«Красивые! Словно фея!» — невольно залюбовался я.

— Но-но-но! Попрошу! Я же тебя с едой не сравни… — и тут я осёкся на полуслове.

«Откуда она знает про шаурму?»

— Не перебивай, дылда, слушай внимательно! — она вспорхнула и, работая крылышками, зависла напротив моего лица.

— Чего это ты так раскомандовалась вдруг? — осадил я летунью.

— Ну вот, что с него взять? Типичный дылдолоид! Все вопросы привык силой и ростом своим решать! — презрительно скривила мосю бабочка, нашёптывая в сторонку.

— Ну? Говори! Чего ты там хотела? — насупился я, чувствуя, что иду у неё на поводу.

Инициатива перешла в руки малявки.

— О! Чего бы хотела? Дай подумать… Нектар первоцвета, а ещё лучше — вернуться на Родину.

— Родина — это хорошо! — мечтательно произнёс я, вспоминая Москву, Россию, Землю… — Одобряю!

— Боже мой, какие же они тупицы — эти переростки! — фыркнула Мариэль, естественно, шёпотом.

— Так! Ты мне не того! А то снег башка попадёт! Давай зубы не заговаривай! — кажется, я начал терять терпение.

— Ещё и в сказки детские верует! — снова зашепталась сильфа. — Зубную фею ему подавай! Хотел бы — давно себе больной черенок выбил! В зуб ногой…

— Слышишь, Дюймовочка, я ведь могу и разозлиться!

— А? Чего это вы так разнервничались, дяденька? Я же красивая и прозрачная! — заявила она мне.

«Ну да, а ещё вслух думаешь! Или меня заставляешь думать, что ты думаешь. Блин! Так и до дурки недалеко!»

— Ну хорошо, хорошо! А то на вас совсем лица нет, позеленели, как орк! Умный, говорите? — и она снова зашептала в сторону, но на этот раз говорила тише, и я уловил только несколько знакомых слов, вроде «недоумков» и «дойных коров». — Тогда вот вам тест на мозговитость! Три вопроса — три ответа! Хотя бы один правильный — и я готова признать в вас наличие достаточной толики интеллекта…

— Хотя бы один? Обижаешь! — ухмыльнулся я.

Напрасно!

— Хотите усложнить правила? — хитро и надменно прищурилась она — уж и не знаю, как она умудрилась, но именно так всё и было!

«Что я — враг себе?» — спохватился я.

— Нет, пускай, как сказала — один из трёх!

«Поражу её первым же ответом. Наповал!»

— Хорошо. Вот первая загадка: зимой и летом — ума нету! Что это?

«Явно же не ёлка! Зуб даю!»

— Глупец. Дурак, — рискнул предположить я.

— Это неправильный ответ! — рассмеялась сильфа. — Как и ожидалось — дурацкий. Правильный ответ — такие верзилы-переростки, как ты! Итак, второй вопрос…

— Эй-эй! Что это за оскорбления пошли? — возмутился я.

— Констатация фактов. Не перебивайте, пожалуйста! Следующая загадка: кто напрасно стремится с Богом сравниться?

«Чушь какая-то! Человек? Или»…

— Дьявол! — уверенно заявил я.

— А вот и нетушки! — радостно захлопала в ладоши Мариэль. — Правильный ответ — верзилы-переростки, как ты!

— Да ты, походу, просто обзываешься! Издеваться надо мной вздумала? — она меня начинала бесить. — Щас как дам!

— Вот-вот! Типичный представитель безмозглых мышц! Что и требовалось доказать! — пропищала крылатая и едва ли не ткнула меня в нос своим пальчиком.

— Давай третий вопрос! Только без жульничества! — потребовал я.

— Хи-хи-хи! — снова зашептала себе в кулачок сильфа. — Какой простофиля!

Меня так и подначивало сказать ей, что я мысли читать умею!

— Слушай внимательно, толстолобик! Последняя загадка: кто на свете всех милее, всех прекрасней и умнее? — и бесята скакали в её глазах.

Я замер, ведь ожидал снова услышать про глупых переростков.

— Ты и твои сильфы! — вдруг нашёлся я.

— О! Да ты не так глуп, как я думала! Действительно, уникальный образчик! Я бы поизучала.

— Ну? Съедобная? — напомнил я, с чего всё началось.

— Да-да, съедобная, вкусная. Деликатес. Но есть меня не моги, ибо я собственность Торгана! — появившаяся на её лице хитрая улыбка сейчас больше походила на наглую.

