Лычиков. Государев еще.

Велик-боярин (ко всем вообще). Чей такой? (Все молчат, переминаются.)

Лычиков (одну ногу выставил и притоптывает ею). Ну, Лычиков. Ну, стольничий сын — ну?

Велик-боярин. Чертишь тут без отца-то… Черту молебны правишь!

Лычиков. А ты что за правитель выискался? Что чужих учишь, своих народи.

Велик-боярин. Тебе на роду, знать, написано — дураком быть. (Лычиков пошел было, боярин вслед ему.) Да ты постой.

Лычиков (остановись). Что забыл?

Велик-боярин. Постой, пожди. Ты с неким плутом, вором и ябедой, с Скабеевым, со Фролкой, я слышал, дружбу водишь. Правда, нет ли?

Лычиков. Не плут, не вор, а мне благоприятель и друг сердечный — Фролушка Скабеев. Аль до него какое дело есть?

Велик-боярин. Посмел твой друг и плут сердечный, Фролка, со мной тягаться: якобы владею захватом и наездом Новым Лугом. За ту его великую обиду велю его в железы заковать, да на Москву свезу, царю с поклоном, чтобы выдали мне вора головой.

Лычиков. Поймаешь, крепче сторожи. (Своим.) Айда.

Велик-боярин. Постой, зачем его хоронишь, плута? Ты выдай мне, со мной не ссорься лучше; с твоим отцом сидим в одном приказе: за дурость за твою не раздружаться.

Лычиков. И сам я Фролки не видал с неделю, сам езжу да ищу; а коль найду, так у меня в усадьбе не отыщешь: не выдам ни тебе, ни воеводе. Ищи покуда, — може где найдется.

Велик-боярин. Ужо проспишься, рассуди умненько; с повинной приходи.

Лычиков. Прощай, боярин.

Фрол (без шапки, выходя вперед). Постой-ка, Саввушка. (Подходит к боярину, низко кланяется, рукой до земли, и шапки все время не надевает.) Прости, боярин, что начал, государь, без повеленья с тобою речь вести (поклон, как сказано).

Велик-боярин. Ты кто же будешь?

Фрол. А из дворянишек, из худородных, из махоньких, из бедных-ободранных, Ивашка, сын Петров, Надуй-Телятин, твоей степенности велик-боярской, премного бьет челом (поклон) и жалко просит, чтоб не велел казнить, велел бы молвить.

Велик-боярин. Ну, говори. На бедность, что ли, просишь? Аль у меня в ключах ходить желаешь?

Фрол. Я без послуги денег не беру, в ключах ходить покуда не желаю. Изволил ты, с Москвы Велик-боярин, про Фролку слово милостиво молвить, чтобы сыскать и заковать его. А уж опричь меня, на мир сошлюся, никто его не сыщет. Всех спроси — подьячего, дворецкого свово, и Савва Алексеич тоже молвит. (Указывая на Лычикова.) Он ведь не ведает, что Фролка плут, — что и его он облапошить хочет, и дружбу водит с ним; а я ему (указывает) поставлю послухов, когда прикажет, и Фролкину неправду докажу.

Велик-боярин (всем вообще). Вы что же молчите?

Фрол. Что ж, подьячий, аль не ведомо тебе, что опричь меня Фролку схватить некому, а? (Взглядывает на него.) Что ж ты, велик-боярский дворецкий, как пень, стал? (Лычикову тихо, дергая его.) Что выпучил глаза? Говори скорее — что некому. Людишки выдадут. Пропал, беда. Глянь на них построже.

Лычиков (еще нерешительно). Да, некому… опричь его некому.

Фрол (боярину, указывая на Лычикова). Ишь, шепнул только, в чем Фролкина перед ним вина, — за меня сейчас встал. (Подьячему и дворецкому.) Вы что же? (Лычикову тихо.) Прикрикни-ка на них!

Лычиков (строго). Уж коль я за Ивашку встал, вы что же? Ведь некому опричь его?

Подьячий (глянул на дворецкого). Да… некому…

Дворецкий (глянул на подьячего {Дворецкий глуп, как пень. Иначе сцена будет непонятна (замечание для исполнителей.}). И то… что некому.

Велик-боярин (Фролу). Ин, так и быть: ищи.

