— Фу, нет, — выдавила я, чувствуя, как мое сердце протестующе сжалось при одной мысли. — Я не могу пойти на свидание с Джейми.

— Почему бы и нет?

— Потому что я…— У меня не хватило слов, я попробовала снова. — Потому что я…

— Ждешь его? — Лиззи покачала головой. — Тебе нужно начать жить своей жизнью, Клэр.

— Я живу, — начала оправдываться я, когда дверь общей комнаты распахнулась, и в комнату вошло знакомое лицо.

— Кстати, о другом добряке, который не верит в патриархат, — заметила Лиззи, когда вошел Джоуи Линч, увлеченный беседой с двумя своими братьями и сестрами, одного из которых он буквально затаскивал в комнату за шиворот.

— Что я тебе говорил, малыш? — он рычал. — Держись подальше от Туоми.

— Вот именно, — добавила Шэннон, спеша рядом со своими братьями. — Не давай ему еще одной причины отстранить тебя.

— Послушай, Джо, я не виноват, что этот придурок попал к нам в поле зрения. — Выглядя как разъяренный львенок в лапах своего отца-альфы, Тадхг вырвался из объятий старшего брата и хмуро посмотрел на него. — Он явно имеет на нас зуб.

— Такова цена нашей фамилии, малыш, — парировал Джоуи. — Привыкай к этому.

— Это правда, — согласилась Шэннон, нетерпеливо кивая. — Это несправедливо, но такова жизнь для нас в этой школе.

— Не только в этой школе, — невозмутимо предложил Джоуи. — Его имя будет преследовать тебя повсюду, малыш, так что ты можешь либо смириться с этим, либо что-то с этим сделать.

— И когда он говорит «сделай что-нибудь с этим», он не имеет в виду использовать для этого кулаки, — добавила Шэннон, беспокойно прикусив губу. — Драка ничего не решает, Тадхг.

— Драки ничего не решают. — Ощетинившись от едва скрываемого напряжения, Тадхг прошествовал к диванам и опустился на соседний со мной. — Не надо, блядь, меня опекать.

— Доброе утро, семейка Линч. Как поживает мое любимое трио братьев и сестер? — Прощебетала я с ухмылкой. Ткнув Тадхга локтем в бок, я подмигнула ему. — Как проходит твой день, нарушитель спокойствия?

Тадхг ухмыльнулся мне в ответ. — Намного лучше, когда вижу тебя, блондиночка.

— Извините, что привела его сюда, ребята, но у нас не было выбора. — Все еще теребя губу, Шэннон обошла диваны и плюхнулась рядом с братом. — Очевидно, неприятности преследуют его, как магнит.

— Звучит знакомо, — протянула Лиззи. — Как дела, Джо?

— Доброе утро, — поздоровался Джоуи. Жуя сваренную вкрутую конфету, как сумасшедший, он бросил свою сумку на диван рядом с ней, прежде чем направиться прямиком на кухню.

Мне не нужно было оглядываться, чтобы знать, что делает Джоуи. Он выполнял одно и то же упражнение каждое утро с тех пор, как попал в Томмен. Вскипятив чайник, он приготовил утреннюю порцию кофе, добавив в кружку три огромные ложки растворимых гранул и половину пакетика сахара. Без молока. Без сливок.

Вернувшись к дивану со своей кружкой, он опустился на диван рядом с Лиззи и размешивал кофе с яростью, которая убедила остальных из нас, что он тайно борется с очередным пристрастием.

Было неприятно знать, что у Джоуи так сильно болит внутри, видеть, как он борется с демоном зависимости, который почти уничтожил его, но было невероятно укрепляющим видеть, как он ежедневно надирает задницу упомянутому демону и выходит на первое место.

Я быстро поняла, что когда дело доходит до зависимости, будущее никогда не бывает предрешено, но Джоуи день за днем выигрывал войну со своим разумом, и это все, на что можно было надеяться.

— Мне было бы намного лучше, если бы мне не приходилось постоянно прикрывать спину этой горячей головы.

— О, пожалуйста, — фыркнул Тадхг. — Как будто ты в состоянии судить меня.

— Это потому что в силу своего положения я могу судить о тебе, — невозмутимо возразил Джоуи. — Не будь мной, малыш. Будь лучше.

Это, казалось, успокоило мистера Отношение, потому что вместо резкого ответа Тадхг скрестил руки на груди и нахмурился, уставившись в пол, явно глубоко задумавшись.

