Командиры сурвак, недолго посовещавшись, подошли к Таркору.

— Мы готовы послужить последней воле повелителя, — озвучил один общее решение. — Клянёмся тебе в верности, оборотень. Приказывай.

И Дикад, наконец, согласился:

— Ладно, выкормыш. Я тоже послужу последней воле повелителя.

Таркор не обратил внимания на слово, которым аркаид назвал его, и подозвал к себе оборотней.

— Помимо остального, нам нужен хранитель, — сказал он. — Соберите группы. Одна во внешний мир, одна в Рилеву. Доставить нужно живым.

Таркор обвёл оборотней внимательным взглядом.

— Только живым, — повторил он, — и никак иначе.

Очередная прогулка прошла спокойно. На ночных аллеях никто не встретился, а дорогу Велехов перебегал, посмотрев направо и налево, чтобы не было приближающихся машин. Уже на подходе к дому ветер принёс знакомый запах, и Никита заинтересованно свернул в соседний двор.

На детских качелях качались совсем не детки. Едва вмещая разъевшуюся пятую точку между подлокотниками, здоровый парень лет двадцати дразнил Наташу бутылкой пива. Ещё двое сидели на бортиках песочницы, громко смеясь, а девочка пыталась изобразить стриптиз под хлопанье парней. Уже куртку сняла.

Велехов фыркнул:

— Приехали…

Чего-то подобного он и боялся. Ребёнок, считай, на улице живёт. Рано или поздно плохая компания затянет.

Присутствующим в песочнице и пребывающим явно под хорошим градусом, было мало стриптиза. Один из парней внезапно поднялся, взял Наташу за руку и потянул к себе, одновременно расстёгивая ремень на брюках. Девочка что-то залепетала, но получила только грубый толчок и упала.

Никита, мягко ступая, приближался к компании. Парень, торопливо расстегивающий ширинку, ещё пару секунд его не видел, а вот остальные подавились смехом и замерли, поражённо глядя на огромного волка. Белый зверь, ростом с человека, бесшумно и плавно появился из темноты. Велехов рычать не стал, тут одного вида хватит. Но раз уж пришёл, перехватил пастью через грудную клетку того парня, который держал Наташу, и забросил его в кусты. Двое других немедленно подскочили и ринулись бежать. Ни пискнули даже, только пятки засверкали в темноте.

Никита усмехнулся и посмотрел на Наташу. Девочка, сидевшая на земле, выставила в защитном жесте руку и уставилась в синие глаза громадного волка с таким ужасом… Но белый зверь нежно лизнул её ладонь и одним прыжком исчез в темноте.

Наташа посидела ещё секунду и подскочила, забыла схватить куртку и просто понеслась, как ветер. При этом успевая оглядываться. На ступеньках крыльца остановилась, тяжело дыша, и пятясь, просочилась за дверь подъезда. И ещё с минуту высматривала белый силуэт сквозь узкую щёлку.

Но ничего не увидела. Никита уже принял человеческий облик и пошёл проверить парня в кустах. Тот оклемался, но сидел на коленях в состоянии шока. Кровь капала с его волос. При ударе о землю, похоже, рассёк голову.

Парень удивлённо оглядел крепкую мускулистую фигуру голого человека перед собой и поморгал глазами.

— Ну что, ты живой? — насмешливо произнёс Велехов. — Будешь делать так, как сегодня, я это исправлю.

В синем пламени на землю опустился волк, и парень, тихо заскулив, сделал неловкую попытку отползти. Получилось не сразу, но белый зверь провожал его глазами, пока он, наконец, не поднялся на ноги и не бросился бежать без оглядки.

— Вовремя я, — вздохнул Никита.

Всё таки правильное было решение — на ночные прогулки из дома выходить. Одну беду предотвратил.

Велехов внимательно оглядел окрестности, убедился, что никого нет, потом вернулся к детской площадке, взял куртку Наташи в зубы и направился к своему дому.

Уже до окон дошёл, но невзначай поднял голову и успел захватить как раз то мгновение, когда невесомая фигура с огромным размахом крыльев проплыла над крышей.

Никита удивлённо остановился. Увидеть серебряного алавийского дракона над городской многоэтажкой было, мало сказать, неожиданно!

