Джоэл сложил руки перед собой, чтобы Кейтлин не видела, как они дрожат. — Человеческий разум сложен.
— Зло — тоже.
— Нет, по моему опыту, оно как раз весьма прямолинейно.
— Я хочу знать, что случилось с моим отцом.
— Его убил человек, возможно — несколько человек, которых ещё не поймали. И хотя я искренне надеюсь, что это не так, возможно, их так никогда и не поймают. Это не как по телевизору, где убийства раскрываются каждую неделю за шестьдесят минут. В реальном мире тысячи убийств остаются нераскрытыми — и навсегда. Это трагично, и мне ужасно жаль, что это случилось с Лонни. Так будет всегда. Но вашего отца больше нет, и никакое расследование его не вернёт. Пусть полиция делает свою работу. Если вас не устраивают их выводы или их отсутствие, наймите частного сыщика или привлеките репортёра-расследователя. Но я не тот человек для этого. Извините. Я вышел из игры и намерен в ней оставаться.
— Я проехала долгий путь, больше четырёх часов, чтобы увидеться с вами. Мне есть что ещё рассказать, но это бессмысленно, если вы не собираетесь вмешиваться. Есть ли что-нибудь, что я могу сделать или сказать, чтобы убедить вас помочь мне?
— Я не могу. Извините.
Она открыла сумочку, достала из неё компакт-диск и положила его на журнальный столик. — Я собрала всё, что у меня есть, — все материалы и документы, касающиеся его убийства, — и записала на этот диск вместе со своими контактными данными. Может быть, вы просто посмотрите на досуге. Если передумаете, свяжитесь со мной как можно скорее. Муж у меня бухгалтер, я пока не работаю, поэтому денег у нас немного, но, конечно, я готова заплатить за ваши услуги. Была страховка. Десять тысяч. Большая часть ушла на похороны...
— Дело не в деньгах, — сказал он.
— Нет, — согласилась она, поднимаясь с дивана. — Не в деньгах.
— Кейтлин...
— Спасибо, что приняли меня. — Она протянула руку. — И за чай.
Джоэл пожал её руку. Ладонь была тёплой. — Мне очень жаль о вашей потере, и я бы хотел быть вам более полезным.
С коротким кивком она пересекла комнату и выскользнула за входную дверь. Та закрылась с глухим стуком.
Он подошёл к эркерному окну и смотрел, как она идёт по дорожке к машине. Добравшись, она остановилась и оглянулась на дом.
Джоэл отступил от окна.
Когда он снова посмотрел, Кейтлин Бёрроуз уже ушла.
Глава четвёртая
После ещё одного часа расчистки снега Джоэл провёл следующие два часа за уборкой дома и приготовлениями к ужину. Диск, оставленный Кейтлин на журнальном столике в гостиной, дразнил его всё это время. Он несколько раз проходил мимо, уверяя себя, что возьмёт его, уберёт куда-нибудь и когда-нибудь потом посмотрит. До тех пор он постарается о нём не думать, — потому что если Тейлор узнает, о чём идёт речь и кем и зачем была Кейтлин, та взлетит до потолка. И кто её осудит? Это было последнее, что ему было нужно. Однако он чувствовал себя ужасно из-за Лонни и никак не мог выбросить из головы образ старого друга. Когда-то они были так близки — он, Лонни и остальные ребята из их тесного кружка: Сэл, Дорси и Трент — друзья с самой средней школы. И хотя с годами их дороги разошлись, всё равно казалось невозможным, что кто-то из них может быть мёртв. Когда Джоэл думал о них — или о себе в том контексте, — все они были заморожены во времени, вечно молодые, а не пятидесятилетние мужчины, у некоторых из которых дети уже такого возраста, в каком они когда-то дружили, и уж точно не жертвы убийства. Почему он не поддерживал связь? Конечно, у него были свои тёмные времена — у каждого в той или иной мере, — но неужели так трудно было иногда позвонить или написать короткое письмо? Впрочем, он даже не знал номера Лонни, не говоря уже об адресе электронной почты. На самом деле он потерял контакты и остальных ребят тоже.
Стыдно мне , подумал Джоэл. Стыдно всем нам.
В каком-то смысле разрыв с ними был не только неизбежным, но и необходимым — ещё одна жертва, принесённая тому, через что он прошёл, побочный урон от бегства от той жизни, того времени и тех воспоминаний. Лонни и остальные были неотделимы от прошлого Джоэла, и чтобы восстановиться, ему нужно было начать с чистого листа где-то в другом месте. Его выздоровление зависело от обретения совершенно новой жизни, и именно это они с Тейлор и построили, уехав из Массачусетса и обосновавшись в Мэне. Но сколько времени прошло с тех пор, как он вернулся к нормальной жизни? Много лет — так что оправдания тому, что он не возобновил связь или хотя бы не попытался, не было. Он это знал.