— Как семья, Джо? — Спросила я, переводя разговор в более безопасное русло, одарив супер-горячего брата Шэннон ослепительной улыбкой.

— Все хорошо.

— Есть новые фотографии главного героя?

— О, у меня их куча, — выпалила Шэннон, а затем сунула мне в лицо свой телефон. — Видишь его легкую улыбку на этом снимке? — восторгалась она, указывая на ангельски выглядящего херувим с огромной липкой улыбкой. — Разве он не самое прекрасное создание, которое когда-либо видели твои глаза?

— Определенно, — охотно согласилась я.

— Он явно унаследовал это от своей мамы, — протянула Лиззи.

— Очевидно. — Слабая улыбка тронула губы Джоуи, но ее было почти невозможно увидеть, потому что у него было непроницаемое лицо. Он не выказывал эмоций. Он также не разглашал информацию. Возможно, Джерард и воздвиг стены вокруг своего сердца, но стены Джоуи Линча были построены по чертежам Великой Китайской стены.

Несмотря на это, у него, казалось, были странные дружеские отношения с нашей беспокойной подругой. Их подсознания, вероятно, сблизились из-за взаимной ненависти ко всему человеческому.

— Ага, — проворчал Тадхг. — Потому что его отец выглядит дерьмово.

— Ой, да заткнись ты, — отругала Шэннон.

— Я мог бы сказать тебе то же самое, — нахмурившись, ответил Тадхг. — Все, что я, блядь, слышу в эти дни, это твой голос.

— Тадхг.

— Джонни, о, Джонни, да, — передразнил он голос своей сестры. — Мне нравится, когда ты трешь мне лицо своими большими овальными мячами для регби.

— Тадхг!

— Итак, когда крестины малыша Эй Джей? — Я бросила своей лучшей подруге спасательный круг, спросив.

— Без понятия.

— Ты не знаешь? — Я уставилась на него. — Джо, ему уже почти два месяца.

— Да, — согласилась Шэннон. — И Мерфи сказала нам, что детей следует крестить до того, как им исполнится четыре недели. — Пожав плечами, она добавила: — На всякий случай.

— И что? — Лиззи поспешила защищаться. — Не все покупаются на это дерьмо, девочки.

— Какое дерьмо?

— Церковь.

— О, мой Бог. — Я уставилась на нее. — Ты не всерьёз.

— Да, — беззаботно ответила она. — И ты только посмотри, меня тоже не сразили огненные разряды. Забавно, да?

— Мило, — усмехнулся Тадхг в знак явного согласия.

— Ну, я верю, — заявила я.

— Молодец. Верь во что хочешь. Только не запихивай это мне в глотку, и у нас все будет хорошо, — парировала Лиззи. — Кроме того, — продолжила она, явно раздраженная тем, что я сказала, — по моему скромному мнению, намного легче верить в Бога, когда у тебя нет причин не верить.

— Господи, я так рада, что у меня есть сын, — пробормотал Джоуи себе под нос. — Девочки-подростки сами по себе представляют собой совершенно иную жизненную силу.

— Ты уверен в этом, Джо? — Тадхг поддразнил. — Он может стать таким же, как я.

— Это было бы не самое худшее, — беззаботно ответил Джоуи. — Ты был мечтой приучится к туалету.

Лицо Тадхга стало ярко-красным. — Ты, блядь, не всерьёз говоришь это в компании.

— На этот раз меня не переубедишь, ребята. Я серьезно. Я ухожу, — знакомый голос Джерарда наполнил воздух за мгновение до того, как он ворвался в гостиную, только что приняв душ и одетый в школьную форму, без джемпера. — Я отказываюсь участвовать в еще одном блюющем тренинге от рук этого садиста.

— О, здорово, — невозмутимо произнес Тадхг, — Толстяк здесь.

— Что я тебе говорил насчет того, что ты называешь меня толстым, — парировал Джерард, не сбиваясь с ритма. — Я ширококостный, ты, маленький засранец.

— Не ссорься с первокурсником, Гибс. — Джонни, на котором тоже не было джемпера, неторопливо вошел вслед за ним. — И охлади пыл ко всей этой саге об отставке, идиот. Тренировка была не такой уж плохой.

— Великолепно, — пробормотала Лиззи, скрестив руки на груди. — Капитан Фантастика и его закадычный друг из шоу уродов.

— Разве это не было плохо? — Бросив школьную сумку на пол, Джерард повернулся и уставился на своего друга. — Я обветренный! Там, внизу, Джонатан. Мои яйца потрескались, говорю тебе!