— Я не сержусь, Джерард, — крикнула она через плечо. — Я в ярости!

Заметив впереди въезд в лес Баллилаггин, я включил указатель, проехал ярдов пятьдесят или около того и свернул в проход.

Заглушив двигатель, я распахнул дверцу и выбрался наружу. — Ты счастлива? — рявкнул я, вскидывая руки вверх, и направился обратно к ней. — Потому что мы оба уже промокли насквозь.

— Боже мой, просто уходи! — Крикнула Клэр. — Я не хочу видеть тебя прямо сейчас.

— Что ж, это чертовски плохо, потому что я не оставлю тебя на обочине дороги, милая! — Я огрызнулся в ответ, убирая с глаз и без того промокшие волосы. — Тебя может взять любой!

— Взять меня? — Она запрокинула голову и невесело рассмеялась. — Как кто? Старина Динни Бирн из Гленроу на своем тракторе? — Она закатила глаза. — Будь настоящим, Джерард.

— Я реалист, — крикнул я в ответ. — Это ты ведешь себя здесь как сумасшедшая. И не обижайся на Гленроу, ведь нам обоим понравилось это шоу, — обвинил я. — Итак, почему бы тебе не сделать нам обоим одолжение и не залезть в машину, пока мы оба не заработали двойную пневмонию, черт возьми!

— Нет.

— Нет? — Я уставился на нее. — Почему, черт возьми, нет?

— Потому что ты отстой, Джерард Гибсон!

— Я отстой, потому что хочу обеспечить твою безопасность? — Я раздраженно замахал руками. — О да, я действительно ужасный ублюдок.

— Знаешь что? — Прищурившись, Клэр подошла к воротам, перед которыми я припарковался, и перелезла через них. — Иди к черту, Джерард.

— О, так ты просто собираешься прогуляться по лесу сейчас, не так ли? — Спросил я, преследуя ее. — Это твой гениальный план, Медвежонок-Клэр? — Потребовал я, с легкостью перепрыгивая через ворота. — Потому что это действительно дерьмовый занятие.

— Мне все равно! — закричала она в ответ, удваивая свои усилия, чтобы обогнать меня. — А теперь прекрати преследовать меня!

— Я говорил тебе, что не оставлю тебя одну, чтобы тебя похитили, — прорычал я, решительно следуя за ней. — Ты маленький демон!

— Быть похищенной сейчас звучит ужасно заманчиво, — выплюнула она. — По крайней мере, это избавило бы меня от близости к тебе, ты, большой бык.

— О, так я теперь бык?

— Ага!

— Как ты до этого додумалась?

— Э-э, может быть, потому что ты похож на одного из них. За исключением того, что у тебя пирсинг в сосках вместо носа!

— Ты хочешь сказать, что мои сиськи напоминают сиськи быка?

— Если «мууу» подойдет, Джерард!

— Забери свои слова обратно.

— Нет!

— Это было чертовски обидное заявление.

— Хорошо.

— Забери свои слова обратно.

— Я сказала «нет»!

— Возьми свои слова обратно, Клэр, или я буду вынужден сказать кое-что сам.

— Например, что?

— Например, перепончатый пальчик на твоей левой ноге не выглядит симпатичным, — крикнул я. — Я солгал. Это чертовски странно!

— О, ты такой засранец, — закричала она, вскидывая руки. — Теперь я рада, что сказала это. И знаешь что еще, Джерард Гибсон? Твои шутки даже в половине случаев не смешные. Это верно. У тебя дерьмовый юмор.

— Как ты смеешь! — Я отшатнулся, чувствуя, что она физически ударила меня. — Моему юмору девяносто.

— Твой юмор посредственный, — крикнула Клэр через плечо, пробираясь сквозь линию деревьев. — А теперь уходи!

— Господи Иисусе, — прорычал я, прижимая пальцы к вискам. Я покачал головой, совершенно растерявшись из-за этой девушки. — Можешь перестать уходить от меня на две чертовы минуты и просто спокойно поговорить со мной, чтобы мы могли во всем разобраться ?!

— Нет, потому что с тобой всегда одни слова! — закричала она, откидывая с лица мокрые от дождя волосы. — Это всегда одни слова, улыбки и разговоры, и я покончила с этим, Джерард! — Она вскинула руки в воздух – драматично, как всегда, – в то время как небеса продолжали обрушиваться на нас. — Боже мой. Какой смысл вообще с тобой спорить? — Она покачала головой и закричала: — Ты никогда этого не поймешь!

— Не пойму?

— Нас, Джерард! — закричала она. — Ты нас не понимаешь!

