бросая любопытные взгляды на Элиану и Виктора, сидящих рядом во главе стола. Раньше такое расположение было немыслимо — крестьянская девушка рядом с лордом? Но теперь это стало реальностью, и общество, хоть и неохотно, но принимало новые правила.

Граф Орлейский, сидевший по правую руку от Виктора, наклонился к нему:

— Признаться, я удивлён, Виктор, — тихо произнёс он. — Ты явно решил бросить вызов традициям.

Виктор спокойно поднял бокал:

— Традиции важны, граф, но не менее важно уметь видеть человека за его происхождением. Элиана доказала, что достойна уважения.

Орлейский приподнял бровь, но промолчал, лишь бросил оценивающий взгляд на Элиану. Та старалась держаться естественно, хотя внутри всё дрожало от напряжения. Она аккуратно взяла вилку, вспоминая уроки Маргарет о правилах этикета, и почувствовала, как Виктор незаметно коснулся её руки под столом — лёгкий, ободряющий жест.

— Не нервничай, — шепнул он одними губами. — Ты всё делаешь правильно.

Элиана слабо улыбнулась в ответ и сделала глоток воды, чтобы скрыть волнение.

В это время в дальнем конце зала графиня с рыжими кудрями наклонилась к своей соседке:

— Видела? Он буквально не сводит с неё глаз! — прошептала она. — И как она держится — словно родилась в этом замке!

— Может, в ней и правда что‑то есть, — задумчиво ответила другая дама. — Раньше я думала, что она просто деревенская простушка, но сегодня… она выглядит иначе.

— Или мы просто начинаем замечать то, что видит он, — улыбнулась графиня.

***

После ужина, когда гости начали расходиться, Виктор предложил Элиане прогуляться по галерее:

— Там сейчас тихо, и мы сможем поговорить без лишних ушей.

Она кивнула, и они незаметно покинули зал.

Галерея, украшенная портретами предков Виктора, встретила их полумраком и тишиной. Лишь редкие свечи в настенных бра отбрасывали дрожащие тени на каменные стены. Виктор остановился у окна, глядя на сад, залитый лунным светом.

— Сегодня многое изменилось, — произнёс он, не оборачиваясь. — Не только для нас с тобой, но и для всего замка. Люди начинают понимать, что я не просто следую традициям, а принимаю решения, которые считаю правильными.

Элиана подошла ближе:

— И это пугает некоторых, да?

Он повернулся к ней:

— Да. Особенно тех, кто привык, что лорд всегда поступает “как положено”. Но я больше не могу жить по этим правилам, если они противоречат тому, что я чувствую.

— А что вы чувствуете? — тихо спросила Элиана.

Виктор помолчал, подбирая слова:

— Впервые за долгое время я чувствую… надежду. Надежду на то, что могу быть не только лордом, но и просто человеком. С человеком, который видит меня настоящего.

Элиана улыбнулась:

— Я вижу вас, Виктор. И мне нравится то, что я вижу.

Он взял её руку:

— Спасибо. Это больше, чем я заслуживаю.

В этот момент из‑за поворота галереи донеслись шаги и голоса. Виктор и Элиана отступили в тень, чтобы не быть замеченными.

— …не могу поверить, что он так легко поверил ей! — донёсся до них голос Изабеллы.

Рядом с ней шла графиня с рыжими кудрями, её лицо было задумчивым.

— Может, он и правда увидел в ней что‑то особенное? — осторожно предположила она.

Изабелла фыркнула:

— О, конечно! Она просто умеет притворяться. Но я найду способ показать ему её истинное лицо. В следующий раз я буду умнее.

— А если не получится? — спросила графиня. — Если он действительно её любит?

Изабелла остановилась и посмотрела на собеседницу:

— Тогда я сделаю так, чтобы она сама оттолкнула его. Любовь — хрупкая вещь, достаточно одного неверного шага, чтобы всё рухнуло.

Шаги удалились, голоса затихли за поворотом. Элиана и Виктор переглянулись.

