- Я разве не запретил тебе!

- Запретил. Да ведь только не я отдал их ему.

Роман ухмыльнулся, только вот из-за повязки на носу это вышло отвратительно мерзко. Макса аж передёрнуло.

- То, что там написано - это правда? Мама? Папа?

Он видел, как те переглянулись между собой. И отец кивнул.

- Мне очень жаль. Ты тогда был так потрясён и твоя память, как сказал нам психолог, вытеснила этот эпизод. Что в той аварии погибли люди… Мы с мамой решили больше никогда не поднимать эту тему.

Я буквально чувствовал, что меня сверху придавило бетонной плитой. Дышать было трудно. И я едва ли не упал в кресло. Я убийца… Невольный, но убийца! Родителей девушки, которую люблю.

И она любила!.. Только не смогла быть с убийцей своих родителей. Огненный шар в груди всё разрастался, воздух вовсе отказывался поступать в лёгкие…

- Сынок!!..

- Макс!

Голос отца и брата, последнее, что я слышал, перед тем как провалиться в тёмную пустоту.

- В таком молодом возрасте - это необычно. Обязательно проверьте сердце. Сбой ритма - это вам не шутки.

Пожилой врач скорой складывал свои рабочие принадлежности обратно в медицинский чемодан.

Несколько минут назад он вколол Максу необходимые препараты. От госпитализации Макс отказался категорически.

Сейчас же он лежал на постели в своей старой комнате и смотрел в потолок. Мать с отцом суетились рядом, разговаривая с врачом. Роман сидел рядом на стуле.

- Я говорил ей, что ты не вынесешь такую новость, - сказал он, когда родители вышли из комнаты провожать врача.

- Не смей говорить своим грязным ртом о ней.

Макс повернулся к брату.

- Я не мог допустить, чтобы она была с тобой. А она всё больше и больше влипала в тебя…

- Сыночек…

В комнату вошла мать. Она подошла к кровати и присела. Рома же поднялся и вышел.

- Как же ты нас всех напугал… Сначала - эта драка с Ромой, теперь этот приступ. Что происходит? Расскажи мне, прошу тебя.

- Ничего мама. Уже ничего. Произошло то, что уже никак не исправишь… Я, всего лишь, стал невольным убийцей родителей девушки, которую люблю…

Я горько усмехнулся и поднялся. Нужно было ехать домой. Зачем? Или к Жас. Только как ей теперь в глаза смотреть?

Всё вдруг стало таким серым и бессмысленным. Пустым.

- Сынок, останься! Куда ты в таком состоянии за руль!

- Я в порядке, мне уже лучше…

Собственный голос вдруг стал совершенно бесцветным. Тело пустым и трудноуправляемым.

Но я упорно шёл вперёд. Не хотел находиться здесь.

В коридоре столкнулся с отцом, который начал о чём-то спорить с матерью. Но я уже словно не слышал их. Оглох? Возможно.

Дошёл до машины и рухнул на сидение. Завёл мотор и уехал.

Ехал по трассе со скоростью черепахи, позволяя другим автомобилям обгонять. У них была жизнь, они куда-то спешили. Что делать мне? Моя жизнь рухнула, придавив меня бетонной стеной, вышибив дух. По странному стечению обстоятельств оставив оболочку тела.

Я приехал домой и тяжело, как старик, поднялся в квартиру по лестнице. В элитном доме сегодня не работал лифт.

Рухнул на кровать, игнорируя звонки телефона.

Я не спал, просто лежал в какой-то вакуумной пустоте несколько часов.

Пока не услышал, как дверь в моей квартире открылась. Запасные ключи были только у отца. Вскоре он появился на пороге моей спальни.

- Я звонил тебе десять раз, - строго сказал он, - есть разговор, серьёзный.

- О том, что я дал в морду брату? - спросил равнодушно.

- И об этом тоже, но позже.

Отец подошёл к изножью кровати и сел ко мне спиной. Тяжко вздохнул.

- Тебе тогда ещё десяти не было. А Роме уже исполнилось четырнадцать. Ты понимаешь? Он бы понёс наказание. Ты - нет. Ты понимаешь, о чём я говорю?..

- Нет…

Я поднялся, смотря на напряжённую спину отца.

