— Что? — Алисандра вскинула голову, её глаза расширились от шока. Нить между нами нагрелась, передавая её панику. — Рассказать моему отцу… всё? Ты серьёзно? — Хомяк в её руках пискнул, будто разделяя ужас девушки, а мой кот фыркнул, косясь на него, как на новичка, не готового к большой игре.

— Серьёзно, принцесска, — ответил я, подмигнув, чтобы смягчить удар. — Но не сразу. Сначала драконёнок, потом правда. Если мы хотим остановить заговор, нам придётся рискнуть. — Я повернулся к правителю. — Потребуй у Легария вернуть малыша, отец. Я заберу его из пещеры. Король проглотит историю про ловцов — ему не нужна война. А я останусь в Аргарии, найду способ разорвать нить и раскопаю, кто за этим стоит. Правитель Аргарии пока не знает, кто я, и уж точно не знает, что его дочь здесь. Мы ушли тихо.

Император Ролании помолчал, а его лицо стало мрачнее тучи. Он явно не оценил идею раскрывать правду, но мои слова о заговоре и драконёнке задели его. Наконец он кивнул, медленно, будто каждое движение стоило ему усилий.

— Твой план — как прыжок в пропасть с завязанными глазами, Кристоф. Но… если кто-то действительно играет против нас, правда может быть меньшим злом. Забирай драконёнка и готовь его для передачи. Я потребую малыша у Легария, как ты и сказал, с историей про ловцов и друга моего сына. Но если твоя затея с правдой провалится, я приду за тобой. И мне плевать, сколько королей это разозлит.

Не успел я ответить, как полог шатра откинулся, и в палатку влетел Варин — тощий советник с бородой, похожей на пучок соломы. Его глаза метались, будто он увидел дракона в человеческом обличье. Ну, то есть меня.

— Мой господин! — выдохнул он, кланяясь Калебу Драгонийскому. — Король Аргарии… он у границы с небольшой свитой. Требует немедленной встречи. Говорит, дело срочное.

Отец вскинул бровь, а я не сдержал ухмылки. Быстро они, чёрт возьми. Алисандра напряглась, её пальцы дрогнули, и нить между нами чуть нагрелась. Хомяк пискнул громче, словно протестуя против новых проблем, а мой кот ткнулся носом в мою ногу, будто говоря: Пора двигать, герой.

— Похоже, шоу начинается, — проговорил мой отец, вставая и поправляя плащ. — Кристоф, бери своего кота и… — он бросил взгляд на Алисандру, — свою спутницу. Забирайте драконёнка из пещеры. Я встречусь с королём и потребую малыша, но он не должен знать, что вы тут, пока мы не решим, как подать ему правду. Варин, — он повернулся к советнику, — ни слова о них. Понял?

Мужчина кивнул, побледнев ещё больше. Я повернулся к Алисандре, подмигнув.

— Пошли, принцесска. Пора выуживать мелкого и готовиться к большому разговору. Надеюсь, твой отец не слишком любит драматические сцены. — Кот мурлыкнул, будто одобряя план, а хомяк пискнул, словно напоминая, что он тоже в деле.

Я шагнул к выходу, чувствуя, как нить между мной и Алисандрой натянулась, предвкушая новый поворот.

— Держись, принцесска, — подумал я. — Если Кренийский действительно за этим стоит, я выведу его на чистую воду. А если нет — то хотя бы испорчу ему все планы.

Граница Аргарии и Солнечной долины

Холодный ветер гнал пыль по каменистой равнине у границы Аргарии, где два правителя стояли друг напротив друга, словно шахматные короли на доске, готовой вспыхнуть войной. Легарий Аргарийский, высокий, с сединой в волосах и взглядом, острым, как его фамильный клинок, смотрел на Калеба Драгонийского с холодной настороженностью. Тогда как император драконов, в тёмном плаще с вышитыми рунами, стоял неподвижно, а его золотые глаза горели сдержанным гневом. За их спинами — свиты, по дюжине с каждой стороны: стража Аргарии в серебристых доспехах и драконьи воины, чьи чешуйчатые плащи отливали бронзой. Напряжение между Роланией и Аргарией, тлевшее веками, сгустилось в воздухе, готовое лопнуть от малейшей искры.

— Калеб Драгонийский, — начал правитель королевства людей, его голос был ровным, но с ледяной кромкой. — Ты не из тех, кто устраивает прогулки к моим границам ради удовольствия. Что привело тебя сюда? Или твои драконы просто решили напомнить нам о своём существовании?

