Крадущие за окном припустили быстрее, заметив вспышки. Снаружи донеслись взволнованные голоса и топот.

— Уходите, — велел Мирав, уверенными движениями разматывая нить связующую, и протянул кончик Эилун. Видящая с отрешённым видом уже проговаривала заклинание. — Мы их задержим. В плен не попадём и не погибнем…

— Помогите! — громко закричала Майя. Кресло вправду держало её. — Сюда, сюда, скорее!

Вита, подхватив рюкзак, вскочила с дивана и бросилась к Аэнгилу. Он уже выхватил книгу и взмахнул рукой, открывая проход в Преломление.

«Цветок» раскрылся заторможенно, клубящийся и серый; бледное кольцо середины светилось еле-еле.

Вита без подсказок схватила мага под руку.

Входная дверь с грохотом распахнулась, в дом ворвались маги… хотя как ворвались — дисциплина у них явно хромала: они ринулись все скопом и тем самым создали в дверном проёме «пробку». Прихожая наполнилась шумом и ругательствами.

Майя испустила пронзительный вопль, и вокруг неё взвихрилась синяя магическая метель. Под потолком пронеслась фиолетовая молния и с шипением ударила в угол.

Что сделали в ответ Мирав и Эилун, Вита уже не увидела: Аэнгил рывком утянул её в холодное Преломление.

Оно снова изменилось: тот жуткий холод смягчился, пространство стало белее и «дробилось», как огранённый кристалл (или сотни огранённых кристаллов), — в «воздухе» зависли тысячи заиндевевших ромбовидных «стёкол». «Небо» же наоборот — почернело. Исчезли тени, взамен появились звуки — шелест, шорох и даже будто бы отдалённый шёпот…

Проход из дома Бринка в Преломление схлопнулся, и одновременно что-то хлёстко стегнуло Виту по спине; девушка пошатнулась, сбившись с шага.

— Держись! — выдохнул Аэнгил.

Вита удивилась, что у него изо рта не идёт пар, и сама сделала выдох, чтобы проверить. Ни облачка.

Маг, обведенный дымчатым контуром зелёного свечения, тем временем не останавливался, увлекая за собой девушку, — шаг. Второй. Третий…

Свист всколыхнул парящие «стёкла», и они качнулись туда-сюда, как маятники, вызывая друг у друга вибрирующий резонанс. Преломление накренилось, хотя поверхность под ногами осталась неподвижной. От несоответствия верха и низа Виту замутило.

Аэнгил споткнулся, и «стёкла» со свистом и скрежетом лопнули. Вита вскинула руку, защищая лицо от летящих осколков.

А затем наступила тьма.

Вита почувствовала, как Аэнгил, продолжая шагать, сделал движение обеими руками, прошелестели страницы. Замерцала зелёная пыльца.

Лепестки Преломления (на этот раз — розоватые) внезапно раскрылись и хищной пастью сцапали путешественников, чтобы почти сразу же «выплюнуть» в новую темноту, душную и липкую. Вита даже подумала, что её и Аэнгила на самом деле проглотила какая-то гигантская тварь, и теперь они у неё во внутренностях…

Аэнгил издал странный кашляющий звук и начал оседать на землю… на то, что было под ногами. Удержать мага в вертикальном положении Вите не хватало сил, и она смогла только усадить его и сесть рядом, подпирая. Заодно ощупала твёрдую поверхность — шероховатые уличные булыжники.

Всё-таки не пищевод.

— Всё нормально, — хрипло прошептал маг. — Отдача… ударила сильнее, чем предполагалось. Пришлось выкручиваться, — последнее слово он добавил совсем тихо и неразборчиво, но явно ругательно.

Постепенно глаза привыкли к темноте — не такой уж и кромешной, словно наступил поздний вечер; вероятно, так и было. Вита различила узкую улицу и двух- и трёхэтажные дома. За чёрные силуэты крыш цеплялось гладкое и безучастное тёмно-серое небо. Фонари на высоких столбах спали.

— Куда это нас занесло? — прошептала Вита.

— Не узнаёшь? — Аэнгил издал тихий смешок. — Мы были здесь не далее как сегодня утром. Занесло и повезло… хотя везение сомнительное.

Преломление привело путешественников прямиком в Ноктур, слившийся с Рефлектом.

Глава 33

Сразу десяток синих и зелёных заклинаний ударили в Мирава — и безвредно рассыпались о барьер, поставленный Эилун: вокруг Видящих рисовался отчётливый контур непроницаемо-чёрного шара.

«Слепой зрачок».