Медальон засиял на груди, открывая связь и рождая знакомое чувство присутствия чужого сознания в голове:

— Приветствую, хранитель.

— Ох, — удивился Никита, поняв кто его гостья. — Приветствую тебя, госпожа. Сейчас поднимусь.

Велехов быстро запрыгнул через балкон в квартиру, оделся и пошёл по лестнице на крыше. По дороге оставил куртку Наташи на ручке двери.

Ступив на площадку под небом, Велехов увидел рептилию в серебряной броне, лежащую на чёрном гудроне. Дракон не стал принимать человеческий облик, отдыхал так. Видимо, визит не планировался быть долгим. Женщина в боевой одежде Алавии, плавно спрыгнула с его спины.

Никита уже и забыл как прекрасны берегини, а Гинева, кажется, стала ещё красивее, чем была.

— Хранитель, — поприветствовала она.

— Госпожа берегиня, — Велехов низко поклонился. — Что такое могло случиться, раз ты прилетела сама?

Всё же народонаселение внешнего мира видело дракона последний раз пару тысяч лет назад, и путешествие на нём из самой Алавии могло быть обусловлено только особой важностью дела.

Гинева улыбнулась:

— Случилось, хранитель. Совет приглашает тебя на грандиозное событие. И приглашение на него принято передавать лично. Выбирается новая верховная берегиня.

— Что? — Никита не поверил. — Кто решил?

— Сама Брада. Она слагает с себя полномочия.

— Не может быть. Что случилось?

Гинева засмеялась:

— Проблем у нас, конечно, много, но Брада уходит не из-за них. Она потратила много сил в сражении и для верховной берегини теперь слишком слаба. Её решение разумно и закономерно. К тому же она собралась замуж.

— Что⁈

Такого Велехов совсем не ожидал. Эта новость была много интересней. Старшим берегиням, как весталкам в древнем Риме было запрещено выходить замуж. Слишком велика была ответственность, и слишком много обязанностей возлагал на них статус.

— И кто счастливчик? — поинтересовался Никита. — Уж не Байтар ли?

— Нет. Это Вурда, — серьёзно ответила Гинева.

— Вурда? С чего вдруг? — Велехов спросил, но на самом деле не удивился. Что-то подсказывало, что ворлак и верховная берегиня связаны.

— Не вдруг, — покачала головой Гинева. — Они познакомились много лет назад, в юности. Тогда и полюбили друг друга. Но Браду стали готовить к посвящению, и обоим было ясно, что судьба не позволит им быть вместе. Вурда избрал свою дорогу, которая вела рядом с Брадой. Всегда охранять её, всегда помогать. Это было единственное, что ему осталось. А сейчас, когда она слагает с себя полномочия, ничто не мешает им наконец быть вместе. Так что вторая причина, по которой я здесь — это приглашение тебе на свадьбу. Она пройдёт через семь дней после церемонии выборов новой берегини.

Никита вздохнул с лёгким сердцем:

— Прекрасные новости, госпожа.

Теперь он точно понял цель прибытия Гиневы и опустился на колено перед ней:

— Окажи мне честь первым принести тебе клятву верности.

Гинева улыбнулась проницательности хранителя, но заметила:

— Я не верховная берегиня. Совет будет выбирать.

— Совет выберет тебя, — ответил на это Велехов.

Гинева спросила уже серьёзно:

— Первая клятва, хранитель. Ты знаешь, что она означает?

Конечно Никита знал. Перед отъездом из Рилевы он сам пытал Ивана по поводу того, что Брада слишком уж к нему относится нетрадиционно. Защищает, доверяет, иногда и просто попустительствует его действиям. В Алавии о Рилевском князе легенды ходили из-за этого.

Тот всё же сдался племяннику. Секрет оказался очень простым. Брада шла по стопам своей матери и бабушки. Они обе были верховными берегинями. И оказалось, что берегиня Хадита — бабушка Брады получила первую клятву верности из уст последнего князя Левой реки. То есть князя Рилевы Ясеня, прадеда Ивана. Первая клятва устанавливала духовную связь берегини с тем, кто её дал. Связь, которая длилась на протяжении жизни всего рода. Какие плюсы? Поддержка в любой ситуации. Хотя это двусторонняя система. Когда помощь понадобится берегине, отказаться будет уже нельзя.