— Она не остановится, — тихо сказала Элиана.

— Знаю, — кивнул Виктор. — Но теперь я знаю её методы. И буду готов. А главное — теперь я знаю, кому могу доверять. — Он снова сжал её руку: — Обещаю, я защищу тебя. От неё, от сплетен, от всего, что встанет между нами.

Элиана подняла глаза:

— А я помогу вам, Виктор. Помогу не бояться быть собой. Потому что настоящий лорд — это не тот, кто следует правилам, а тот, кто умеет отличать правду от лжи, добро от зла, а любовь — от расчёта.

Виктор улыбнулся — искренне, по‑настоящему, без привычной холодности:

— Кажется, ты уже меня меняешь. И, знаешь, мне это нравится.

Они стояли у окна, глядя, как луна освещает сад. Где‑то вдалеке пели ночные птицы, а в замке постепенно затихали последние звуки вечера.

***

Пока Элиана и Виктор прогуливались по галерее после ужина, в кухонной части замка кипела жизнь. Две служанки, Лина и Лиззи, протирали тарелки у большого деревянного стола, не переставая переговариваться.

— Слышала, что случилось с леди Изабеллой? — понизив голос, спросила Лина, бросая быстрый взгляд на повара, который замешивал тесто у печи.

— Конечно, слышала, — Лиззи понизила голос до шёпота. — Говорят, она сама подбросила перстень в комнату Элианы, а потом попалась на этом.

— И лорд Виктор её наказал?

— Да, на месяц запер в покоях. Но знаешь что странно? — Лиззи наклонилась ближе. — Элиана не торжествует. Я видела её сегодня утром — она просто поблагодарила Маргарет и пошла помогать с отчётами по запасам.

Лина покачала головой:

— Раньше я думала, что она просто деревенская простушка, которая хочет пролезть наверх. Но теперь… кажется, она действительно заботится о замке.

— Может, лорд Виктор не так уж и ошибается, — задумчиво произнесла Лиззи. — Если она будет помогать ему управлять, может, и нам станет легче. Меньше бессмысленных приказов, больше порядка.

Повар, до этого делавший вид, что не слушает, вдруг обернулся:

— Хватит болтать, — строго сказал он, но в его глазах мелькнула улыбка. — Работайте, а не сплетничайте. Хотя… в чём‑то вы правы. Замок меняется. И, может, к лучшему.

***

В прачечной, где две женщины развешивали свежевыстиранные простыни, разговор тоже шёл о случившемся.

— Видела, как лорд Виктор смотрел на неё за ужином? — спросила старшая, вешая тяжёлое покрывало. — Словно она — самое дорогое, что у него есть.

— А леди Изабелла? — молодая девушка поправила выбившуюся прядь волос. — Говорят, она металась по своим покоям, как зверь в клетке. Даже еду отказалась принимать.

— Пусть подумает, — хмыкнула старшая. — Не всё можно купить титулом и хитростью. Правда рано или поздно выходит наружу. А эта девочка… — она кивнула в сторону коридора, где недавно прошла Элиана. — Она не сломалась. И это внушает уважение.

Молодая служанка задумалась:

— Может, и нам стоит быть смелее? Если даже она смогла противостоять леди Изабелле…

— Тихо, — старшая прижала палец к губам. — Осторожность ещё никому не вредила. Но да, её пример даёт надежду.

***

Позже, когда Элиана уже готовилась ко сну, в её дверь постучали. Это оказалась Маргарет с чашкой тёплого молока в руках.

— Решила заглянуть к тебе, — улыбнулась пожилая женщина. — Вижу, день выдался непростым.

Элиана взяла чашку, благодарно кивнув:

— Вы всегда знаете, когда я нуждаюсь в поддержке.

Маргарет села на край кровати:

— Сегодня ты показала всем, кто ты есть на самом деле. Не испуганная деревенская девушка, а сильная женщина, которая умеет стоять за себя и говорить правду.

— Но этого мало, — вздохнула Элиана. — Изабелла не отступит. Она найдёт новый способ нас разлучить.