Фрол (с поклоном). Надо бы для сыску, с твоей милости велик-боярской, рубликов пять.

Велик-боярин. Сыщешь, отдам.

Фрол. Ты уж теперь, Велик-боярин, не поскупись. Его брать — без денег не возьмешь. Плут, ябедник. Одно слово, чернокнижник. А я его на кружало, вот с Савва Алексеичем, заманю: нальем по горло, и свяжем. Тут наезжай, и волоки на Москву. Так употчуем — до Москвы не проснется.

Велик-боярин. А верное твое слово?

Фрол. Не обману, весь мир на поруки берет. И Савва Алексеич тоже.

Лычиков (еле удерживая смех). Идет, ручаюсь! Эка шельма Фролка! Меня, ишь — поддеть задумал. Ну, и плут же, дьявол.

Фрол (со вздохом). Ох, плут, великий плут. — И вы ручайтесь! (Глядит на подьячего и дворецкого.) Ну же!

Подьячий. И я ручаюсь.

Дворецкий. Ну… и я.

Велик-боярин. Бери деньги. (Дает.)

Фрол. Спасибо великое, твоей с Москвы велик-боярской чести. Савва Алексеич, гайда! — Прощения просим. Услужу, Велик-боярин, во веки не забудешь. (Идет.)

Лычиков. Прощай, боярин. (Своим.) Айда!

Уходят: Фрол, Лычиков и Лычикова слуги. Слышны бубенцы, «тпру!», скрип полозьев, «но!».

Велик-боярин (про себя, глядя в ту сторону). Ишь, дьяволы ездят как — поди, народу немало передавили. Ну, Фролка, ты, а этот Надувай еще не поплутоватей ли будет? (Тем временем подьячий и дворецкий переглянулись между собой и пали сзади ша на колени; тот оглянулся и видит это.) Вы что же?

Подьячий. Ох, не казни, помилуй, государь!

Дворецкий (оглядываясь на слуг). А вы-то что же?

Слуги (падая в ноги боярину). Ох, не казни, помилуй, государь!

Велик-боярин. Вы что? дурману объелись?

Подьячий. Ох, государь, от бедности от великой. Промыслишка, сам ведаешь…

Дворецкий и слуги. Ой, не казни!

Велик-боярин. За что? про что? Ну, говорите же, — ну!

Подьячий. Велико наше, рабов твоих, перед тобой, государь, согрешение. Ой-ой-ой! не казни!

Дворецкий и слуги. Ой, не казни!

Велик-боярин (дворецкому). Ты скажешь?

Подьячий. Ой, государь, ведь Фролка пред тобой, сейчас вор пред твоими светлыми очами стоял.

Велик-боярин. Который?

Подьячий. Что деньги те у тебя — ой, государь! — пять-то рубликов взял.

Велик-боярин. Да вы-то что? да как же! да я!..

Подьячий. Ой, государь, не смели. Не он — Лычиков разорит. За то, что на Фролку челобитье послал, — утопить, государь, хотел. Ой, не казни!

Дворецкий и слуги. Не казни, помилуй, государь!

Велик-боярин. Э! да вы Лычиковых кнутов пуще моих испужались. Добро ж! узнаете, где крепче стегают.

Все. Ой, государь!

Велик-боярин. Не выть. В погоню. Живо! Айда! (Все вскакивают на ноги.) Тут кто не видали ли — куда поскакали.

Входят три мужика.

Велик-боярин. Эй вы, лешие! Лычикова тройка куда помчалась, не видали?

Мужики (падая ему в ноги). На усадьбу, государь, прямехонько к нему на усадьбу!

Дворецкий. Да вы верно знаете? Его ль тройка?

Сенька. Не его, чья же?

Ванька. Кто народ давит — знаем.

Антипка. И-и-и, беда!

Велик-боярин. Так на усадьбу?

Ванька. Верно, государь, хоть побожиться.

Сенька. Едва с дороги сбежать успели, чуть окаянный не задавил. Чтоб ему!..

Велик-боярин. Нечего калякать. Айда!

Уходят: Велик-боярин, подьячий, дворецкий и слуги.

Сенька (вставая). Ванька! Слышь, Васильич, вставай. Ушли.

Ванька (вставая). Много ль бросил?