— Я подумала, что пойду и принесу тебе чаю. Он поможет успокоить твои нервы. Это моя особая смесь.

Она поставила перед Калией чашку с цветочным чаем.

— Спасибо, Труди. Не нужно было.

— О, нет, это я это делаю с удовольствием, дорогая. Мне просто жаль, что ты и твои попутчицы не ладите.

Калия отпила немного из чашки, прежде чем ответить. Чай имел горьковатый привкус, но сладость делала его терпимым.

— Все в порядке. Думаю, после того, как мы расстанемся, я больше не буду их видеть. На самом деле, я думала, может, мне стоит остаться в гостевом доме еще на несколько дней, а потом найти ближайшую железнодорожную станцию, чтобы вернуться домой. Мне бы не помешало немного тишины и покоя, и, судя по тому, что я видела в этом городе, я думаю, что он был бы идеальным местом отпуска для меня.

Труди улыбнулась.

— Я была бы рада, если бы ты осталась еще на некоторое время. Я знаю, что остальные люди в городе тоже были бы рады тебя видеть. Такая хорошенькая штучка, как ты, определенно привлекла бы здесь внимание.

Калия рассмеялась.

— Это очень мило с твоей стороны, и я здесь определенно не для этого. Но я бы хотела немного изучить город. Я бы хотела увидеть водопад.

— Я могу это устроить.

Труди посмотрела на свою чашку.

— Допивай свой чай, дорогая. Как я и сказала, это моя особая смесь. Она расслабит тебя и полезна для пищеварения.

Калии вкус не очень понравился, но она не хотела показаться грубой, поэтому сделала еще глоток.

Поскольку Труди выжидающе смотрела на нее, она почувствовала себя обязанной выпить еще, пока чашка не опустела почти полностью.

— Теперь ты почувствуешь себя намного лучше. Дай-ка я уберу эти тарелки. Не думаю, что кто-то еще будет есть этим утром.

Труди выкатила тележку.

На столе было так много еды, что Калия была уверена, что она предназначалась для всех гостей гостевого дома. Ели только она и Николь. Брианна не ела, а Саша еще не спустилась, так что было странно, что Труди сейчас все убирает.

С другой стороны, Брианна и Саша могли постоять за себя.

— Позволь мне помочь тебе с этим.

Она встала, и комната тут же начала вращаться. Калия пошатнулась и схватилась за стол, чтобы не упасть.

Труди появилась рядом с ней и крепко взяла ее за руку.

— Сядь, дорогая.

Она повела Калию обратно на ее место.

— Просто дай чаю сделать свое дело. Я разберусь с этими тарелками.

— Пусть чай… чтоо...

Труди погладила Калию по затылку.

— Я же говорила, что это моя особая смесь, что-то, что поможет тебе расслабиться. Знаешь, когда ты сказала, что хочешь остаться на некоторое время, это меня так обрадовало. Немногие чужаки ценят красоту этого места. Хотя большинство из них тоже не задерживаются надолго. Но у меня хорошее предчувствие на твой счет.

Ее сердце забилось быстрее, и на мгновение к ней пришло ясное понимание.

— Ты... что-то... подсыпала в чай.

Труди продолжала гладить ее по голове, словно она была любимым питомцем. Калия попыталась отстраниться, но ее тело отяжелело, и она не могла поднять конечности. Ей ничего не хотелось, кроме как положить голову на стол.

Что происходит? Зачем Труди дала ей наркотики? Она казалась такой милой.

— Конечно, я это сделала. Тебе понадобится отдых на завтрашнюю ночь. Я хочу дать тебе шанс на борьбу.

— Бо… борьба… шанс?

— Да, дорогая. На завтрашнюю охоту. Ты упомянула, что ты и другие дамы посещаете какой-то фестиваль Хэллоуина. Ну, тебе повезло, у нас есть свой праздник Хэллоуина. Некоторые называют его охотой на кроликов. Другие называют его мясным рынком, но в любом случае это большое городское событие. Я не могу сказать того же о тех других дамах, с которыми ты была, но я болею за тебя, дорогая.

Яркие пятна плясали перед ее глазами, когда свет погас, а мысли смешались. Когда Калия опустилась на стул и закрыла глаза, ее осенило, что она и есть тот самый кролик.

