— Посмотри на меня, — рявкнул он.

Неосязаемая сила, которую Калия не могла объяснить, заставила ее поднять голову и посмотреть прямо на мужчину.

Он придвинулся ближе, и она замерла, у нее перехватило дыхание. Он не был похож на монстра. Кроме того, учитывая густоту его бровей и щетину, покрывающую нижнюю часть лица, он не был таким волосатым, каким казался прошлой ночью. Неужели она все себе вообразила?

Как и его брат, Кольт, он был привлекателен с волнистыми волосами, которые ниспадали чуть ниже квадратной линии подбородка, острым носом и пухлыми губами. Ее взгляд оставался на этих губах неприятно долгое время, пока они изогнулись в широкую улыбку. Его клыки были длиннее обычных, что придавало ему почти сексуальный вампирский вид.

Он провел тыльной стороной ладони по ее щеке. Она вздрогнула. Не от страха, а от какого-то электрического ощущения, пробежавшего по позвоночнику, когда он коснулся. Что-то связывало ее с этим мужчиной, и она не понимала, что именно.

Она начала дрожать.

— Что... со мной происходит? — прошептала она, когда их глаза встретились.

— Ты тоже это чувствуешь, не так ли? Когда я вчера вечером пометил тебя, я установил связь между нами.

— Связь? — повторила она слово, ничего не понимая.

— Да. Как говорят в Серенити-Фоллс, ты идеальный кусок мяса, и я ждал тебя очень долго.

Интенсивность взгляда Лиланда держала в плену, и она не могла отвести взгляд, даже если бы захотела.

Кольт наклонился и провел языком по ее мочке уха.

— Мы все такие.

Большой парень, стоявший на заднем плане, прочистил горло и шагнул вперед.

— Она мне нужна. Я больше не буду ждать.

Его зловещие слова вывели Калию из транса, и она посмотрела в его сторону. Этот гигант был даже больше Кольта и Лиланда. Чем они кормили людей в Серенити Фоллс?

Кольт и Лиланд были красивы, без сомнения, но этот гигант был... красив. Калия не могла описать его по-другому. Его длинные черные волосы спускались ниже плеч. Его губы пухлые, а его скулы были выдающимися. Его ярко-зеленые глаза были обрамлены самыми длинными, самыми завитыми ресницами, которые она когда-либо видела у мужчины. Его темные брови были густые, но изящно изогнутые, как будто ему оформили их в салоне.

Но одного взгляда на него было достаточно, чтобы Калия поняла, что это не тот мужчина, который ступит в такую ситуацию. Его черты были почти женственно красивы, но все в нем было чисто мужским. Он был великолепным противоречием.

— Полегче, Зик. Ты же не хочешь ее напугать, — сказал Кольт.

— Мне нужно ее пометить, — ответил Зик хриплым баритоном.

— Мне тоже, — ответил Кольт.

— По-моему, — Лиланд замолчал и многозначительно уставился на тело Калии, — в этом полотенце нет необходимости.

Без дальнейшего предупреждения он сдернул его и бросил на пол.

— Нет.

Она покачала головой и заерзала в руках Кольта, пытаясь стать меньше.

— Мы отнесем ее обратно в мою комнату.

Кольт повернулся, держа ее на руках, как будто она ничего не сказала.

— Мне все равно, главное, чтобы я почувствовал ее вкус, — ответил Лиланд.

— Вы, ребята, не хотите этого делать! Мы даже не знакомы. Разве вы не предпочли бы, чтобы я согласилась?

Она попыталась убедить их. Ей было все равно, насколько они хороши. Оставалось еще так много вопросов без ответов, например, что случилось с монстрами и что они имели в виду под «пометить» ее.

— Расслабься, маленький кролик. Я позабочусь о том, чтобы тебе понравилось, — усмехнулся Лиланд.

Кольт пронес ее по коридору и вошел в комнату, которая была скудно украшена. Единственной мебелью внутри были деревянная тумбочка, один ящик комода и большая кровать в углу комнаты.

Он осторожно положил ее на кровать, и Калия отползла в самый дальний угол, подальше от этих чудовищно больших мужчин. Ее лодыжка пульсировала, но в данный момент у нее были другие проблемы.

В свои двадцать восемь она все еще была девственницей. До этого утра она никогда не целовалась. Она не могла поверить, что ее первый раз будет с тремя мужчинами, сложенными как боги.

