— Она права, — подтвердил Гилберт. — Могу помочь с креплением, если позволите. У меня как раз остались крепкие гвозди после починки забора. Кстати, — он выпрямился и обратился к Марии, — я вчера заметил, что задняя калитка шатается. Сегодня утром укрепил её как следует. И дров принёс — вижу, у вас почти закончились.

— Гилберт, ты слишком много делаешь для нас, — мягко сказала Мария. — Мы очень благодарны, но не стоит так утруждаться.

— Мне это в радость, — пожал плечами кузнец. — К тому же работа кузнеца требует силы, а физическая нагрузка только на пользу. — Он подошёл ближе к Элиане, слегка помялся, потом протянул ей свёрток:

— Это тебе. Я сам сделал… Пусть он оберегает тебя.

Элиана развернула ткань и увидела изящный медный браслет с узором в виде листьев.

Металл был отполирован до блеска, а края аккуратно закруглены.

— Спасибо, Гилберт. Ты такой добрый, — улыбнулась она, надевая браслет на руку. — Очень красиво.

— Я старался, — слегка покраснел кузнец. — Хотел сделать что‑то, что будет напоминать тебе… ну, о чём‑то хорошем.

— Он прекрасен, — повторила Элиана, поворачивая запястье, чтобы поймать солнечный блик на металле. — Ты настоящий мастер.

Гилберт смущённо почесал затылок:

— Да ладно… Просто люблю ковать что‑нибудь помимо подков и гвоздей. Иногда хочется сделать что‑то… личное.

— А ты мог бы выковать для “Надежды” вот такую деталь? — вмешался Томас, показывая на схематичный рисунок. — Чтобы она держала лопасти, но при этом не мешала им крутиться.

— Интересный вызов, — Гилберт наклонился ближе, изучая набросок. — Думаю, можно сделать крепление на шарнирах. Так оно будет подвижным, но прочным.

— Ты правда можешь? — глаза мальчика загорелись.

— Конечно. Приходи после обеда, я покажу, как это делается. И заодно объясню, почему железо нужно правильно отжигать — иначе оно станет хрупким.

— Ура! — захлопал в ладоши Томас. — Мам, можно?

Мария переглянулась с отцом, тот кивнул:

— Хорошо, — согласилась мать. — Но только ненадолго. И будь послушным учеником.

— Обещаю! — торжественно поднял руку Томас. — Я буду самым внимательным подмастерьем в мире!

Гилберт подмигнул мальчику:

— Вот и отлично. А пока, может, помогу вам с этими лопастями? У меня есть пара идей, как сделать их более эффективными.

— Было бы здорово! — обрадовалась Элиана. — Мы как раз думали, какой угол наклона выбрать, чтобы лучше ловить ветер.

— Давайте посмотрим, — кузнец присел рядом с детьми, достал небольшой угольник и начал что‑то чертить на кусочке дерева. — Если сделать вот так и слегка изогнуть поверхность, сопротивление воздуха уменьшится, а подъёмная сила возрастёт. Видите? — он провёл линию, показывая траекторию потока.

— То есть она полетит выше? — уточнил Томас.

— Именно. А если ещё добавить балансир сзади, чтобы не заваливалась набок…

— О, это мы можем сделать из старой оси от телеги! — подхватила Элиана. — У отца в сарае точно есть подходящая.

— Отлично, — кивнул Гилберт. — Я помогу её обработать. И ещё… — он на мгновение замялся, затем посмотрел на Элиану. — Если хочешь, могу показать тебе, как работать с металлом. Вдруг пригодится? Например, сделать крепёж для крыльев или маленький колокольчик, который будет звенеть при полёте.

— Звучит заманчиво, — улыбнулась Элиана. — Правда, я никогда не держала в руках кузнечные инструменты.

— Ничего сложного, — ободрил её Гилберт. — Главное — соблюдать осторожность и слушать советы. Зато представь: ты сама сделаешь деталь для “Надежды”. Это будет особенный вклад.

— Да, это было бы здорово, — задумчиво произнесла Элиана. — Спасибо, что предлагаешь.

— Всегда рад помочь, — просто ответил Гилберт. — Особенно тем, кто верит в чудеса.

— Он поднялся, отряхнул колени: — Ну что ж, мне пора. Надо успеть к обеду закончить заказ для старосты. Но если что — я рядом.

— Ещё раз спасибо, — улыбнулась Элиана. — Ты настоящий друг нашей семьи.

