- Посмотри на меня, - необычайно твёрдым и властным голосом сказал Максим, и я повернулась к нему, - с Ромой уже всё хорошо. Ничего не случилось. И не случится. Я обещаю.

А я смотрела на него и… Верила. Правда верила. Такого спокойного и собранного Максима я видела впервые. Казалось, что он и правда, может защитить брата от всех бед мира.

И на душе вдруг стало так спокойно!

Я кивнула. Он тоже. Снова плавно завёл мотор. Когда приехали в больницу, я спокойно пошла вслед за ним.

Рома был в отдельной палате, лежал на постели. И если не считать кровоподтёков и ссадин на лице, то был почти в порядке.

- Представляешь, Жас, хотел тебя набрать, и обнаружил, что телефон полностью разбит, а симка вылетела… - Вздохнул Рома, - вот, пришлось Макса просить тебя набрать. Ты быстро приехала…

- Ты как?

Я подошла к кровати и осторожно присела.

- Да вроде нормально. Мне уже сделали кучу снимков, переломов нет.

- Как это произошло?

Я посмотрела на Макса, который стоял, прислонившись к косяку двери.

- Да, не спалось мне как-то, решил проехаться. За рулём, видимо, задремал. Пришёл в себя уже, когда машина в отбойнике была…

МАКСИМ

Я стоял и смотрел на то, как мой родной брат нещадно лжёт Жасмин. И мне стало противно. Я-то знал всю правду наверняка. Не спалось ему. Конечно. Явно ведь увидел, как в одной из соцсети Алиса выставила совместное фото с парнем. И не факт ведь ещё, что это её бойфренд, а Роман уже явно взбесился. Даже звонил мне, чтобы узнать, кто это с Алисой на снимке. Грязно ругался.

Я пытался его успокоить. Но… Всё, что касалось Алисы, слишком сильно задевало его. И почти двести километров на спидометре разбитой машины говорили об этом. А он в рубашке родился, не иначе. Машина в смятку. А он практически не пострадал.

- Милый мой, хороший. Я так испугалась за тебя…

Я скривился, когда увидел, как Жасмин взяла Рому за руку.

Больно садануло в душе, так же, как и тогда, когда Рома пришёл в себя и первым делом попросил найти Жасмин. Сначала у персонала, потом у меня, когда я приехал, когда мне позвонили из больницы по просьбе Ромы.

Какое-то гадкое, ещё не идентифицированное чувство закралось в душу. Возникло какое-то сомнение в отношении Романа к Жас. Он так ждал её, словно она… Была важна для него?.. Но ведь это было не так!! Не должно быть так!! Потому что…

А почему, собственно?!!

Да потому что, если бы она была дорога брату, я бы всеми силами пытался выжечь свои чувства к ней. А не мечтать отбить её у брата, как я делаю сейчас.

Холодок страха тут же прошёл по спине. Что я буду делать, если Рома по-настоящему встанет между нами…

Но я тут же отбросил эту мысль.

Этот Рома убивается по другой девушке. Убивается настолько, что вредит сам себе.

Простоял в палате ещё минуту и вышел, тихо закрыв за собой дверь. Тут же набрал номер Алисы.

- Тебе нужно вернуться. И как можно скорее.

РОМАН

Ярость переполняла меня с того момента, как я увидел тот злополучный снимок Алисы. За все эти годы она ни разу не выставляла фото с парнями. Ни с одним. Даже на общем фото. А тут в обнимку. И он её целует в щёку. И она так счастливо улыбается!!

Переворачиваю всё вверх дном в квартире. И не нахожу себе места. Хватаю ключи и еду на бешеной скорости по ночному городу. Ярость клокочет внутри. А потом темнота. И пустота.

И только нежный, но такой твёрдый и настойчивый голос Жасмин:

- Соня… Просыпайся… Проснись… Проснись. Проснись!!

И я открываю глаза в больнице. Окружён врачами и медсёстрами. Липкий, противный страх подкатывает к горлу…

И первым делом хочу увидеть её. Ту, чей голос выдернул меня из темноты. Жасмин. Но мой телефон разбит, а я не помню наизусть номер её телефона. Прошу набрать Макса. Тот вскоре приезжает. Прошу его найти Жас. И вот она вскоре уже в палате.