Несколько атак обогнули контур и попытались ударить Видящих в спину, но потерпели такую же неудачу. Мирав, не обращая на них внимания, наматывал свой конец нити связующей на левую ладонь, правой извлёк из ножен меч и держал его перед собой остриём к полу.

Майя почти задыхалась, силясь подняться на ноги, — тело не слушалось, налившись свинцовой тяжестью. Амулет Александра нисколько не защитил магессу от магии его ученика и больше того — подавил силу самой Майи: Аэнгил отмахнулся от самого мощного её обездвиживающего заклятия как от назойливой мухи. А затем скрылся с девчонкой в Преломлении…

Собравшись с силами, отчаянным усилием воли и остатков внутреннего резерва Майя сосредоточилась и отпустила заранее оттянутую «пружину», которую вручил ей Александр.

«У тебя есть всего день, чтобы заготовить это заклинание и напитать его. Используй все запасы энергии, какие найдёшь в доме, если понадобится — разбей пару артефактов. Постарайся попасть в Виту, и желательно — в тот самый момент, когда проход в Преломление будет открыт настежь. Но прежде убедись, что девочка получила мои записи», — напутствовал Александр, протягивая Майе листок с заклинанием.

Энергия при выстраивании символов стягивалась в тугую спираль и при высвобождении обрела невероятную скорость — в воздухе даже росчерка не осталось; Майя только и увидела, что на спине Виты сверкнули серебристые круги, частично доставшиеся рюкзаку, и проход закрылся.

Аристеро болезненно сдавило запястье магессы; она так полностью и не овладела «Левой рукой»…

К сожалению, невозможно было точно узнать, подействовало ли заклинание. Зато магия Аэнгила наконец-то отпустила Майю, но теперь женщина сама не спешила подняться — исполнение просьбы Александра дорого ей обошлось, выпив резерв начисто.

Никчёмная слабачка.

Мирав и Эилун одновременно подняли руки — он левую, она правую — и открыли проход в Преломление. Бледно-зелёный бутон распустился не до конца: края лепестков наткнулись изнутри на кромку «Слепого зрачка» и скрутились; это нисколько не помешало Видящим убраться прочь. За миг до исчезновения Мирав с размаху вогнал меч в пол; клинок вошёл сразу до половины и взорвался зелёной вспышкой. Сморгнув, Майя поняла, что артефакт тоже пропал, будто его и не было — даже следа в полу не осталось.

Крадущие Свет, громко переговариваясь и топоча, разошлись по дому. Один мощным ударом снёс и без того распахнутую дверь в гостиную, вымещая злость, и шагнул в комнату — высокий худощавый мужчина с тронутыми сединой каштановыми волосами.

— Ушли! — выплюнул он. Его вытянутое лицо странно подёргивалось, тёмные глаза налились кровью. Майя его не знала. — Что, Бринк, доволен? Помогла им твоя гадючья зенка!

— Кэйд, успокойся, — бросил Александр, входя следом, и направился к Майе. Она ещё в прошлую встречу заметила, что за месяцы отсутствия он похудел и осунулся, но сейчас тусклость освещения сильнее подчеркнула его усталость. — Всё прошло по плану. Они бы сбежали в любом случае, а сейчас они там, где должны быть.

Кэйд презрительно фыркнул и плюхнулся на диван.

— Годы жизни рядом с Видящими до сей поры дают о себе знать, а, Бринк?

Александр проигнорировал глумливый вопрос, посмотрел Майе в глаза и крепко взял за руку. Магесса почувствовала, что он делится с ней энергией, и попыталась отодвинуться.

— Не надо! Я не смогла выполнить твоё поручение…

— Смогла. Скажи, ты метнула заклинание в Виту и попала? — дождавшись кивка, Александр объяснил: — Ты «Теневитым крючком» прицепила к ней «Рефлекторный прыжок», зафиксированный на Ноктуре. Куда бы они ни направлялись изначально, он выбросит их именно там. Всё сделано правильно.

Перед тем как исполнить своё обещание отправиться за крестницей, Готлиб сменил опостылевшие камуфляжные лохмотья на одежды Видящего-дозорного, в которых пришёл в Зе-Ро пятнадцать лет назад. Невзирая на изгнание из Храма Тысячи Светил, он был убеждён в своём праве носить кольчугу, наручи и тёмно-красный плащ. Вторым делом маг тщательно побрился и только тогда отправился к потайной полянке с порталом в Преломление. Хотя там пришлось немного подождать, чтобы из-за облаков выглянуло Солнце.