Второй монарх чуть склонил голову, и его губы тронула холодная усмешка.

— Я здесь не ради ваших пейзажей, Легарий. Твои люди перешли все допустимые границы. Ваши ловцы похищают наших драконов, торгуют ими, слвоно трофеями на рынке. Именно это я хотел обсудить с тобой. Но сейчас меня интересует один конкретный дракон. Среди вашего товара есть малыш, совсем ещё кроха, который важен для моего сына — его друг, если тебе так понятнее. Я требую, чтобы вы вернули его немедленно. Или мне самому искать его в твоих землях?

Отец Алисандры прищурился, его пальцы слегка сжались на рукояти меча, висевшего на поясе.

— Драконёнок? — переспросил он, в его голосе сквозило недоверие, смешанное с насмешкой. — Ты привёл армию к моей границе из-за какого-то зверя? Калеб, мы оба знаем, что твои крылатые не маршируют через половину континента ради одного малыша. Что ты скрываешь?

Драгонийский выпрямился, его глаза сузились, но голос остался твёрдым.

— Я сказал, что требую его вернуть. Это не просьба, Легарий. Ваши ловцы нарушили не только границы земель, но и хрупкий мир между нами. Верни малыша, и мы уйдём. Или ты хочешь проверить, насколько остры наши когти?

Свиты зашумели, но ни один не посмел шагнуть вперёд. Аргарийский поднял руку, призывая к тишине, и долго смотрел на своего визави, взвешивая каждое слово. Холодное противостояние, что тлело между их народами веками, вспыхнуло в его взгляде — не яростью, а холодным расчётом.

— Хватит игр, — сказал он, понизив голос. — Мы оба знаем, что дело не в драконёнке. Уберите своих людей. Нам нужно говорить начистоту, без лишних ушей.

Отец Кристофа кивнул, не отводя взгляда.

— Торн, — бросил он через плечо, и его охранник с шрамом через бровь начал отводить драконью свиту. Король Аргарии махнул рукой, и его стража, переглянувшись, отступила за пределы слышимости. Двое правителей остались одни, разделённые лишь несколькими шагами и веками взаимного недоверия.

— Теперь говори, — сказал Легарий, скрестив руки, его голос стал тише, но острее. — Я слышал, что твой сын пропал. Слухи дошли до Аргарии. И вдруг ты являешься с историей про драконёнка. Что ты затеял, Калеб? Где он?

Император стиснул челюсти, его глаза вспыхнули, но он заговорил медленно, будто каждое слово было лезвием.

— А тебя не смущает, как ведёт себя “раб” твоей дочери? Ты не задумывался, что за дракон попал в твой королевский дворец и при этом разгуливает там, словно хозяин? Разве не возникало мыслей?

— Возможно, он просто глупец или наглец, — проговорил Аргарийский, и его голос дрогнул, но он пытался сохранить холодность. — Или…

— Или он мой сын, — отрезал его собеседник, слова которого ударили, словно молот. Глаза Легария поползли вверх, он нахмурился, а его лицо исказилось смесью шока и недоверия. — И да, я узнал, что Кристоф находится в твоём замке, поэтому прилетел именно за ним.

— Ты хочешь сказать, что твой наследник без охраны и сопровождения летал в Солнечную долину, где его поймали мои ловцы? — Усмехнулся отец Алисандры, на что Калеб Драгонийский нахмурился ещё сильнее.

— Дело не только в нём, Легарий. Наши дети, твоя Алисандра и мой Кристоф, оказались связаны магией. Невидимой нитью, которую не разорвать. Я не могу забрать его, не утащив твою наследницу. Потому как это, — он сделал паузу, позволяя словам осесть, — может привести к войне между нашими государствами. Но я и не могу оставить принца Ролании в Аргарии, сам понимаешь... Я не знаю кто их и зачем связал, но это всё нужно решить как можно скорее. Кто-то играет нами, разжигая конфликт, которого мы оба хотим избежать.

Легарий замер, его лицо побледнело, а кулаки сжались так, что побелели костяшки.

— Моя дочь? С твоим сыном? В моём замке? — Он шагнул вперёд, голос задрожал от ярости. — Ты ждёшь, что я поверю в эту чушь, Калеб? Какой-то дракон, раб, мой замок… Это бред! Если ты или твои крылатые посмели тронуть Алисандру…