И так спокойно стало с её появлением. И страх ушёл, когда она взяла за руку…

ЖАСМИН

Я не знаю, что поменялось после аварии. Но, что-то неуловимо изменилось. В Роме. Или во мне? Это я не могла отлипнуть от него ни на минуту? Или же он стал больше времени уделять мне? Но, кажется, после аварии наши отношения вышли на новый уровень.

Несколько ночей после аварии, когда Романа уже выписали из больницы, он просил остаться рядом с ним. И мы спали вместе. Просто спали.

Тёплое бабье лето сменили промозглые осенние дожди. Резко похолодало. Я зависла у стойки с расписанием пар. На сегодня несколько отменили. Пошла волна гриппа и многие преподаватели, так же, как и студенты, заболели.

Ненавижу такую осень. Мокрую, холодную, ветреную… Бр… Мерзкую…

- Привет.

Я обернулась на голос Макса. С тех самых пор, как он привёз меня в больницу, мы почти не пересекались. Что было странно. Даже как-то неуютно, что ли?.. Может, я просто привыкла, что он постоянно мелькал у меня перед глазами.

- Привет. Давно тебя не видела.

- Соскучилась? - спрашивает, прищурив глаза.

- Ещё чего! - едва не фыркаю и отворачиваюсь от него.

- Ой, да ладно. Я-то уже думал, ты привыкла к моему юмору.

- Знаешь что! - разворачиваюсь к нему, - оставь свои дурацкие шуточки при себе. Просто иногда ты кажешься почти нормальным, и я начинаю забывать, какой ты мудак на самом деле.

- Да у нас вся семья такая на самом деле, так что не обольщайся насчёт Романа. Особенно в свете того, что скоро приедет Алиса. И она непременно захочет с ним увидится.

- И что?

- А то, что ты тут же потеряешь свою актуальность. Просто предупреждаю, чтобы ты была морально готова.

На этот выпад я не знала, что ответить, поэтому молча застыла и смотрела на Максима.

- Жас… Я просто не хочу видеть, как тебе будет больно…

Я словно в замедленной сьёмке вижу, как его рука тянется к моему лицу и вздрагиваю от его прикосновения. Макс всего лишь заправил прядь волос мне за ухо, по касательной задев щёку. Но моя реакция на это мимолётное прикосновение! Снова! Ожог кипятком! И щека горит.

- Не смей прикасаться ко мне! Никогда! - вместо гневного крика выходит слабый шёпот, и я отступаю на шаг назад, разворачиваюсь и спешу в аудиторию.

Это вообще нормально? Вот так реагировать на чьё-то простое прикосновение?? Словно все чувства в этот момент обострились в сотню раз. Так вообще - бывает??

Всю пару держусь за щёку. Чувство ожога не проходит. На перерыве иду в туалет и умываюсь холодной водой. Но легче не становится. Кажется, горит уже всё лицо.

После пар еду в общежитие. Чувствую себя хуже некуда. Кажется, я заболела. Меряю температуру, почти сорок. Без сил падаю на кровать. Нужно бы что-то выпить. С трудом поднимаюсь и смотрю в коробку, в которой обычно лежат лекарства. Ничего жаропонижающего. Только пару упаковок обезбола и угля. Набираю номер телефона Ромы. Он вне доступа. А, точно, он же с отцом улетел в командировку на пару дней. Или уже прилетел? Сознание путается. С трудом выхожу из комнаты. Может у девочек-соседок есть таблетки. Стучусь в одну из комнат. Но, там никого, в соседней тоже. Еле-еле нахожу силы, чтобы вернуться в комнату и снова падаю на кровать. Кажется, засыпаю.

Просыпаюсь от настойчивого голоса. Не понимаю, что происходит. Вот уже голосов несколько. С трудом разлепляю глаза и пытаюсь сфокусироваться на лицах. Макс, вахтёрша, тётя Люба и незнакомая женщина в белом халате.

- Так, я сейчас вколю ей троечку, должно стать легче, а завтра ей нужно на приём к терапевту. Вот. Название лекарства. Нужно дать часа через четыре. Но, если лучше не станет, снова вызывайте скорую, заберём в больницу. Грипп - штука непредсказуемая.

- Хорошо, всё сделаю.

Слышу голос Макса и хмурюсь. Не понимаю, как он оказался в моей комнате. Как строгая тётя Люба вообще впустила его, постороннего, в общежитие??

Вскоре врач ушла.

- Тёть Люба, посидите с ней, я быстро, куплю лекарство и вернусь.