— Твою мать, Машка, твои руки — это самое нереальное, что может быть, — довольно заявил Демид. — Чистый кайф и релакс. Чуть не уснул.

Улыбнувшись, быстро чмокнула его в губы.

— Пойдем, а то нехорошо засыпать голодными.

— Я припомню тебе эту фразу, когда мы поедим, — многозначительно проговорил Басаргин.

Ужин проходил в полном молчании.

Нет, у нас не кончились темы для разговоров.

Нет, мы не наскучили друг другу.

Просто безмолвие между нами высекало такие искры, что, казалось, любое слово может заставить пространство вокруг вспыхнуть.

Демид медленно ел стейк. Вряд ли он наслаждался идеальной прожаркой. Наверняка, как и я, он не чувствовал вкуса.

Напряжение, влекущее нас друг к другу, выбивало все мысли из головы. Приходилось напоминать себе о еде.

Только как же сосредоточиться на чертовом мясе, когда мой мужчина так сексуально разрезает его на куски буквально в нескольких сантиметрах от меня?

— Нахер! — прозвучал рычащий возглас в тот момент, как мы оба бросили приборы на стол.

Я подскочила на ноги, а Демид тут же оказался рядом, зацеловывая, покусывая, сжимая.

В этом сумасшествии он подхватил меня и усадил на столешницу. Я отключилась от реальности, утонув в ощущениях, которые дарила близость этого мужчины. Совершенно неожиданно и идеально вовремя он рванул полы рубашки в сторону, заставив несчастные пуговицы градом разлететься в стороны.

— Какая же ты красивая, — шептал Демид, лаская грудь.

Вдруг он остановился, обхватил ладонями мое лицо, и заговорил, твердо глядя в глаза.

— Для тебя. Я. Сделаю. Все.

Я нежно провела рукой по его щеке и улыбнулась.

— Как и я для тебя.

Несколько секунд. Без движения. Без дыхания.

И снова шаг в бездну.

Теперь ни один из нас точно не сможет остановиться. Да и не захочет.

Демид опустил руку между моих ног, нежно провел по складочкам, и удовлетворенно улыбнулся, поняв, что я готова для него.

— Мокрая, — довольно протянул он.

— Так воспользуйся уже этим, Басаргин.

Больше я не смогла сказать ни одного слова. Потому что, освободившись от штанов, Демид резким толчком вошел в меня, вырывая неконтролируемый стон.

— Не смей меня провоцировать женщина, иначе я озверею, — хрипло угрожал он, безжалостно ускоряясь.

Но этого зверя я уже давно перестала бояться. Потому что знала, что бы ни случилось, он — мой.

— Да-а-а! — выкрикнула я, когда внизу собралось все возбуждение этого вечера и рвануло, растекшись лавой по телу и осыпавшись цветными вспышками перед глазами.

Демид толкнулся последний раз и, рвано выдохнув, уперся мне лбом в плечо.

— Я тебя люблю.

— И это взаимно, Демид Александрович, — хихикнула я, не веря, что можно быть настолько счастливой.

Я нежилась в объятиях моего бандита, который последние дни, кажется, не отпускал меня от себя ни на секунду.

Бросив все, мы решили полностью погрузиться в свадебные хлопоты и друг друга, а потом погреться две недельки на берегу океана.

— Дём, мы так никогда из постели не выберемся, — начала ворчать, когда наглая, и очень хорошо меня знающая ладонь, стала пробираться к самым чувствительным частям тела.

— Звучит отлично, — хрипло проговорил он, накрывая мои губы нежным глубоким поцелуем.

Я блаженно застонала, и в этот момент послышались голоса.

— Тетя Маша! Ты где? Мы плиехали пловелить ваши дела!

— Шуваловы! — вскрикнула я, выбираясь из-под Демида. — Надень хоть что-нибудь!

Мой умоляющий взгляд на Басаргина не подействовал.

— Мы в своем доме. И мы их не звали. С чего дергаться?

— Мда, Басаргин, твоя гостеприимность поражает, — съязвила я.

Вдруг дверь резко распахнулась и в комнату вошел Ратмир, нахально привалившись к стене и сложив руки на груди.

— Ратик, вот я не пойму. Ты ж вроде семейный человек, а нарываешься на мордобой, — с затаенным весельем произнес Демид.

