– Половина решения, - откликнулась моя мама с кратким тоном.

– Это чушь, - поспорил Тедди, отмахиваясь от нее, делая более очевидным с каждым его словом, что ему не важно женское мнение ни в чем. – Слушай, Тони, - продолжал он, обращаясь к папе. – Твоя жена, может быть, в розовых очках, но я знаю, что глубоко внутри ты видишь ситуацию такой, какая она есть. Это чертов кошмар. Мой парень не в состоянии воспитать ребенка. Он идет на быстрый путь в никуда, и если ты не хочешь, чтобы твоя дочь последовала за ним, тогда отправь ее на корабле в Англию и позаботься, чтобы она порвала с ним отношения.

– Она не поедет на чертову Англию! – выкрикнул Джоуи, вспыхивая на своего отца. – И у тебя чертовски много наглости сидеть напротив меня, давая советы отца и обвиняя меня в неспособности воспитать ребенка.

– Джоуи, сынок…

– Нет, Тони, позволь мне закончить, потому что это нужно сказать, - спорил Джоуи, поднимая руку перед моим отцом и фокусируясь на Тедди Линч. – Может быть, ты имеешь шестерых детей, но ты чертовски точно не воспитал их.

– Джоуи, - Мэри выдавила, выглядя встревоженной. – Пожалуйста, не начинай об этом.

– И ты, черт возьми, не воспитывала нас, - откликнулся он, голос, пропитанный обвинением, глядя на свою мать. – Даррен воспитывал меня и Шэннон. Не ты, и не он. Даррен воспитывал нас – пока твой муж буквально не выгнал его за границу. И тогда, всю заботу о нас оставили мне. Так что не сиди, блядь, там и не делай вид, что я не в состоянии быть хорошим отцом своему ребенку, потому что именно этим я занимаюсь с твоими с двенадцати лет! – Я не открыла рот, чтобы остановить его, потому что эти придурки заслуживали услышать его боль. Им нужно было услышать правду. – Я не он, и Ифа не ты, - Джоуи продолжал обращаться к своей матери. – И ты можешь говорить, что угодно обо мне, старик, - добавил он, обращаясь к своему отцу. – Но ты, ни хрена не знаешь о том, какой я человек.

– Я знаю точно, кто ты, - ответил его отец, непоколебимый. – Ты тот же самый, что и я двадцать четыре года назад. – Ничто другое, что он мог сказать, не могло бы больше ранить Джоуи, чем эта аналогия, и я почувствовала, как его рука стала слабой в моей, когда он откинулся на спинку стула, выглядя, как после удара.

– Это не правда, - я поспешила успокоить. – Ты совсем не похож на него. – И на этот раз, когда я сказала эти слова, я имела в виду это физически, а также любым другим способом. Долгое время я думала, что Джоуи обладает поразительным сходством со своим отцом, и для тех, кто не смотрел достаточно внимательно, это было, безусловно, правдой. Но сидя здесь, глядя на отца и сына в ясном свете нашей кухни, различия были очевидными. Пухлый и с животом от годов алкогольного злоупотребления, хотя он и не был толстым мужчиной, он весил значительно больше своего сына.

В глазах Джоуи была какая-то нежность, которой глаза его отца были лишены. У него был нос его матери, заметила я, и ее высокие скулы. Подобно его сестре, у него были опухшие, припухшие губы, которые они, судя по всему, унаследовали от нее. И конечно, хотя оба они были высокими, широкими, загорелыми и светлыми, у Тедди Линча были холодные, мертвые, без эмоциональные, коричневые глаза, в то время как в глазах его сына горели изумрудные угли пламени.

У Джоуи мог быть такой же рост, цвет волос, золотистый оттенок кожи и статура, как у его отца, но они были как огонь и лед. В нем было гораздо больше его матери, чем кто-либо мог представить.

– Все просто успокойтесь, - вмешалась моя мама, поднимая руки. – Мы здесь, не для того, чтобы говорить о прошлом. Обо всем этом можно будет поговорить в другой день. Сейчас нам нужно говорить об этой беременности, потому что через более пяти месяцев наши дети будут ждать ребенка, ребенка, которому мы будем бабушкой и дедушкой.

– Если кто-то за этим столом думает, что я позволю ему приблизиться к моему ребенку, то вы все чертовски сумасшедшие, - выкрикнул Джоуи, сверкая глазами на своих родителей. – Через мой труп.

