Я ахнула, не столько от неожиданности, сколько от того, с каким видом он это сделал — как будто не я хозяйка ситуации, а он тут всё решает. Не дождавшись моей реплики, он тут же запрыгнул следом, и уже изнутри с лёгким хлопком захлопнул дверцу прямо перед носом изумлённого извозчика.

Осталось только внутренне вздохнуть и мысленно себе напомнить: ты всё ещё главная… теоретически.

Колёса кареты глухо застучали по брусчатке, и мир за окном начал медленно оживать. Мы покинули дворцовый квартал, и уже через пару поворотов за окнами замелькали цветущие клумбы, низкие фонари и утренние силуэты прохожих. Город просыпался с ароматами свежеиспечённого хлеба, медовых булочек и ещё тёплой смолы от полированных лавок. Где-то гулко хлопала ткань на ветру — торговцы развешивали свои тенты, а шустрые мальчишки разносили корзины с фруктами.

С каждым метром улицы становились всё оживлённее и пестрее. Впереди, над крышами, уже были видны яркие флажки и пологие навесы — мы приближались к рынку. Я взглянула на своего сопровождающего — и не смогла сдержать легкую, почти лукавую улыбку. Мой дракон заметно напрягся.

Он сидел с непривычной прямотой, как будто хотел слиться со спинкой сиденья, а пальцы чуть дрожали на колене, хоть он и делал вид, что просто лениво разглядывает улицу. Даже хвост бы не выдал смущения лучше, если бы у него он был.

— Нервничаешь? — не удержалась я от вопроса, склонив голову и прищурившись.

Мой попутчик ответил не сразу, только чуть глубже вдохнул и бросил на меня взгляд из-под длинных ресниц. В этом взгляде смешались гордость, раздражение и… что-то неуловимо осторожное.

— Я просто не люблю рынки, — буркнул он. — Шумно. Тесно. И вечно кто-то норовит потыкать в тебя пальцем. Особенно если ты... слегка выделяешься.

— «Слегка» — это мягко сказано, — заметила я, сдерживая смех. — А ты что, боишься, что тебя узнают?

Он резко повернулся ко мне, но тут же отвёл взгляд, уставившись в окно, где уже мелькнули первые прилавки, голоса зазывал и отблески меди на вывешенных табличках. И я поняла: боится. Не того, что на него укажут пальцем, а того, что кто-то может кое-что о нем знать. То, что этот чешуйчатый упорно пытается от меня скрыть.

Карета слегка замедлилась, покачнувшись на повороте, и я сразу поняла — мы почти на месте. В воздухе запахи начали меняться. Ароматы свежей выпечки и сладостей уступили место чему-то более резкому — пряности, пот, шерсть, тёплая кожа животных и едва уловимое металлическое послевкусие магии. Мы въехали в ту часть рынка, которую не принято было обсуждать за завтраком в королевской столовой.

Торговля живым товаром.

Карета остановилась, и я почувствовала, как рядом со мной что-то словно сжалось. Повернув голову, увидела, как мой «ГАДИНА-М» — такой самодовольный, уверенный и обычно непрошибаемо спокойный — напрягся так, будто готовился к бою. Его плечи застыли, взгляд заострился, губы сжались в тонкую линию.

— Ну вот, — пробормотал он почти беззвучно. — Приехали.

В его голосе не было страха, но была другая эмоция под названием "напряжённое ожидание". Будто он снова вернулся туда, где уже однажды был. И, судя по лицу, возвращаться туда он не планировал никогда.

Я молча наблюдала за своим подарком, впервые ощущая, как тонкая магическая нить между нами отозвалась ледяным покалыванием. Никаких игривых дерганий. Только… тревога. Не моя. Его.

— Ты в порядке? — спросила мягко, почти шёпотом.

Дракон повернулся ко мне, и в его взгляде было слишком много всего сразу: злость, отторжение, презрение к происходящему за окном… и чуть-чуть — уязвимости.

— А ты как думаешь, принцесска? — прошипел он. — Я, вроде как, товар из этих рядов.

И впервые за всё время нашего знакомства я действительно почувствовала себя не хозяйкой... а гостьей в чужом воспоминании.

— Подожди меня здесь, — сказала, и хотя старалась говорить ровно, голос всё же дрогнул на последнем слове.