Она схватила одеяло и обернулась им, пока они окружали кровать. Они смотрели на нее сверху вниз, как будто она и вправду была сочным куском мяса. Может быть, если она попросит их, то сможет обратиться к той человечности, которая у них есть.

— Я... я никогда этого раньше не делала.

Ее щеки вспыхнули от смущения, когда она призналась в этом. Это было так унизительно, что она никогда не испытывала даже самой элементарной близости.

— Пожалуйста, можем ли мы хотя бы подождать, пока не узнаем друг друга получше?

Она посмотрела в сторону Кольта, потому что он, казалось, был своего рода лидером.

Кольт расстегнул рубашку и улыбнулся, что она могла истолковать только, как сожаление.

— Мне жаль, Калия, но у нас будет время узнать друг друга позже. Сейчас крайне важно, чтобы Зик и я пометили тебя, чтобы скрепить нашу связь.

— Что это вообще значит?

Ей хотелось плакать от отчаяния, потому что все это не имело смысла.

— Скоро ты поймешь. И поскольку это твой первый раз, я обещаю быть настолько нежным, насколько это возможно.

Кольт стянул с себя рубашку, обнажив широкую, покрытую шрамами, мускулистую грудь, щедро покрытую каштановыми волосами, которые спускались к центру рельефного пресса.

— Я не даю такого обещания.

Лиланд ухмыльнулся, срывая с себя рубашку. Он был еще волосатее Кольта. Волосы покрывали его руки и плечи.

Она отползла так далеко, как только могла, не упав с кровати. Калия так крепко сжала одеяло, что костяшки пальцев побледнели.

— Подождите! Разве мы не можем хотя бы подождать, пока моя лодыжка не заживет?

— Как я уже говорил, она не сломана. Я дам тебе обезболивающее. Но сейчас у нас есть более важные дела.

Он расстегнул джинсы, и она быстро отвернулась, и ее взгляд столкнулся с уже обнаженным телом Зика.

Он был почти таким же волосатым, как те монстры прошлой ночью. Его тело было большим, мускулистым и устрашающим, но самой страшной его частью был его налитый кровью член, свисающий до середины бедра.

Она ни за что не могла справиться с чем-то настолько неестественно большим. Она могла быть девственницей, но за свою жизнь Калия видела много порно, и ничто не могло подготовить ее к такому.

Она покачала головой из стороны в сторону. В этот момент, возможно, было бы лучше, если бы монстры прошлой ночи убили ее.

— Я не могу этого сделать... пожалуйста, не надо.

Для такого большого мужчины Зик был быстр. Он оказался у кровати прежде, чем она успела моргнуть, вырвал одеяло из ее рук и бросил его на пол. Следующее, что осознала Калия, он заполз на кровать и дернул ее к центру.

Это движение усугубило ее травму, заставив вскрикнуть от шока и боли.

— Будь осторожен с ее лодыжкой, Зик, — предупредил Кольт.

Единственным ответом Зика было порыкивание. Он положил свою большую руку ей на грудь, заставив Калию лечь. Затем расположился между ее бедер и раздвинул их так широко, как позволяли ее мышцы.

Калия закрыла лицо руками, смущенная тем, что, как бы ни протестовала и ни боролась, она ничего не могла сделать, чтобы остановить неизбежное. Ее единственной надеждой в этот момент было лежать спокойно и позволить своему разуму отключиться.

Если бы она могла притвориться, что находится где-то в другом месте, что на самом деле этого не происходило.

Зик раздвинул ее складочки и ткнулся носом в клитор. Низкий рокочущий рык вырвался из его горла. Он вдохнул, и рокот стал громче, словно мурлыкающая кошка из джунглей.

— Я могу учуять этот запах отсюда. Держу пари, что с твоей позиции она пахнет еще более восхитительно, — сказал Лиланд.

— Офигенно, — ответил Зик.

Он провел языком по всей длине ее киски, сначала нерешительно, а затем более энергичными и смелыми движениями.

Дрожь пробежала по ее позвоночнику, а внутренняя поверхность бедер задрожала. Нет, она не должна была отвечать ему таким образом. Кровь приливала к каждой части тела, а пальцы ног сжимались с каждым решительным движением его языка.