— Круто! — искренне похвалила я. — На лечебное дело пойдёшь или на фармацевтику? Выбрала уже направление?

— Думаю о педиатрии. Люблю детей.

Последний класс? Это сколько же лет кузине моего мужа?

— А сейчас наша Кэсси прогуливает утренний урок физкультуры, — взглянул на часы Трой.

— У меня уважительная причина!

— Она у тебя каждую неделю.

— Я ещё в прошлом месяце составила список из сорока причин на весь год! — фыркнула Кэсси. — И спасибо твоей внезапной свадьбе, у меня даже осталась одна запасная.

— Кэсси...

— Да ты всё равно напишешь письмо наставнице о том, что я не вру! — рассмеялась девушка. — И вообще, я прогуливаю только утреннюю физкультуру, а ту, что после обеда, посещаю. И танцы тоже. Госпожа Реналь не сможет мне поставить незачёт, пропусков всего четверть и все по уважительной причине.

Да уж, я такой степени наглости только к третьему курсу достигла.

— Мы подвезём тебя до лицея. Собирай скорее свои тетрадки, а то знаю я тебя!

— Спасибо!

Кэсси оставила чашку на подоконнике и помчалась в свою комнату.

— Сколько ей лет? — спросила я у Троя.

— Девятнадцать.

— А тебе?

— Двадцать шесть.

— Мне двадцать восемь.

— Ты говорила.

— У вас здесь до скольких лет в школе учатся?

— В норме до семнадцати, в лицее — до восемнадцати. Кэсси исполнится двадцать как раз перед выдачей аттестатов. Она уже переросла эту школьную систему, но что поделать... Так сложились обстоятельства. Главное, учится достаточно хорошо и после уроков ходит помогать в одну клинику, а не шатается с подружками по Торговой улице.

Из коридора опять послышались шаги Кэсси.

— А какое сейчас время года? — запоздало спросила я.

— Самое начало осени. Учёба в городах начинается в последний месяц лета, в сёлах — с третьей недели осени. А заканчивается в начале мая.

— То есть, в сёлах урезанная программа?

— Ну... Я не в курсе, надо Кэсси спросить.

— А, что?

— Чем школьная программа в селе отличается от городской?

— В селе нет уроков физкультуры и домоводства. А так всё одинаково.

Ну, логично.

Телефона в квартире не было, и Кэсси спустилась на первый этаж к консьержке, чтобы заказать такси.

Мы с мужем остались вдвоём. Но времени на разговоры опять не хватало. Собрала посуду по кухне и поставила в мойку. Заглянула в спальню. Высушенные подушка и сорочка валялись кучей посреди кровати. Кое-как заправила постель. Нет ничего хуже, чем вернуться после тяжёлого трудового дня к бардаку. Это убивает последние остатки нервов и настроения. Потому маленькое утреннее усилие по наведению порядка — инвестиция в спокойный вечерний отдых.

Я вытащила из торбы свою привычную сумку, капнула на шею и запястья чуточку духов, мазнула тушью по ресницам и бальзамом по губам. Решила надеть кожаную куртку, которая по цвету подходила к юбке Кэсси.

— Готова? — спросил меня Трой.

— Вроде, — кивнула я.

Мы вышли из квартиры, и муж вновь взял меня за руку. Чтобы что? Боится, что я опять во что-то вляпаюсь, или у него такое представление о романтике?

Тёмно-синий автомобиль был классом пониже, чем тот, который привёз нас сюда ночью.

Кэсси устроилась впереди, мы на заднем сидении.

— Сначала на Университетский бульвар, к корпусу лицея, — попросил Трой.

Я разглядывала город. Довольно широкие гладкие дороги, тротуары, выложенные брусчаткой, дома в два-пять этажей. Широкие лестницы, высокие окна, медальоны-барельефы на стенах. Добротно, красиво, но без излишеств. Ампир? Классицизм?

Лицей был построен в другой стилистике. Просто замок фей из сказки: скруглённые углы, арки, множество цветочных и растительных узоров.

— Какая интересная архитектура, — заметила я.

— Это современный проект, очень модный при дворе архитектор. Он вдохновляется объектами природы, — со знанием дела кивнула Кэсси.