Кузнец слегка покраснел, кивнул и направился к калитке. Томас махал ему рукой, перечисляя все детали, которые нужно будет обсудить после обеда, а Элиана вернулась к работе, любуясь блеском медного браслета на солнце.

— Смотри, — показал Томас сестре, — если прикрепить ещё вот эту деталь, лопасти будут крутиться ещё быстрее!

— Давай попробуем, — кивнула Элиана, снова погружаясь в работу над “Надеждой”.

В этот момент к ним подошла Мария с корзинкой свежих ягод.

— Вот, подкрепитесь немного, — она поставила корзинку рядом. — Пока вы тут изобретаете, я успела собрать малину.

Томас тут же схватил горсть ягод:

— Мам, а ты веришь, что “Надежда” действительно полетит?

Мария улыбнулась, погладив сына по голове:

— Я верю в то, что вы с Элианой можете добиться всего, если будете работать вместе. А вера в мечту — это уже половина успеха.

— Но ведь летающие лошадки — это же сказка! — не унимался Томас.

— Сказки, — вмешался отец, подходя ближе, — часто начинаются с того, что кто‑то решает попробовать невозможное. Может, ваша лошадка и не взлетит как птица, но она научит вас главному: не бояться мечтать и воплощать идеи в жизнь.

Элиана подняла взгляд на отца:

— Получается, неважно, полетит она или нет?

— Важно то, чему вы научитесь, пока будете её делать, — ответил отец. — Терпению, упорству, умению слушать друг друга. И, конечно, радости от самого процесса.

Гилберт, уже почти вышедший за калитку, обернулся и добавил:

— А ещё важно, чтобы рядом были те, кто поддержит. И поможет, если понадобится.

Томас подбежал к кузнецу и крепко обнял его за ногу:

— Спасибо, Гилберт! Ты самый лучший друг!

Кузнец рассмеялся и слегка взъерошил волосы мальчика:

— Пустяки. Главное, не забывай, чему я тебя научу. И помни: металл, как и люди, становится крепче, если с ним обращаться с уважением.

— Буду помнить! — торжественно пообещал Томас. — И сделаю самую крепкую деталь для “Надежды”.

Гилберт ещё раз кивнул всем на прощание и вышел за калитку. Томас, всё ещё сияя от радости, вернулся к лошадке и принялся прилаживать новую деталь.

— Сестра, — позвал он, — а давай представим, что она уже летит?Высоко‑высоко, над деревьями, над крышами, над всей деревней!

Элиана улыбнулась, глядя на воодушевление брата:

— Давай. И куда она полетит?

— На восток! — уверенно заявил Томас. — Там, за холмами, живут драконы и волшебные птицы. Я читал в старой книге, что они умеют разговаривать с ветром.

Мария присела рядом с детьми, аккуратно перебирая малину в корзинке:

— А что, если “Надежда” долетит до края мира и вернётся с кусочком радуги? Мы прикрепим его к хвосту — и тогда лошадка будет светиться по ночам, как фонарь.

Томас захлопал в ладоши:

— Да! И мы будем запускать её каждый вечер, чтобы всем в деревне было веселее!

Отец, который всё это время стоял чуть в стороне, наблюдая за семьёй, подошёл ближе:

— Знаете, в детстве я тоже мечтал построить летающую машину. Хотел, чтобы она могла переносить людей через горы — быстро, без долгих дорог.

— И что случилось? — заинтересованно поднял голову Томас.

— Построил, — усмехнулся отец. — Из досок, верёвок и старого паруса. Но она даже не оторвалась от земли. Зато научила меня одному важному правилу: если что‑то не получается с первого раза, это не значит, что оно невозможно. Просто нужно найти другой способ.

Элиана задумчиво провела пальцем по краю деревянной лошадки:

— Получается, наша “Надежда” — это тоже часть такого поиска?

— Именно, — кивнул отец. — И каждый гвоздь, каждая лопасть, каждый узел — это шаг к чему‑то новому. Даже если в итоге она не полетит, вы узнаете столько всего, что это пригодится вам в будущем.

В этот момент во двор заглянула соседка — старая Марта, мать пекаря:

— Ой, что это тут у вас? — прищурилась она, разглядывая конструкцию. — Неужели летающая лошадка?

— Да! — гордо ответил Томас. — Она почти готова. Гилберт обещал помочь сделать крепёж, чтобы лопасти крутились ещё быстрее!