Неужели они наткнулись на город, полный сумасшедших каннибалов?

Прохладный бриз коснулся ее щек, и холод ветра медленно привел Калию в сознание. Она медленно открыла глаза и поняла, что находится снаружи.

И наступила ночь. Единственным источником света была четверть луны, освещавшая беззвездное небо.

— Она очнулась, — прошептал кто-то. — Я думала, она умерла.

Она была не одна!

Калия села и осмотрелась. Она находилась в том, что выглядело как большая тюремная камера посреди леса. С ней было еще пять человек. Одной из них была Брианна, которая сидела в углу, подтянув колени к груди.

События последних дней вернулись к ней. Машина сломалась. Их привезли в Серенити-Фоллс, где они встретили милую леди в гостевом доме... которая опоила ее наркотиками.

Труди упомянула что-то об охоте на кроликов, и теперь, когда Калия смогла мыслить более ясно, то вспомнила, что это были за кролики.

Девушка попыталась встать, но ее колени подогнулись, и она упала на задницу.

— Нет смысла пытаться выбраться из этой клетки. Она заперта, а прутья кажутся довольно прочными. Выхода нет.

Калия узнала голос, который она слышала ранее. Рыжеволосая женщина, сжавшаяся в одном из углов, кивнула в ее сторону.

— Мне все равно, что говорят остальные из вас, неудачники, я ухожу отсюда, — сказал невысокий лысый мужчина, прислонившись к прутьям.

Она не могла разглядеть его лица, но ей это и не требовалось, чтобы понять — он зол.

Игнорируя его, она сделала еще одну попытку встать. На этот раз ей это удалось. Она не знала никого из присутствующих, поэтому направилась к единственному знакомому лицу. У них могли быть разногласия, но это была ситуация жизни или смерти, которая требовала от них отложить в сторону все обиды.

Она опустилась на колени рядом с Брианной, которая, казалось, была в состоянии шока. Калия нежно коснулась плеча девушки.

Брианна подпрыгнула и отшатнулась, прежде чем поднять глаза.

— Ты не умерла. Я думала, ты умерла.

Вздох вырвался из уст Калии, когда она заметила большую кровавую букву «Р» вырезанную на лбу Брианны. Ее рука метнулась к собственной голове, чтобы проверить, постигла ли ее та же участь.

Ее лоб был гладким. Труди сделала это?

— Нет, я все еще жива. Пока. Но ты помнишь, что случилось? Где Саша и Николь?

Глаза Брианны опухли, и было очевидно, что она плакала. Та шмыгнула носом.

— Не знаю. Последнее, что я помню, это как та старая сука отвела меня в коридор, а потом я почувствовала что-то твердое на затылке. Думаю, она вырубила меня. Я проснулась в этой клетке с этими людьми. Ты лежала в углу, едва дыша, и я подумала... О боже, что с нами будет?

Девушка громко заплакала.

Ее крики были встречены далекими воплями в ночи.

Калия не была экспертом по животным, но это не было похоже на обычных волков, которых она видела в кино. Это было что-то более зловещее, что-то чудовищное.

Страх охватил ее, но она старалась держаться как можно спокойнее. Не видела смысла в том, чтобы они обе потеряли рассудок.

Калия оглядела остальных людей в клетке.

— Кто-нибудь еще знает, что происходит? Зачем мы здесь?

Человек, который говорил до этого, схватился за прутья обеими руками и закричал:

— Выпустите меня отсюда, ублюдки! Вы знаете, кто я? Когда они придут искать меня, я разоблачу этот город и сделаю так, чтобы на него сбросили ядерную бомбу! Вы, блядь, слышите меня? Я уничтожу этот город

— Брось это, Питер. Что заставляет тебя думать, что ты отличаешься от остальных? Мы все умрем, — заговорил другой человек в середине клетки.

Калия не могла разглядеть его лица, потому что у него была густая борода, а его непослушные темные кудри почти закрывали глаза. Его одежда была порвана и испачкана, как будто он ввязался в драку с медведем.

— Что, черт возьми, ты знаешь? — парировал Питер. — То, что никому нет до тебя дела, не значит, что я в той же лодке. Я важный человек. Люди заметят, что я пропал.