— Как по мне, классический тиарский стиль самого здания университета — это на века. А эти новомодные закидоны быстро уйдут в прошлое, — заметил Трой.

— Ты скучный, — сморщила носик Кэсси.

— А я за разнообразие, — сказала я. — Пусть будут и новые мастера. Только такие причудливые объекты в большом количестве утомили бы людей. А вот как редкие вкрапления их можно красиво вписать в городскую архитектуру. Изюминки, понимаете? И вообще, надо же людям что-нибудь культурно поругать за чаем.

Кэсси хихикнула, тихонько фыркнул водитель.

Кузина моего мужа упорхнула на занятия, едва не забыв в такси сумку с учебниками.

Мы поехали в управление.

В дороге Трой едва ощутимо поглаживал кончиками пальцев тыльную сторону моей ладони. Я улыбалась, делая вид, что ничего не происходит.

Мы остановились перед тёмными дверями здания, где служил мой муж.

— Трой, а давай им не скажем, что я с Земли? — попросила я.

— Я думал умолчать про компас, — задумался Трой.

— Как будет разумнее?

— О жизни Вельты ты ничего не знаешь, проколешься на раз-два. А про компас не говори ни слова. Жила на Земле, обманом похитили, попала на Томер, увидела, что меня казнить собираются, пожалела.

— Короче, нам друг с другом повезло, — кивнула я.

— Да.

Подчиняясь внезапному порыву, я привстала на цыпочки и чмокнула Троя куда-то в подбородок, чуть ниже уголка рта. Собиралась в щёку, но он чуть наклонил голову. Что ж, хоть не в губы. А то было бы неловко.

Трой улыбнулся как-то очень светло, в его серых глазах блеснула шальная искорка. И мы, взявшись за руки, отправились врать на допросе.

Глава 21

Межмировое управление расследований встречало нас суетой в холле. За стойкой сидела уже другая девушка, брюнетка с пышным начёсом и кокетливым бантиком на ободке.

— Привет, Бэлла! — кивнул ей Трой.

— Доброе утро! Доктор Виан просил передать, что ждёт вас с супругой в лаборатории номер три. Кстати, поздравляю со свадьбой!

— Благодарю, — подала голос я.

Когда мы отошли, я шёпотом спросила:

— Трой, а как так вышло, что они обе Бэллы?

— Анабель и Изабелла.

— И кто есть кто?

— А ты угадай, — подмигнул мне Трой.

— Это Изабелла, — предположила я наобум.

— Верно! — кивнул Трой.

Мы опять шли вниз, в непарадную и обшарпанную часть здания.

Лаборатория номер три походила на кабинет психолога. Три мягких кресла вокруг стола, диван у стенки, вешалка, стеллажи с папками, какой-то цветок с разлапистыми листьями в высокой кадке. Обстановка в шоколадных тонах со вкраплениями молочно-белого и латуни.

В помещении немного пахло кофе и ванилью.

За столом устроился наш недавний знакомец доктор Виан.

Он сменил наряд. Бело-голубая рубашка в клетку с закатанными рукавами, простые серые брюки.

— Доброе утро, капитан Каррер, госпожа Каррер!

Он встал, протянул руку сначала мне. Обхватив мою ладонь, слегка её приподнял. Так, ну их, эти лобызания моих пальчиков! И я с энтузиазмом потрясла ладонь доктора.

— Добрый день, доктор Виан! Так рада вновь вас видеть! Ведь вы первый человек, который встретил нас в этом мире!

Трой поздоровался с коллегой куда сдержаннее.

Нам предложили располагаться поудобнее, и мы с Троем сели в кресла. Притом муж умудрился, помогая мне устроиться, сдвинуть наши сидения почти вплотную.

— Итак, Трой, Алиса...

Доктор зашуршал бумажками на столе. Намётанным взглядом документоведа я определила, что это не те формы, что ранее заполнял Трой, и не его личное дело. Просто потому что личные дела так не выглядят. Профессиональное чутьё.

На меня у них ничего не было, значит, так — просто какие-то циркуляры, которыми док обложился для солидности.

— Ситуация, в которой вы оказались, крайне нестандартная. Служба собственной безопасности всегда проверяет будущих жён и мужей сотрудников заранее. Поэтому сейчас вам, Алиса, предстоит ответить на несколько вопросов.

Или на несколько десятков.