– А лошади?

– У нас на них только грузы и самые маленькие дети. Ты хочешь, чтобы я снял их и посадил тебя? Тогда тебя убьют те, кого я собрал, а поход возглавит другой. За свои ошибки нужно отвечать. Так ты дашь стволы?

– Ты так и не ответил, для чего они тебе.

– Мы справимся с небольшими отрядами земмов, – сказал Фрэнк, – но на востоке можно нарваться на логров. Для них наши мужчины – это смазка для мечей, что уж говорить о женщинах. Бомбы могут напугать, а могут и разозлить. Их осколки только попортят лограм шкуры. Это настоящие воины, а не лошади земмов. Видел я одного...

– Что на границе? – встав из-за стола, спросил Марк.

– Не знаю, – ответил генерал. – Наши оттуда сбежали. Два дня назад говорили, что пришло войско из Каргела. Непонятно, почему медлят земмы, но я не собираюсь здесь задерживаться. С тобой болтаю только потому, что в моём отряде заняты сборами.

– Забирай своё железо! – сказал толстяк, сдвигая в сторону одну из стенных панелей. – У герцога был здесь тайник. Патроны есть к двум винтовкам и пяти пистолетам. Один я оставлю себе, остальное можешь взять.

– Игорь Николаевич, – обратился к Лаврову дежурный, – к вам городской глава. Впускать или сказать, чтобы пришёл позже?

– Впускай, – ответил председатель совета. – Мы уже закончили.

Обсуждавший с ним свои дела Марков ушёл, а порог кабинета переступил пожилой земм, который сделал два шага к столу и в нерешительности остановился.

– Подойдите ближе, уважаемый Герб, – сказал ему Лавров. – Садитесь на стул и говорите о том, что привело вас ко мне на этот раз. Это городские дела или ваши личные? Или случилось чудо и вы зашли ко мне поболтать?

– Вы шутите, уважаемый вождь, а мне не до шуток, – без улыбки сказал глава. – Население города увеличилось, а продуктов больше не стало, наоборот, их собрали меньше обычного. Вы слишком деликатничаете с нашими крестьянами, а с ними так нельзя! И с купцами вы не разобрались, а они будут для вас источником многих бед! Вы всё делаете правильно, но ничего не хотите доводить до конца. Я связал с вами свою судьбу, поэтому если вы не удержитесь, то мне придётся перерезать себе горло. Это будет милосерднее того, что со мной сделают ваши враги.

– И что мы делаем не так? – спросил отбросивший шутливый тон председатель. – Можете привести примеры?

– У вас много золота? – спросил Герб. – Я не просто так спрашиваю, это очень важно!

– Много, – ответил Лавров, – есть и серебро. Это наша часть захваченной в Дольмаре казны герцога.

– Вы заняли пять городов, – сказал глава. – Дальше идти не хотите, потому что боитесь не удержать захваченное. Но этого слишком мало! У вас не получится избавиться от ватаг, которые после налётов уходят на восток. И в пяти городах будет трудно наладить оборот товаров. Вы рассчитываете только на гертов, поэтому сильно ограничены в своих действиях. Привлекайте нас!

– Не очень-то вы привлекаетесь, – возразил председатель, – а мы не можем на каждом шагу сорить золотом!

– Чем живут Дикие земли? – спросил земм. – Вы не могли об этом не думать.

– Частично разбоем, а в последние годы работорговлей, – ответил Лавров. – Кроме того, из предгорья везут золото. Ещё крестьяне выращивают дурман...

– Который вы хотите запретить. Кстати, его здесь почти никто не употребляет. Вся отрава идёт в Парму и приносит большой доход. Но поговорим о другом. Вы запретили работорговлю и разгоняете ватаги, а этим жили многие. Если им это запретить, нужно дать другое занятие и подкрепить свои начинания деньгами и продовольствием. Нужны и товары. В нашем городе треть мастеров живёт пошивом одежды и обуви, но вся ткань и почти все кожи здесь привозные. Если наши купцы откажутся их возить, мастерам придётся бежать в другие города или умирать от голода. Есть ещё один выход, когда их будете кормить вы. Торговлю могут перекрыть в Каргеле или в Таркшире. Не мне вам говорить о том, как к вам относятся патриции. Если о вас узнают, сенат прикажет перекрыть тракт. И король Лей может быть недоволен. Короли Таркшира всегда считали эти земли своими. У них не хватает сил их забрать из-за склок с герцогами, но и вам их постараются не отдать. Кстати, это сенат подталкивает герцогов к борьбе с королём.