Чешуйчатый сопровождающий скосил взгляд в мою сторону, чуть приподнял бровь и выдохнул медленно, с тем выразительным оттенком, который обычно означал несогласие — без слов, но вполне ясно. Он не сделал ни шага, не произнёс ни слова. Просто наблюдал. Словно уже понял, куда я направляюсь, и теперь решал — вмешаться или позволить мне идти дальше.

— Один совет, принцесска, — всё-таки проговорил он с усмешкой, больше похожей на рычание. — Если тебе предложат скидку за опт — не соглашайся.

Я скривилась, но промолчала. Пусть думает, что я просто решила прогуляться. Пусть верит, что любопытство касается рынка, а не… его. Меня устраивало, что он остаётся в неведении. Пока.

Плотно запахнув плащ, я спрыгнула с подножки и направилась вдоль прилавков. Карета осталась на обочине, среди таких же повозок, но моя вбирала в себя внимание — благодаря стоящему внутри подарку, который наблюдал за мной в отражении стекла. Он не пошёл за мной, но я чувствовала, что следит. Наверняка следит.

И всё же я предпочла идти одна. Торговец, у которого приобретали драконов, вряд ли стал бы говорить откровенно при свидетелях. Особенно при таких… зубастых, с хвостом и чувством юмора поперёк горла. Да и моему дракону совершенно не обязательно было знать, чем я интересуюсь. Пока нет.

Я шагала вперёд, лавируя между клетками, магическими куполами и разноцветными шатрами, чувствуя, как в груди понемногу нарастает волнение. Где-то здесь должен быть тот, кто сможет ответить на мои вопросы. Или хотя бы задать правильные.

Я приблизилась к знакомым клеткам, отблескивающим зачарованными прутьями, и ощутила легкое раздражение от охранников, которые неотрывно следовали за мной. В этот раз избавиться от них не удалось. Пришлось смириться. Идти, как полагается принцессе, — под присмотром и под взглядом.

Рынок пестрел звуками, запахами, криками зазывал, но этот угол был куда тише, будто даже воздух тут тяжелел. Клетки, кандалы, свитки с печатями — всё это принадлежало торговцу, с которым мой отец не так давно заключил сделку. Сделку, в результате которой я получила... своего ГАДИНУ.

Ассортимент нынче был скуднее: несколько вялых элементалей, запуганный оборотень, юный саламандр, свернувшийся клубком в переносном резервуаре с жаром. Но стоило мне показаться на глаза, как купец тут же оживился. Он поспешно выпрямился, потирая руки, и, блеснув золотым зубом, улыбнулся — широко, масляно, предвкушая выгодную сделку.

— Ваше Высочество, — пропел он, низко поклонившись. — Желаете себе ещё что-то присмотреть?

Что-то. Не кого-то. Он по-прежнему видел в этих существах товар, как в мешках с пряностями или рулонах ткани.

— Не совсем, — протянула я, позволяя себе короткий взгляд на клетки, а потом снова встретилась с его глазами. — Я хотела поговорить с вами. Наедине.

Слова едва коснулись воздуха, а лицо торговца моментально изменилось. Сладкая улыбка сползла, словно расплавленный воск. Осталась маска осторожности, в которой всё больше проступало напряжение. Будто он понял — разговор будет не про цену и не про очередную поставку.

— Конечно, — кивнул мужчина, медленно, словно обдумывая, не слишком ли он сейчас уязвим.

А я сделала шаг вперёд, решительно. Потому что на этот раз я пришла не выбирать. Я пришла спрашивать.

Мы с торговцем двинулись вглубь торговых рядов, шаг за шагом проходя мимо клеток, стоек и магически усиленных барьеров, за каждым из которых угадывались очертания пленённых существ — крылатых, хвостатых, шипастых, тихих, рычащих, чужих. Шёпот за спиной не заставил себя ждать: принцесса в сопровождении самого хозяина живого уголка — зрелище редкое, а значит, привлекающее внимание.

Я чувствовала на себе взгляды — одни осторожные, другие с нескрываемым любопытством, а были и такие, что скользили по моей фигуре, как оценивающий взгляд торговца по выставленному товару: взвешивали, прикидывали цену, пытались угадать, зачем я здесь. Но я не опускала головы. Не позволяла себе дрогнуть. Ни единой эмоции. Ровное лицо, уверенный шаг, взгляд вперёд.