- В тот день вы, мальчишки, много баловались и бесились. Мы ехали с отдыха и машина сломалась. Вы с мамой пошли в придорожное кафе, пока я смотрел, что можно сделать. Я не знаю точно, почему Рома выбежал на дорогу. Я услышал только визг тормозов и увидел его, всего перепуганного, стоящего посреди трассы. Вы с матерью уже бежали к нему. Мы все увидели ту покорёженную машину… Ты был потрясён, увидев, что брат стал причиной аварии. Впал в какой-то ступор. У меня было совсем мало времени на принятие решения… Только спустя время я пожалел о нём…

- Решение?.. Ты вину брата повесил на меня?..

В груди снова начало жечь.

- Тебе ничего не грозило. А вот ему… Ему уже было четырнадцать…

- Ты повторяешься…

- Прости… Я слышал твой разговор с матерью. О той девушке. Ты не убийца её родителей. Прости… Теперь это невозможно доказать, но - это правда…

- О, Господи… И что мне делать с этой правдой?! Как ей распорядится? Она столько лет верила той правде. Неужели ты думаешь, что просто слова исправят ситуацию… Между нами не просто пропасть - бездна…

- Прости, сын… Я не знаю, как это исправить…

ЖАСМИН

Я несколько часов сидела на пуфике в прихожей после ухода Макса. Моё признание опустошило меня. Не было сил ни на что…

В подъезде кипела жизнь, туда-сюда сновали жители, хлопали двери, шумел лифт. А я словно замерла.

Нужно было думать об отъезде, но в голове было абсолютно пусто. Поэтому я всё же поднялась и пошла в спальню.

Задремала, свернувшись калачиком.

Я не слышала, как вошёл Макс, только почувствовала, как он сел на кровать и прикоснулся к лицу.

- Ты не закрыла дверь… Нельзя быть такой беспечной.

- Макс… Я устала…

Говорила то, что чувствовала, ощущая слёзы, которые полились из глаз.

- Я так устала… Бороться с тем, что люблю тебя. Бороться с тем, что ты - причина гибели моих родителей… Между нами - бездна… А мне так хочется её перепрыгнуть…

- Девочка моя…

Голос Макса становится глуше.

Я отворачиваюсь от него, чтобы он не видел моих слёз. Но вот, матрац позади меня проседает и Макс оказывается рядом, обнимает меня со спины.

Меня начинает бить мелкая дрожь.

Так прошла целая ночь. Мы не спали. Оба. Но и не разговаривали. Он просто молча обнимал меня. Под утро я задремала, а когда открыла глаза, поняла, что уже знаю ответ на все вопросы и у меня есть решение.

Улыбнулась, потому что, наконец, за многие годы у меня на душе был покой. Я перестала бежать. Прежде всего - от самой себя.

Я люблю Макса. Хочу быть с ним вопреки всему на свете.

Да, факт того, что он - невольный убийца моих родителей никуда не делся. Но я смирилась с ним.

Я повернулась к Максу. Он, оказывается, тоже задремал. Во сне он хмурился, и я легонько прикоснулась пальцами к морщинке, пытаясь разгладить её.

Он тут же открыл глаза.

- Скажи, что любишь меня…- прошептала.

- Люблю…

- Давай уедем. Вместе.

Макс на мгновение застыл после этих слов, его руки, лежащие на моей талии, ощутимо напряглись.

- Ты уверена?! - спросил он, требовательно всматриваясь в мои глаза.

- Да.

- Завтра же.

- А компания?

- Пока оставлю на управляющего, а там посмотрим.

- Я люблю тебя, - улыбаюсь.

Лучшее утро в моей жизни!

- Жас… Мне нужно тебе кое-что сказать. Насчёт твоих родителей…

- Нет. Пожалуйста. Давай закроем эту тему. Раз и навсегда.

- Но…

- Пожалуйста!

Я осторожно высвободилась из его рук и села. То, что я смирилась с этим фактом, не значит, что мне не больно, когда о нём говорят.

- Хорошо, не сегодня…

Макс тоже поднялся и снова обнял меня со спины.

- Куда мы поедем? - спросил он, целуя меня в шею, - Предлагаю для начала махнуть на море. Немного отдохнуть, а потом уже принять решение.

- Море это хорошо, - я наклонила голову, наслаждаясь его действиями.

- Тогда сегодня же всё оформлю, и съезжу в компанию, дам указания управляющему, - сказал он, осторожно укладывая меня на постель и нависая сверху, - а сейчас отвезу тебя к себе.