– И к чему этот разговор? – не понял Лавров. – Вы не сказали мне ничего нового. Небольшой запас продовольствия у нас есть, а по теплу заставим крестьян увеличивать площади посевов и сами этим займёмся. Для ваших крестьян главное – гарантировать сбыт и предложить выгодные цены. Мы и горожан привлечём. Через год обеспечим себя продовольствием и сможем им торговать.

– Этот год нужно как-то прожить, – вздохнул глава. – И вы неверно оцениваете наших крестьян. Они разбогатели и разленились. Сильной власти не было, а небольшим ватагам не справиться с деревней. Сжечь могут, но не заставить на себя работать. В деревнях живут общиной и стоят друг за дружку, иначе их давно подчинили бы. Если не начнёте вешать за непослушание, у вас ничего не получится. Нужно показать силу, тогда они будут вынуждены уступить. У меня к вам, уважаемый вождь, предложение. Я знаю купцов, которым можно доверить большие деньги. Сами вы не сможете торговать в Каргеле, а до Таркшира дальше ехать, да и цены в королевстве заметно выше. Если дадите часть своего золота купцам и обеспечите их охраной до тракта, они купят вам нужные товары и еду. Конечно, за это надо будет заплатить. Пока не перекрыли торговлю, нужно создать запасы. Золото или серебро не будешь есть или носить. Могу дать совет. Приблизьте тех купцов, которые торгуют нужными товарами и повесьте торговавших рабами. Зарабатывавших на работорговле не так уж много, но они будут вам враждебны. А горожан неплохо пугнуть. Один повешенный за декаду – это несерьёзно. И попробуйте как-то договориться с королем Леем. Только посылать нужно не герта, а кого-то из нас. Если дадите много золота, можно будет пробиться к кому-нибудь из королевского окружения. Это будет опасная поездка. Стоит герцогам о ней узнать, и вашего посланца тут же убьют, а потом попытаются сделать вам гадость, чтобы даже и мысли не было лезть в Таркшир. Такой гадостью вполне могут быть засады на тракте. Те, кто живёт на востоке, могут торговать с королевством через предгорье, а у нас в него только один путь – это тракт!

– Я подумаю, уважаемый Герб, и посоветуюсь с другими, – сказал Лавров, – а сейчас, раз уж вы ко мне зашли, помогите разобраться с ходатайством ваших кузнецов.

Глава 10

Сергея привёл в чувство дождь. Боль от раны не мешала думать, но из-за сильной слабости не получилось встать на ноги. Перевернувшись со спины на живот, парень с трудом сел и первым делом пощупал лоб лежавшего рядом Сарка. Несмотря на холодный дождь, он был горячим. Лука и колчана не было, а в нескольких шагах лежала сумка с продуктами. Попавшая в друга стрела так и торчала из его спины. И что теперь делать? Сергей решил, что лучше её вытащить, взялся за древко и потянул, сначала слабо, а потом изо всех сил. Силне хватило. Его охватило такое отчаяние, что заплакал в первый раз с тех пор, как стал считать себя взрослым. Было страшно обидно, что все их усилия ни к чему не привели, и жизнь закончится в этом холодном, промоченном дождём лесу. Проклятый мир и проклятые пришельцы! Выплакавшись, он ползком добрался до сумки, а потом вместе с ней переполз ближе к стволу дерева, где сверху почти не капало. Он не мог помочь Сарку и занялся собой. В сумке, помимо еды, была верёвка, которую связали из перевязочных бинтов. Она загрязнилась, но выбирать было не из чего. Сергей отрезал кусок, распустил на бинты и обвязал одним из них голову. Остальные оставил для друга. Не вечно же будет эта слабость. В молодом теле кровь должна быстро восстановиться. Почувствовав голод, он поел и запил еду водой из фляги. Несмотря на промокшую одежду и холод, страшно хотелось спать. Сергей посмотрел на лежавшего под дождём Сарка, мысленно перед ним извинился, лёг и почти сразу уснул. Когда проснулся, дождь закончился, но стало ещё холоднее.