Тем не менее они пережили вместе одно испытание, когда были моложе, — что-то, о чём никто за пределами их круга не знал, потому что они так и не рассказали.
Чёрная машина...
Руки Джоэла затряслись. Он давно не думал об этом, но оно всегда присутствовало — в тенях и тумане, в снах и кошмарах.
Он отогнал это от себя и вернулся мыслями к Лонни. Интересно, знают ли остальные и были ли на похоронах. Думали ли они о нём, о том, почему его там не было? Насколько он знал, все остались в Массачусетсе. Джоэл был единственным, кто уехал из штата. Но тогда он всегда был первопроходцем в их группе. Именно он пошёл в колледж, сделал первый шаг прочь от компании и прочь из города. Он вырвался, стал чем-то большим, чем провинциал с никуда не ведущей работой и домом, полным детей. Но это ему дорого обошлось. И всё же в конечном счёте всё сложилось, не так ли? Он прошёл через ад и выжил. И у него была Тейлор — всегда Тейлор — великая любовь его жизни. Она спасла его и силой своей любви и преданности не дала ему навсегда сгореть в тех ужасных огнях.
Охваченный бурей чувств, Джоэл принял душ, оделся, а потом спустился в гостиную. Стоя над журнальным столиком, он несколько минут смотрел на диск, убеждая себя, что может быстро взглянуть, а потом отложить его в сторону. Но знал правду. Однажды взглянув, обратного пути не будет. Он был устроен иначе. Он уже чувствовал, как в нём поднимается эта потребность — расследовать, добраться до сути того, что случилось с Лонни. Может быть, во всём этом было что-то искупительное — покопаться в его деле и возможно даже раскрыть его. В прошлый раз он был погребён, захлёбывался в безумии, но, может быть, на этот раз всё будет иначе. Или, может быть, это добьёт его, завершит дело раз и навсегда и столкнёт в пропасть, над которой он так долго балансировал.
Воспоминание о Лонни пришло к нему — из времён после школы. Тот смеялся своим громким, раскатистым смехом, глаза живые и озорные, как всегда. Мог ли тот безудержный парень быть тем же человеком, который со временем стал отцом Кейтлин Бёрроуз? Как Джоэл мог себе представить, что в каком-то причудливом и далёком будущем дочь Лонни разыщет его, чтобы попросить помочь раскрыть убийство её отца? Как и многое другое из прошлого Джоэла — невозможно, невероятно.
Но вот оно.
— Ладно. — Он схватил диск, бросился через комнату в коридор и нырнул в их домашний кабинет. Сердце колотилось; он опустился на стул и запустил компьютер. Пока тот загружался, Джоэл открыл прозрачный пластиковый чехол, выщелкнул диск и отправил его в лоток — пока не передумал.
На экране появилось окно со списком содержимого: файлы и фотографии.
Первые несколько файлов были либо ссылками на онлайн-статьи в газетах, либо отсканированными и увеличенными газетными вырезками, сохранёнными на диске. В большинстве из них первый план занимала фотография Лонни, а заголовок описывал его убийство. Слова вроде бессмысленный и случайный мелькали то и дело. МЕСТНЫЙ ЖИТЕЛЬ СТАЛ ЖЕРТВОЙ ПРЕДПОЛОЖИТЕЛЬНО СЛУЧАЙНОЙ СТРЕЛЬБЫ... ЛИЧНОСТЬ ЖЕРТВЫ БЕССМЫСЛЕННОГО РАССТРЕЛА УСТАНОВЛЕНА... МОТИВ УБИЙСТВА МУЖЧИНЫ НА УЛИЦЕ — ВЕРОЯТНО, ОГРАБЛЕНИЕ, ЗАЯВЛЯЮТ ПОЛИЦЕЙСКИЕ... НИ ЕДИНОЙ ЗАЦЕПКИ ПО ДЕЛУ ОБ УБИЙСТВЕ ЗАСТРЕЛЕННОГО НА УЛИЦЕ МУЖЧИНЫ...
Несмотря на кричащие заголовки, взгляд Джоэла всё возвращался к фотографии. Она, очевидно, была получена от семьи — портрет улыбающегося Лонни, обрезанный, чтобы убрать остальных. Снимок выглядел довольно свежим: Лонни был значительно старше, чем в тот последний раз, когда Джоэл его видел, — хотя сложно было сказать, в каком точно возрасте он был сделан. Джоэл решил, что ближе к середине сороковых.