— О! Это мы ещё посмотрим! — теперь уже осклабился я. — Думаю, мне за победу над Торганом полагается награда. Сечёшь, Деликатеска? — я не удержался и подмигнул бабочке. — Раз с этим вопросом мы разобрались… Разобрались, я сказал! — я даже повысил голос, заметив, что она хочет возразить. — Тогда последнее уточнение: ты — скоропортящаяся?

— Ась? — она не поняла вопроса, наверное, от избыточного волнения.

— Ты деликатес скоропортящийся?

— Н-нет! — её губки дрожали, а сама она побледнела и сникла.

— Главное, подскажи, когда срок годности будет на исходе! И не вздумай меня обманывать! Ух, тебе лучше не знать, что я делаю с просрочкой!

— Что может быть хуже, чем быть съеденной? — зашепталась сильфа. — Только если живьём и попой. Фи! — она так скривилась, что я уж было испугался — как бы со страху не отдалась мне прямо сейчас.

Но нет, обошлось.

Лишь послушный кивок и снова шёпот в сторону:

— Но я ещё не твоя! Торган так просто меня не отдаст! Уверена!

Я улыбнулся и вспомнил ещё одну претензию к миниатюрной Деликатеске:

— Это твоих зубов дело? — я показал на свою ногу.

Кровь уже свернулась и ранка больше не кровоточила.

— Лекарства зверобаб не для всех мужиков хороши! Вот и тебе они боком вышли. Торган приказал мне спасти тебя от отравления. Дурную кровь, конечно, лучше всего высасывать из области поражения, но тут уж твоя хозяйка Лалвен упёрлась рогом, чтобы принадлежащее только ей на муже чужие зубы и губы не трогали, — объяснила все сильфа, а в конце даже пожаловалась на Лалку.

Ну вот, когда честь переростков была восстановлена, а сильфа больше не воспринималась угрозой моему здоровью, я соизволил обратить внимание на менее важные раздражающие факторы.

Например, запах гари.

— А, это лес горит, звёздно-полосатые жгут напалмом. Выкурить нас пытаются, — беспечно отмахнулась Деликатеска а мой вопрос.

Глава 10

Ветер перемен

Кружит Земля, как в детстве карусель,

А над Землёй кружат ветра потерь,

Ветра потерь, разлук, обид и зла,

Им нет числа.

Им нет числа, сквозят из всех щелей

В сердца людей, срывая дверь с петель,

Круша надежды и внушая страх,

Кружат ветра, кружат ветра. к/ф «Мэри Поппинс, до свидания». Наум Олев

— Мы горим? — всполошился я. — А ты мне тут сказки рассказываешь как ни в чём не бывало!

— А я чего? Тихо, спокойно делала свою работу, никому не мешала. Пока кто-то ловить меня не принялся!

— Меня, кстати, Влад зовут, — я вдруг вспомнил, что ещё не представился.

— Да знаю я, — скорчила недовольную рожицу сильфа. — Но каждого встречного-поперечного запоминать — слишком много чести! Поэтому будешь просто дяденька. Или лучше называть человеком?

— Эй! Там пожар! — вместо ответа напомнил я и ткнул пальцем в сторону окна.

— Эка невидаль! Нам не впервой! Звёздно-паскудные сколько раз уже пытались орков из лесов выкурить! Жгут, а мы — тушим. Шаманы, конечно. А эти — стреляют, взрывают. Мы же, сильфы, — новые деревья выращиваем. Ещё звёздные нелюди травить чем-то пытались, но напрасно — у орков страшный иммунитет — ни одна зараза к ним не липнет. Боится, видимо. Сильфы же спрятались в кокон и пережили агрессивную среду. А вот животинку изверги поубивали, это да… Печально.

— Так что же получается — сильфы с орками заодно? — удивился я.

— Вот ещё! — фыркнула крылатая. — Пленницы мы здесь. Рабы бесправные!

— Постой-ка! Но ведь ваша родина отсюда за тридевять земель! За долами, за горами, за туманными лесами. Да ещё и гномы с дроу между вами располагаются!

— Ветер перемен, — вздохнула Деликатеска, — унёс нас из родных краёв.

В небе прогремело, и тотчас же полил сильнейший тропический ливень.

— Ну вот, а Влад боялся! Но с огнём шаман сражался! — насмешливо продекламировала сильфа.