— Дёма, ничего личного. Возвращаю должок твоей будущей жене. Ведь накануне перед свадьбой жених и невеста должны быть порознь?

Так это они мне мстить приехали за то, что я их, в свое время, по разным комнатам распихала?

— Ратмир, детский сад! В итоге, ты же все-равно к Ольке в постель заявился, я всего лишь вам утром придала ускорение.

— Вот и ускоряйся. Львица тебя конфискует, а мы с детьми будем проводить твоему жениху мастер-класс по отцовству.

Оказалось, что свадебный организатор не смог дозвониться до нас с Демидом, и в отчаянии связался с Ольгой, чтобы та достала нас из-под земли (а точнее меня из-под Басаргина).

Наскоро собравшись, отправились с подругой в ресторан, решать срочные вопросы по декорациям и вносить правки в меню, потому что из-за неподходящей поставки чего-то там их шеф не мог приготовить какой-то супер соус для нашего горячего. А это мясо должно подаваться только с этим соусом, видите ли. Выслушав бессмысленную тираду от повара, я ткнула пальцем в первое попавшееся мясное блюдо, потому что мне было плевать.

Я стану женой Демида Басаргина, и это единственное, что по-настоящему важно.

— Точно не хочешь у нас переночевать? — спросила Ольга, когда мы с Демидом провожали их семейство до машины.

— Точно. Не хочет, — отрезал Басаргин нахмурившись, чем вызвал смешок даже у Оли.

По привычке потянулся, чтобы нащупать свою вредину и прижаться теснее.

Почему-то времени на это уходило больше, чем обычно.

Наконец, рукой наткнулся на кого-то. И это точно не моя женщина.

Мгновенно открыл глаза и вскочил, готовый нападать.

— Дёма, спокойно! Фонарь под глазом не подойдет к моему костюму.

— Твою мать, Шувалов! — выдохнул я, заваливаясь на спину. — Не слишком ли часто мы стали видеться?

— Я тоже рад тебе, дружище, — хмыкнул Ратик. — Львица забрала твою Марушу собираться и оставила меня, чтобы ты не помчался ее обратно отвоевывать.

— А сколько времени?

— Одиннадцать.

— Фигасе.

— Во-во, я уж было сам чуть не уснул.

Приняв душ, я надел костюм, купленный специально для этого дня, запустил ладонь в волосы, чтобы они высохли как надо, и в двенадцать уже нервно мерял ногами комнату, потому что время тянулось слишком медленно, а я уже хотел получить свою ведьму.

— Да угомонись ты, — цыкнул Шувалов. — Давай выпьем.

— Надо было все на час назначать, — проворчал я.

— Ага, это ты пальцами причесался и готов. А Маше тогда пришлось бы в 5 утра просыпаться.

— Нахера? — искренне недоумевал. — Она же даже непричесанная шикарна. Что с ней можно столько часов делать?

— Не знаю, брат, — понимающе проговорил Ратик, — я в этом не шарю.

В два я был уже совсем на нерве, так что попросил Шувалова проверить, все ли гости собрались на фуршет. Может удастся начать все пораньше.

Наконец, я оказался у чертовой арки, прилагая всю силу воли, чтобы не переминаться с ноги на ногу, как дебил.

Спустя миллионы секунд в проходе появилась ОНА.

Женственная. Уверенная. Дерзкая. Моя.

Чего мне только стоило не рвануть к ней на встречу, кто бы знал.

Оказавшись напротив, Маша утащила меня в глубину лисьих глаз. Ласкала взглядом. Обещала больше, чем могли выразить слова.

Моя женщина. Моя жена. Та, кому я могу доверить свою жизнь. И за кого готов её отдать.

Далекая мечта, неожиданно воплотившаяся передо мной.

Мария Басаргина.

— Муж, просыпайся, мне скучно, — капризно захныкала, заскочив сверху на Демида.

— Женщина, да что ж тебе вечно не спится? — проворчал он, а потом каким-то невообразимым образом крутанулся подо мной и оказался спиной кверху.

Намек понят.

С тех пор как Басаргин поймал кайф от моих рук на его теле, он стал каждый день укладываться так, как сейчас и требовать пятнадцать минут самозабвенного массажа. С продолжением, естественно.