– Джоуи, - заплакала его мама. – Пожалуйста.

– Да, - решила я вставить слово, не ради чего-то другого, кроме как напомнить ему, что у него есть я в этой борьбе. – То, что сказал Джо.

– Ифа, - вздохнула мама, качая головой. – Ты не помогаешь.

Я посмотрела на нее взглядом, который говорил, так что?

– Думаешь, мне это важно? – с насмешкой рассмеялся Тедди. – Я никогда не хотел видеть твое лицо, парень. И до сих пор не хочу, так что заставляет тебя думать, что я захочу видеть что-то, что выходит из тебя?

– Мое сердце истекает, - насмешливо проговорил Джоуи.

– Ты будешь истекать, когда я дам тебе по морде.

– Господи, Тедди, - отреагировал папа, прогоняя руку по волосам. – Ты разговариваешь со своим сыном.

– Все должны успокоиться, - приказала мама, обращаясь ко всему столу. – Это не должно становиться личным.

– Знаешь что, мне кажется, что это уже так, - заявил Джоуи, отталкивая свой стул и вставая.– Прости, Триш, но я не сяду здесь и не буду говорить о ребенке, которого я никогда не позволю этим двум ублюдкам испортить.

– Кем ты, черт возьми, считаешь собой? – Сердито встал его отец, обошел стол и грубо схватил его крепкую руку за шею. – Садись, парень, - приказал он, заставляя Джоуи сесть обратно.

Сжимая зубы, я наблюдала, как мой парень держит руки у бедер, отказываясь проливать кровь в доме моей семьи, позволяя своему отцу манипулировать с ним.

Это было унижающе. Это было отвратительно.

– Эй! – Не в силах остановить, внутреннее желание защитить мальчика, которого я так сильно любила, я царапнула ту руку, которую он использовал для сжатия шеи. – Убери свои грязные руки с него.

– Ифа!

– Даже не смотри в ее сторону, -прорычал Джоуи, вставая на ноги, чтобы не закрыть меня от взгляда его отца, когда он открыл рот, чтобы ответить.

– Джоуи, - рыдала его мать. – Пожалуйста…

– Я закончил с тобой разговаривать, - сказал ей Джоуи дрожащим тоном. – Я закончил с тобой. – Он повернулся к моему отцу и сказал: – Это не я ухожу от моих обязанностей. Это я уклоняюсь от обвинения в убийстве. – Расстроенно вздохнув, он нежно приподнял мой подбородок, костяшками пальцев и сказал: – Ты со мной?

Встав со стула и встав на ноги за считанные секунды, я направился к двери, моя рука крепко переплелась с его. – О, еще как я с тобой.

– Подождите здесь, - крикнула нам вслед мама. – Даже не думай бродить по городу в темноте, в твоем состоянии. Возьми Джоуи наверхв свою комнату, пока мы закончим здесь.

– Вверх по лестнице? – пробормотал папа. – Правда, Триш?

– Что они собираются делать, Тони? – Мама вздохнула. – Снова забеременеть?Им нужно вытащить одно, чтобы вставить другое.

– Господи, не давай им никаких представлений.

***

– Что за чертова наглость, чтобы появляться здесь, - выговорил Джоуи, шагая по полу моей спальни. – Святой ублюдок думает, что у него есть хоть какое-то право учить меня родительству. Проклятый тип ни разу в жизни не менял подгузник, и, черт возьми, он уж точно не заплатил бы за него!

Прошел более часа с тех пор, как мы поднялись в мою комнату, оставив наших родителей внизу разбираться, и он все еще ходил вокруг как сумасшедший.

– Вся его сторона семьи такая же, - продолжал он ругаться, волосы встали в сорок разных направлений от чистой высоты тяжелого тяготения фрустрации. – Уроды, все они.

Одетый в свою школьную форму и выглядя слишком комфортно в моей комнате, Джоуи топтался вокруг моей комнаты, как бульдозер, каждые несколько минут останавливаясь, чтобы перевернуть кривой плакат на моей стене или сложить один из многих предметов одежды, разбросанных по полу.

– Если бы ты встретила его отца-урода и подонков братьев, ты бы знала, о чем я говорю, - бормотал он, складывая еще одну пару моих выброшенных джинсов. – А его мать? – Он покачал головой и вздрогнул. – Даже не буду начинать об этой чертовой ведьме.

– Твоя бабушка? – спросила я, сидя на своей кровати, делая себе французский педикюр. – Я думала, она милая.