— Нас? — Теперь я был в ярости. — Ты думаешь, я нас не понимаю? — Потребовал я, ускоряя шаг и сокращая расстояние между нами. — О, я понимаю нас, Клэр, — огрызнулся я, кипя от гнева. — Я понимал нас намного дольше, черт возьми, чем ты! — Догнав ее, я схватил ее за руку и развернул лицом к себе. — Прекрати убегать от меня, черт возьми.

— Тогда почему ты ничего с этим не сделаешь? — с вызовом спросила она, слезы смешивались с каплями дождя. — А? — Она вырвала свою руку и умчалась прочь, но только для того, чтобы развернуться и подкрасться ко мне. — Черт возьми, Джерард, почему ты просто не покажешь мне, что ты чувствуешь?

— Я показываю!

— Нет, — выдавила она, снова толкая меня. — Ты скажи мне. — Слезы текли по ее щекам, когда она плакала. — Ты всегда говоришь мне, Джерард, когда я стою здесь и умоляю тебя показать мне.

— Я не могу!

— Почему бы и нет?

— Потому что для меня это не так просто.

— Почему?

— Потому что я боюсь!

— Кого? — требовательно спросила она, толкая меня в грудь. — Ха? — Она снова толкнула меня. — Кого ты боишься?

— Тебя, Клэр, — прорычал я ей в ответ, тяжело дыша. — Я боюсь тебя!

ВСЕ НА ПОЕЗД ЧУВСТВ!

Клэр

— Меня?

— Да!

— Ты боишься меня?

— Да!

— Почему?

— Потому что я чертовски люблю тебя, Клэр!

— Я тоже тебя люблю.

— Я знаю, — согласился он. — Это то, что делает все еще хуже!

— Но в этом нет никакого смысла, — хрипло выкрикнула я. Потрясенная его признанием, я стояла под дождем, смотрела на единственного парня, которого я когда-либо любила, и кричала: — Ничто из того, что ты говоришь, не имеет для меня никакого смысла, Джерард!

Я не хотела быть влюбленной в него, но была. Это отстой. По-крупному. Я хотела ответной любви. Настоящей. Такой, какая была у Шэннон с Джонни. И Иф с Джоуи. Ну, за вычетом наркотиков и подростковой беременности. Я просто хотела настоящих отношений.

С ним.

Он отметил меня в детстве, и с годами этот знак только глубже запечатлелся в моем сердце. Тем не менее, я знала его. Он остался в моем сердце. Казалось, я не могла пройти мимо него.

Очевидно, я просила слишком многого, потому что у парня, которого я хотела, была сломана голова. У него не было тех чувств, которые были у меня. Он работал не так, как я.

— Когда хоть что-нибудь в моем мыслительном процессе имело смысл, Клэр? — Крикнул Джерард в ответ. — Я знаю, что я все это порчу. — Он провел рукой по своим мокрым волосам и беспомощно пожал плечами. — Я не пытаюсь намеренно расстроить тебя. Клянусь Христом, это не так, но так бывает. — Он пораженно вскинул руки. — Похоже, именно это я и делаю, Клэр.

— Тогда тебе нужно остановиться.

— Я пытаюсь, — процедил он сквозь стиснутые зубы. — Именно это я и пытаюсь сделать, Клэр. Я пытаюсь обсудить это с тобой!

— Мне больше не нужны слова, Джерард, — захлопала я в ответ. — Мне не нужно, чтобы ты добавлял в атмосферу больше слов, которые ты не имеешь в виду.

— Я этого не имел в виду? — требовательно спросил он. — Чего я когда-либо не имел в виду?

— Как насчет всей той лжи, которой ты пичкал меня последние шестнадцать лет о любви ко мне и желании, чтобы мы были вместе, — выдавила я. — Только для того, чтобы при каждом удобном случае разворачиваться и делать наоборот!

— Я действительно люблю тебя, Клэр. Я действительно хочу быть с тобой. Я всегда хотел быть с тобой. Я просто…— он резко замолчал и разочарованно вздохнул, уперев руки в бедра. — Если ты просто позволишь мне объяснить …

— Я рада, Джерард, — настаивала я высоким и надрывным голосом. — Я позволяю тебе объяснить. Я дала тебе все время в мире, чтобы объяснить. Чтобы разобраться в этом до чертиков. Шестнадцать лет, если быть точным. Но ты не можешь достаточно быстро придумать достаточно веское оправдание, не так ли? — Я покачала головой. — Вместо этого ты говоришь все правильные слова, а потом оборачиваешься и делаешь совершенно противоположное. — Стуча зубами от холода, я в отчаянии топнула ногой. Большая ошибка. Мой ботинок угодил в выбоину, из-за чего коричневая, мутная вода забрызгала все мои колготки. Снова. В ярости я сжала руки в кулаки и закричала. — И теперь я снова в грязи! — Я уставилась на него, сердце колотилось со скоростью тысячи миль в час. — И эти туфли новые!